Чтение онлайн

Когда Лесли ушел, именно над третьим Вариантом я и думал. Два первых требовали четкой информации, е ее у меня не было. Так что оставался третий Третий . Я выпил кофе, принесенный Редом, и опять подумал о Ленделе.

Как в уже говорил, Лендел занимался в Консультации чтением. У него было чутье на интересную информацию, и работа его прекрасно подтверждала известный тезис: восемьдесят процентов секретных сведений агент всегда может добыть из открытой прессы! Уйдя из фирмы «Счет», Лендел не потерялся. За такими всегда следят. О них помнят. В самом деле, тот, кто продает секреты, зарабатывая этим деньги, всегда может совершить самое серьезное преступление — открыть за счет нового хозяина свое собственное производство. Так что с дела не спускали глаз ни мы, ни сотрудники Лесли...

Впрочем, меня интересовало не это. Были вещи более важные. Например, кто предупредил Лесли о готовящейся против фирмы «Счет» акции? Только ли уши, нашитые шефу в демонстрационном зале? Только ли Джой Берримон, сумевшая вытянуть кое-что из своего брате?

Закурив, я попытался детально восстановить свою беседу с Ленделом. Это была даже не беседа. По приказу шефа, где-то около двух недель назад, Лендел попытался ввести меня в курс дел Эксперта.

— Мои предположения, — сказал тогда Лендел, — могут оказаться несостоятельными. Так что отнесись к ним критично, Эл, не забывая, впрочем, и того, что в самых невероятных слухах таится некая истина. Человек, Эл, успешно решает самые разные задачи по классификации и распознаванию объектов, явлений и ситуаций. Вот почему в наше время промышленные фирмы стараются найти как можно более эффективный способ использования человека в качестве элемента или звена сложных автоматических систем. Заменить человека специализированным распознающим аппаратом пока что невозможно. Только у человека есть способность к предвидению, то есть к интуитивному выбору правильных путей для решения внезапно возникающих проблем. У машины же, Эл, даже у самой умной машины, подобной способности нет. Кроме всего сказанного, следует помнить, что число принятых человеком решений всегда конечно, несмотря на бесконечность состояний внешней среды, приводящей к решениям. Например, машинистка, какие бы варианты одного и того же звука ей ни предлагали, всегда будет ударять по одной строго определенной клавише... С появлением компьютера, созданного Экспертом, положение изменилось. Эта машина, Эл, способна реагировать ограниченным числом решений на самые разные множества изменений характеристик внешней среды. То есть мы имеем дело с системой. С системой человек — машина. Единой, цельной, а которой огромное значение играет и тот и другой элемент…

Вспоминая эти слова, я подсознательно чувствовал их важность. Больше того, я начинал осознавать, что положение мое каким-то образом зависело от информации, переданной мне Ленделом... Что ж, его действительно не стоило сбрасывать со счета... По крайней мере, новая беседа с ним была мне просто необходимо.

Но когда после обеда я постучал а соседнюю дверь, она оказалась запертой. Лендела не было. Телефон тоже был отключен, и деже Ред не появлялся. И три дня, в течение которых я был предоставлен самому себе, прошли томительно, как в пустыне. Ни шагов, ни разговоров не раздавалось в тесном коридоре, отрезавшем меня от внешнего мира.

А потом все изменилось.

Пришел Лесли, и я понял — что-то случилось...

— Ну, — спросил он, — ты что-нибудь решил?

Я покачал головой

— Мне мешает пример Лендела.

— Говори яснее, Миллер.

— Лендел перешел к нам, но вряд ли можно считать его карьеру удачной. Боюсь, то же случится и со мной. Шеф не станет ждать, пока я передам вам все, что знаю. Рано или поздно меня посадят в багажник другой машины…

— Нет, — твердо заявил Лесли. — Дни Консультации сочтены. Что же касается Лендела, ты прав — он не сделал карьеры.Но ведь он не профессионал, это ты тоже знаешь. Практически он никому больше не нужен. И твой шеф, и мы взяли от него все. И... — Лесли на секунду замялся, — Если ты решил работать с нами, у тебя есть прекрасная возможность доказать это.

Я вопросительно взглянул на Лесли.

— Несколько часов назад, — ровно произнес он, — Лендел убил своего опекуна и, ворвавшись в технический отдел, захватил работавших там сотрудников. К сожалению, в техническом отделе хранилось кое-какое оружие, и Лендел овладел им. Больше того, он захватил трех заложников и угрожает убить их, если ему не предоставят автомобиль и возможность исчезнуть.

— Не ожидал от Лендела такой, прыти — удивился я. — Он и впрямь владеет оружием?

