Чтение онлайн

В этом ответе надо подчеркнуть два момента: дальновидность, проявленную немцами, увидевшими, что требуется как можно скорее исправить ухудшившееся экономическое положение [31] , а с другой стороны — признание, содержавшееся в одной фразе, тон которой так отличался от предыдущих документов. Во всяком случае, тут чувствуется не столько раскаяние, сколько досада. Известно, что представляла собой с тех пор новая ориентация.

В своем донесении от 27 сентября 1918 г. Калле с удовлетворением отмечает, что «служба „S“ дала хорошие результаты, нанесенный ущерб исчисляется миллионами». В других посланиях он говорит о «предприятиях S» и «материалах S».

Чем является служба «S»? — «Она, — отвечает нам Ратибор, — имеет отношение к саботажу; она, — добавляет Берлин, — занимается разрушением при помощи взрывчатых веществ».

Саботаж — это уничтожение всего того (будь то вражеское или нейтральное), что может принести вред Германии или противится ее целям, и мы можем констатировать, что агенты этого «предприятия» проявили несомненное мастерство.

Деятельность этого предприятия распространялась на всю Европу, но центр находился опять-таки в Испании.

В Мадриде, под руководством трех известных нам начальников, были созданы организации, которые имели целью разрушение судов, фабрик, заводов взрывчатыми веществами и поджогами, а также отравление скота прививками и заражение питьевой воды. Из Мадрида, а также из испанских портов посылаются жидкости и приборы агентам, о которых мы уже говорили выше, и другим лицам, специально для этого привлеченным.

Как и по службе пропаганды, у нас имеется очень мало материалов о работе организаций «S» в начале войны. Только благодаря Калле мы знаем, что расходы, по-видимому, не превышали 25 тыс. песет, и знаем через Берлин, что в области разрушения морской атташе должен был лишь руководить службой, но лично в нее не вмешиваться.

Позднее, в 1918 г., мы узнаем через Стеффана, что служба «S» была создана и зарегистрирована в Бильбао под видом комиссионной компании. Директором ее был один немецкий коммерсант, имевший под своим руководством пятерых помощников в главных городах Испании. Фирма получала субсидии через посредство морского атташе в «Банкс Алеман Трансатлантико» из Барселоны. Директор, его помощники и служащие получали определенное жалованье. Агенты службы «S» также получали особое жалованье и награды. Размеры жалованья и наградных были равноценны тем, которые были установлены в Южной Америке и Мексике. Для доставки донесений по назначению была организована служба связи.

С другой стороны, морской атташе предоставил адмиралтейству заботу связать эту организацию с подобной же в Южной Америке. Впоследствии он объявил, что рассчитывает использовать в Бильбао лейтенанта Хорста.

Соответственно директиве Берлина, служба «S» должна была направлять свои удары, главным образом, против Франции и Португалии. В отношении Франции ее программа содержала:

1. Отравление находившихся в Марселе ям для хранения зерна через подставного посредника по зерну. Необходимая для этого жидкость должна была быть выслана в скором времени.

2. Заражение прививками животных, присланных из Испании.

3. Разрушение пиренейских гидростанций способами Е и В (подобно тому, что «S» — начальная буква слова «саботаж», Е и В, вероятно, начальные буквы слов «Explosion» — взрыв и «Brand» — пожар).

4. Провокации анархистских покушений, особенно в районе Сета, при этом щадя все-таки товары, предназначавшиеся Швейцарии.

5. Разрушение военных заводов.

«Было бы желательно, — добавляет Берлин, — разрушить французские склады военного снаряжения, находившиеся в данный момент в Марселе, откуда каждый день отправляется на фронт бесчисленное множество поездов».

Против Алжира и Туниса ничего нельзя было сделать.

Для осуществления этой программы Калле послал во Францию одного из своих доверенных лиц. Со своей стороны, Ратибор, при посредничестве генерального консула в Барселоне, нанял француза, который был в состоянии через своих агентов взорвать важные военные заводы и склады.

Это предложение было принято Берлином.

В какой степени удались проектируемые покушения?

У нас мало материалов по этому вопросу, вероятно вследствие тех советов об осторожности в сообщениях, которые, начиная с 1917 г., Берлин посылал Мадриду, и следуя которым Калле уведомляет, что больше не будет посылаться ни одного извещения, касающегося дел разрушения стратегических пунктов. Однако нам известно, что планы агента Калле провалились по причине «нечеткой работы аппарата», что доверенное лицо Ратибора в действительности находилось на службе у Франции и что все его предприятия, о которых он пишет в своих донесениях, как то: разрушение арсенала в тулонском порту, разрушение лионского артиллерийского парка и фабрики снарядов в Вильфранш на Роне и т. д. — на самом деле были лишь плодом его воображения. Для немцев это была новая неудача, подобная случаю с Мартой Рише.

В отношении Португалии программа была идентичной. Антанта возила руду на изготовление вооружения почти исключительно морем. Следовательно, было чрезвычайно важно прервать работу этого аппарата. Для этого адмиралтейство приказало своему агенту в Лиссабоне подготовить полное разрушение Доминго и железной дороги, идущей к Помарао вдоль реки Гвадиана. Оно предписало всеми мерами тормозить производство вредительством на пароходах и железных дорогах, повреждением паровых котлов, погрузочных приспособлений и т. д. Адмиралтейство считало, что было бы неплохо к тому же разрушить заводы взрывчатых веществ в Лиссабоне и Опорто.

Со своей стороны, Калле должен был организовать диверсионные действия против всех военных предприятий в рудничном районе Помарао и против всяких военных приготовлений Антанты в Португалии и на Азорских островах.

Действительно, военный атташе сообщал, что один надежный агент взорвал два завода в Лиссабоне, что, кроме множества маленьких складов, разрушен большой мукомольный завод стоимостью в 1,5 млн. франков, наконец, его люди на некоторое время привели в негодность пароходы.

Для Англии, где работал агент, зависевший исключительно от адмиралтейства, Калле располагал суммой в 2000 фунтов, предназначавшейся на разрушение заводов и верфей. Эта работа должна была быть поручена одному ирландцу, приехавшему из Америки, которому было особенно рекомендовано разрушить заводы военных материалов, находящиеся к северу от Лондона, Тоттенгемские доки и целый ряд военных и промышленных предприятий по особому перечню.

В Гибралтаре было разрушено различных машин на сумму в 50 тыс. марок, что обошлось немцам в 2300 песет.

До сих пор мы рассматривали деятельность службы «S» в лагере противника. Можно было думать, что Испания, как нейтральная страна и центр всего предприятия, будет пощажена. Но нет. В апреле 1917 г. Берлин запрашивает фон Крона, что он рассчитывает предпринять. «Согласны ли военные и морские власти следовать в дальнейшем нашим советам или они будут избегать какого бы то ни было нарушения нейтралитета? Во всяком случае учтите, — добавляет Берлин, — что имеется лишь один простой и легкий способ, который дает действительно хорошие результаты и может быть применен, — это огонь».

Посол также не отставал. Если он не организовал покушений на генералов противника, то предоставил в распоряжение генерального консула Барселоны 5 тыс. песет на разрушение одного туннеля и поезда с военными материалами.

Какими же техническими средствами располагала служба «S», чтобы осуществлять свои махинации?

Нам известно, что вначале вещества для отравления и заражения высылались из Берлина. В декабре 1915 г. Калле известил, что яд, предназначенный лошадям, до сих пор не получен. Позднее, очевидно, необходимые вещества изготовляли на месте, так как в июне 1916 г. военный атташе объявил, что бактериальные препараты «оказались удачными».