Чтение онлайн

— Уже. И за всеми домами рядом.

Виктор прикрыл глаза. И как он мог подумать, что дотошный Лимьер способен что-то упустить?

— Если ты скажешь, что уже составил список лиц, которые регулярно там светятся, то я пойду к де Руану и попрошу перевести меня в твои подручные!

— Увы, мои успехи гораздо скромнее. И де Руан не допустит, чтоб вашу должность занимал неблагородный человек.

— Что ж, значит все равно заглянем к самим развалинам. Может, удастся уловить чей-нибудь след. Но гораздо интереснее определить, как модераты к особняку вообще проникают — насколько я помню, это заброшенный дом маркиза Волла, впавшего в немилость еще при отце нынешнего короля. С тех пор он в столице так и не объявился, дом продавать отказывается, как и содержать его. Находись особняк в другом районе, уже давно превратился бы в притон, а в Старом квартале все-таки лучше следят за порядком. Кто попало не пройдет, — Виктор прищурился и задумчиво потер подбородок. — Нет у меня желания демонстрировать интерес Канцелярии к особняку. Предлагаю представить, что мы оба — тот самый граф, что пытается красться в лохмотьях мимо прислуги и соседей, не теряя достоинства. Найдется у тебя одежда победнее?

Лимьер наградил начальника долгим и внимательным взглядом. На этот раз он не улыбнулся, но Виктор понял, что он сдерживает веселье.

— Безусловно.

— Отлично! — Виктор довольно хлопнул ладонями по столу и откинулся на спинку стула. — В таком случае предлагаю не затягивать с этой вылазкой… и покинуть Канцелярию до того, как нагрянет де Руан и потребует отчет. Тем более, что сказать мне ему нечего. Предлагаю встретиться, — Виктор покосился на часы, — у моста де Араньи в семь утра. Как раз в это время на службу являются приходящие слуги, и мы можем затеряться среди них.

Лимьер отрывисто кивнул и, дождавшись кивка Виктора, покинул кабинет. Маг же еще несколько мгновений расслаблено сидел, разглядывая потолок. Спать не хотелось, но и вставать, что-то делать — тоже. Словно большая часть его сил, его энергии утекала в пропасть, словно кто-то жадно тянул их из него.

Мысли снова свернули к Анаис. Виктор нахмурился, потер виски. Возможно, его утомление всего лишь откат от резко разорванной связи, но тогда возникает вопрос: почему с каждым днем он становится сильнее? Подобные мысли пугали, и Виктор впервые поймал себя на том, что не знает, чего ждать дальше. Он никогда раньше не устанавливал ментальную связь с кем-то, кроме наставника, но тогда она длилась всего несколько минут, и сворачивал он ее под руководством учителя, медленно и аккуратно разделяя два разума.

На какой-то миг Виктора пробрал озноб от осознания, что он не может предсказать последствия и контролировать их, что он оказался совершенно беззащитен перед еще неизвестными ему законами магии.

Ощущение собственной беспомощности оказалось настолько отвратительным, что даже слабость на время отступила. Виктор рывком встал, отбросив стул в сторону, и быстро вышел из кабинета, словно пытался сбежать от собственных мыслей. И ему это даже почти удалось, потому что в коридоре он нос к носу столкнулся с де Руаном, которого так надеялся избежать.

— Ваша Сиятельство! — Расплылся в вежливой улыбке маг, слегка наиграно кланяясь начальнику. — Вы сегодня ранняя пташка! Неужели снова беспокоит бессонница?

Граф недовольно поморщился, но насмешливую дерзость юного герцога оставил без комментариев, только проворчал сквозь зубы:

— Надеюсь, ваши успехи, д’Альбре, так же хороши, как и ваше настроение!

— Как раз работаю над этим! — И Виктор, широко улыбаясь, обогнул графа и поспешил вон из Канцелярии, пока от него не потребовали подробного отчета.

Тем более времени до семи утра оставалось всего ничего, как раз только добежать до дома и сменить одежду на что-то менее приметное.

На назначенное место встречи Виктор явился ровно в семь, с последним ударом часов на ратуше. Ему пришлось срезать путь по паре темных и грязных подворотен, которые отыщутся в любом, даже самом чистом и блистательном городе, а пару раз даже сорваться на бег, чтобы не опоздать. Вряд ли Лимьер осмелился бы делать замечания своему начальству, но Виктор и сам не хотел заставлять ждать своего вечно пунктуального напарника.

В итоге к мосту Виктор добежал взмокший и запыхавшийся, больше похожий на нерадивого посыльного, чем на менталиста Особой Канцелярии и наследника одного из знатнейших родов.

Переведя дыхание, Виктор озадаченно огляделся. Через мост тек ручеек приходящей прислуги, спешащей на службу до пробуждения хозяев. Мрачные, серые и деловитые, они мало переговаривались между собой и почти не глазели по сторонам — на это у них уже не хватало времени. Что и говорить, место и час Виктор выбрал безупречно.

Но где же Лимьер?!

Виктор даже нервно усмехнулся: вот, сам успел вовремя, а до дрожи пунктуальный напарник задержался! Но это так на него не походило, что первая мысль была о том, что с ним что-то случилось.

Не успел Виктор поймать за хвост и обдумать паническую мысль, как на его плечо легла тяжелая ладонь. Только выучка и поистине магическое самообладание, без которого не освоить ремесло, не позволили Виктору дернуться или атаковать, не раздумывая. Он медленно обернулся, чувствуя, как закаменело лицо, как в висках начинает покалывать от кристаллизующейся для атаки энергии.

За его спиной стоял банковский клерк, серый, неприметный, как камень в мостовой. Не сразу Виктор узнал в нем Лимьера — настолько его изменила простоя смена костюма. Идеальная маскировка: если нищих высокое общество и горожане старательно не замечают даже под своим носом, но пронырливых и внимательных клерков невозможно заметить, пока они сами того не захотят.

— Ты меня почти напугал, — с усмешкой признался Виктор. — Я уж решил, что ты опоздал.

— Для этого мне требуется более серьезный повод, чем недостаток времени для выбора маскировки, — с убийственной серьезностью кивнул Лимьер.

Виктор только рукой махнул — чувство юмора подчиненного обычно испарялось так же неожиданно и внезапно, как и возникало.

Пора было сосредоточиться на деле.

Через мост они перешли по отдельности. Виктор легко скользил среди прислуги, ему уступали дорогу и тут же забывали — а чего о посыльных помнить? Он легко касался чужих мыслей, считывая даже не столько слова, сколько образы и настроение. Усталость, раздражение, безысходность… Только один раз он поймал всплеск ярких и светлых чувств, но так и не понял, кто же среди толпы их испытывал.

Вообще-то, даже то, что он делал, было запрещено законом. Слишком уж переживали люди за неприкосновенность своих мыслей, за свое право думать о ближних своих дурно, прикрываясь широкими улыбками. Потому-то менталистов, единственных из всех магов, обязали на законодательном уровненосить отличительный знак — выбритые виски. Потому-то амулеты, якобы защищающие от чтения мыслей, продавались на каждом углу и далеко не за гроши. Виктор поправил капюшон, скрывающий компрометирующую прическу. Амулеты были дешевкой для успокоения нервных граждан, он и сам во время ученичества смастерил десяток, а потом с наслаждением забирался в мысли тех, кто безделушки купил. Конечно, никто так ничего и не понял, а сам Виктор лишь удостоверился, что у рядового добропорядочного гражданина ужасно скучные и грязные мысли. То еще удовольствие в них копаться.