— Мы тоже не знали этого, — мрачно сказал Лесли — Не буду скрывать, мне ничего не стоит прихлопнуть Лендела вместе с заложниками, там более, что все трупы я всегда могу списать на него. Но, Миллер, мне нужен сам Лендел. Живой. Ты правильно догадался — меня интересует Эксперт, и я уже договорился с твоим шефом об обмене. На Лендела. Или... на тебя, вели ты не захочешь остаться с нами. Ты готов нам помочь?

Я задумался,

— Что вы уже предпринимали?

Пытались пустить газ в отдел где заперся Лендел. Но этот мерзавец заставил заложников стоять с петлями на шеях. При первом недомогании они упадут и погибнут прежде, чем, мы пристрелим Лендела. По-моему, он псих. Понимаешь, что тебе предстоит?

— Да, — ответил я — Это будет очень нелегко.

И вдруг Лесли ухмыльнулся:

— А разве у фармацевтов тебе было легче?

Мы прошли коридор очень длинный, несколько раз изгибавшийся под прямым углом, и остановились у дверей за которыми укрылся Лендел. Несколько человек в штатском (Никакой полиции! Ведь это дело касалось только людей Лесли!), соорудив баррикады в двух концах коридора, внимательно сладили за происходящим. Укрывшись за бетонным выступом, я крикнул:

— Лендел, на стреляй! Это я — Миллер!

Даже по голосу я почувствовал, как измотан Дендел:

— Хочешь присоединиться ко мне? Или это провокация? Учти у меня армейский автомат, и если кто-то за тобой войдет, я не остановлюсь — убью и тебя, и твоих приятелей!

— Они хотят, Лендел, чтобы мы были вместе!

— Правильно, — рассмеялся он неестественно дребезжащим смехом. — Крыс следует держать вместе, иначе они разнесут чуму. Входи, Эл!

Осторожно приоткрыв дверь, я вошел в комнату, ожидая выстрела. Но выстрела не последовало, хотя сама комната меня поразила. Она была пуста. Только в дальнем углу были свалены в гигантскую груду столы, кресла, кульманы, чертежные доски. В просвете я заметил стволы двух автоматов и внимательное бледное лицо Лендела.

Заложники — три человека — стояли недалеко от дверей. Руки у них были связаны, на шею каждого накинута петля, привязанная к вентиляционной трубе. Если бы не стеклянный блеск страха в глазах заложников, можно было подумать, что они занялись каким-то дурацким спортом.

Странный путь привел меня в эту комнату, усмехнулся я... И пока Лендел расчищал проход в свое логово, еще раз подумал — странный путь!

На этом пути были важные вехи.

Например, так называемая «домашняя пекарня», штаб-квартира Агентства национальной безопасности (АНБ), официально известная под названием Форт Джордж-Мид, — внушительное трехэтажное здание, расположенное примерно а пятидесяти километрах к северо-востоку от штаб-квартиры Центрального разведывательного управления а Лэнгли.

Несмотря на свою малоизвестность, именно АНБ поставляет около восьмидесяти процентов всей собираемой различными разведслужбами информации. Это агентство настолько засекречено, настолько чувствительно к любым попыткам проникнуть в его недра, что очень немногие могут похвастать своим пребыванием в нем.

Но я прошел через АНБ, ибо, еще находясь в колледжа, поверил в то, что вступить в армию — значит посмотреть мир . Именно в военно-воздушных силах я попал в поле зрения сотрудников АНБ. Пройдя серию тестов и собеседований, был признан перспективным сотрудником и в специальной школе изучил методы анализа, терминологию разведывательной службы, ее структуру и основные приемы дешифровки медов и перехвата радиосообщений…

Школу я окончил первым учеником, что давало определенные преимущества. Например, я мог сам выбрать место службы в любом районе мира. Я выбрал Стамбул. Он казался мне далеким и загадочным и в какой-то мере действительно оправдал ожидания.

В Стамбуле в моем распоряжении было более двадцати радистов. Они вылавливали в эфире интересующие нас радиосигналы, а я анализировал записи и сопоставлял их с данными других европейских станций АНБ.

Материалы, с которыми я работал, всегда были секретны, Даже на самых простых стоял гриф «конфиденциально». Но, черт побери! Мне приходилось ставить подобный гриф и на сводках погоды, перехваченных нашими станциями!

Я побывал и во Вьетнаме, где летал на «ЕС-47», которые называли там летающими платформами. Эти машины до отказа были набиты электронной аппаратурой для воздушного обнаружения направления радиоволн. Кстати, именно такие самолеты, снабженные еще инфракрасными датчиками, использовались а свое время в Боливии при поисках Че Гевары.

Раненый, я вернулся домой и попал а Консультацию. Шеф, оказывается, очень давно следил за моим восхождением. Ему, собственно, не очень-то и пришлось потрудиться в уговорах — в то время я очень нуждался в деньгах...