Чтение онлайн

Мика перебрала все варианты, куда ее могли назначить, пустота растекалась в ее животе. Она снова прочла свиток.

Принцесса Джессамин

Серебряный замок

Кристальная гавань

Хоть она все время переживала из-за назначения, она не верила, что не попадет в Обсидиан. Она была почти лучшей в классе. Она оттачивала бледные лица Обсидиана больше всего. И хоть она не была лучшим бойцом, шпионам редко нужно было биться.

Пергамент хрустел в ее руках. Она даже не знала, что было в этом назначении. Понятно, что дочери императора Стила, принцессе Джессамин, нужен был имитатор. Многие важные аристократы нуждались в них как двойниках для безопасности или выполнения не самых приятных заданий. Аристократы с лордом Обером могли легко быть имитаторами, если настоящие лорды и леди не хотели покидать удобства Кристальной гавани. Но мастера Академии не тратили бы способности Мики на такое назначение, да? Это явно было ошибкой.

Ошибка. Конечно. Мика сунула пергамент в карман и выпрямилась. Ей дали не тот свиток. Она поговорит с мастером Кивом, и он объяснит все.

Она убрала свиток, и двое одинаковых мужчин напали на нее, чуть не сбив с ног.

— Ты получила? — спросил ее брат Уиллс.

— Получила, да? — завопил его близнец, Риз.

— Покажи!

Мика отбила их руки, хотя, конечно, это им не навредило. Как все в ее семье, близнецы были Талантами, людьми, родившимся с одной из четырех сверхъестественных черт. У них была непробиваемая кожа.

Эмир, второй по старшинству брат, появился перед ними, будто из воздуха.

— Вы слышали мастера Кива. Ей нельзя рассказывать.

— Я получу ее свиток, — Мику вдруг поймали сзади. Эден, самый старший из Грейсонов, поднял ее в воздух, словно она ничего не весила. Для него так и было. Он попытался вытащить свиток из ее кармана.

— Опусти меня, — рявкнула Мика резче, чем хотела.

— Не нужно злиться из-за того, что ты теперь шпионка, — Эден опустил ее на ноги.

Мика не хотела показывать, что расстроилась. Она зажмурилась на миг, а когда открыла их, у нее были черты Эдена на ее лице (тяжелая челюсть, ореховые глаза, бугристый лоб). Она показала ему язык.

Эден рассмеялся.

— Сделай нас! Сделай нас! — завопили близнецы.

Мика заняла мышцы на лице, и вскоре она улыбнулась им их улыбкой. Она знала небольшие отличия в чертах близнецов. Риз чаще напрягал челюсти, у него сильнее выпирали мышцы на щеках, а у Уиллса по-особенному блестели глаза. Ее лицо было половиной каждого. Уиллс и Риз радостно захлопали, и Мике стало лучше от этого.

— Я никогда не видел тебя страшнее, — сказал Эден. Близнецы напали на него, и он легко сдерживал их своей огромной силой.

— Перенесите драку на площадь, — прибыл их отец, Грей. Как Эмир, он двигался быстро и будто появился из ниоткуда. — Не надо позорить нашего маленького имитатора.

— Снаружи угощают, — сказала Мика.

— Больше ни слова, — крикнул Уиллс. — Наперегонки, — он выбрался из кома братьев и побежал, не переживая из-за ран. Риз и Эден побежали за ним, чуть не сбили пожилого мужчину со шрамами на лице.

— Их не назвать взрослыми, — сказал их отец, качая головой.

— Бесплатная еда манит в любом возрасте, — сказал Эмир. Он не побежал за братьями. Он был намного быстрее, так что никогда не участвовал в догонялках.

— Тут не поспоришь, — их отец разглядывал Мику, а потом опустил ладони на ее плечи. — Микатея, я тобой горжусь, — его голос стал хриплым. — Я помню тебя маленькой, когда ты могла сидеть на моих плечах, — он отошел на шаг, вытащил платок из кармана так быстро, что руки казались размытыми.

Эмир закатил глаза, их отец громко высморкался, привлекая взгляды других людей.

— Хорошо, теперь ты меня позоришь, — он хлопнул отца по спине. Они оба были худыми и темноволосыми, оба ненормально быстро двигались. — Давай посмотрим ту бесплатную еду.

— Хорошая идея, — он шмыгнул носом. — Моя дочь, имперская шпионка.

Мика смотрела, как ее отец и Эмир уходят из актового зала, обходя небольшие группы людей вокруг выпускников. Ей не хватило сердца исправить отца. Он не сомневался ни на миг, что она получила назначение, которое хотела.

Ее мать, Кора, стояла в стороне до этого, пристально смотрела на Мику. Она всегда могла понять, о чем думала ее дочь, какое бы лицо на ней ни было.

— Ты не обязана говорить об этом сейчас, если не хочешь, — мягко сказала она, а потом крепко обняла Мику. Ее присутствие успокаивало, было уверенным и сильным, как гора. Мика вздохнула в плечо мамы, ее черты стали нормальными, пока она вдыхала знакомые запахи дома: земля, свежесрезанная трава и чистая кожа.

— Спасибо, — шепнула Мика. — Я все еще пытаюсь разобраться.

На самом деле ее мутило. Ее семья потратила деньги, которые откладывали год, чтобы прибыть сюда и отпраздновать с ней. Она не хотела портить все, показывая, как ее расстроил день.

Они догнали ее отца и брата, присоединились к семьям и любопытным местным, выходящим из актового зала на залитую солнцем площадь.

Город Рэдбридж был полон Талантов на этой неделе. Семьи многих выпускников проявляли признаки способностей, переданных по наследству. Некоторые очень быстро двигались по площади или ходили осторожно, как вели себя те, кому досталась огромная сила. Только у одного из десяти человек империи был Талант — и никогда больше одного — и было редкостью увидеть так много Талантов в одном месте. Исключением были военные базы, в одной такой Мика выросла.

Ее братья и родители были Талантами в армии империи. Ее мать и старший брат, Эден, были Мышцами, известными ненормальной силой. Ее отец и второй по старшинству брат, Эмир, были Пятнами, способными на огромную скорость. Близнецы Уиллс и Риз, были Щитами, их кожу невозможно было ранить. Ее родители получили себе домик в базе, когда сошлись, с намеком, чтобы они создали исключительных детей. Они выполнили долг, родив четверых солдат для армии империи с Талантами… и Мику. Она была единственным мимиком в семье, единственной дочерью, потому и получила фамилию Грейдиер.

Мика выросла среди солдат, научилась верности империи. Как дочь двух солдат, она и не думала, что получит назначение, не связанное с борьбой с их величайшим врагом. Она думала, что ее судьбой было проникнуть в королевство зла, которое всю ее жизнь угрожало ее родине, служить Виндфасту. Она не знала, как слова на пергаменте сочетались с этим.

— Когда ты уплываешь? — спросил отец, когда они пересекли брусчатку площади и добрались до газона.

— А?

— Я не прошу тебя раскрыть тайны империи, — он подмигнул ей. — Просто спрашиваю, будет ли у тебя время остановиться в базе перед отчетом о прибытии.