Чтение онлайн

И им пришлось протанцевать три танца подряд, пока любвеобильную таллирианку окончательно не вовлекли в круговорот бала другие мужчины.

От взгляда Сталия, пронзающего, обжигающего, испепеляющего и одновременно пронизанного болью, Кира едва не вздрогнула в руках Резкого. Она физически ощущала все чувства Сталия. И, к ее ужасу, Резкий и Сталий зацепились взглядами. Кире стало не по себе. Во — первых, ей вообще было неприятно, что эти двое делят ее, словно перетягивают канат на спортивном празднике. Во — вторых, она прибыла сюда обеспечивать безопасность первой в истории дипломатической миссии на этой планете. И постепенно становится поводом для межгалактического конфликта.

Резкий почувствовал ее напряжение и попытался разрядить обстановку. Он тихонько рассмеялся:

— А инопланетник ревнует. Может, дадим ему настоящий повод?

— Саша… — Кира выдохнула потрясенно, а он воспользовался ее замешательством и едва ощутимо коснулся ее губ поцелуем.

Резкий и сам не понимал, где грань между его игрой на публику и завораживающим вкусом губ Киры. Парень растерялся — ему все сложнее было контролировать себя при общении с ней. Годы выдержки летели коту под хвост. Она была для него предметом обожания и восхищения, но ни разу он не показал виду, забивая себя общением с другими девушками на кратких стоянках или вовсю вгоняя в краску медсестер в госпитале, куда Кира его пару раз все же отправляла, несмотря на его отчаянное сопротивление. Но и там, находясь в абсолютном цветнике, он упорно стремился вернуться в сферу ее влияния — пусть и без всякой надежды, хотя медсестры были готовы ради его обаятельной улыбки на все.

А еще его, как ни странно, подстегивала мало скрываемая Сталием ревность. Резкий еще мог бы смириться, если бы Кира выбрала кого-то из остальных ребят экипажа или познакомилась бы с каким другим парнем. Но с инопланетником? И Резкий решил бороться за Киру до конца.

Но, как оказалось, яркая Кира с уверенными плавными движениями, густыми длинными волосами настолько отличалась от привычного образа таллирийской женщины, что на нее обратил внимание не только Сталий.

Один из высокопоставленных, судя по одежде и манерам, воинов не сводил с красавицы — землянки взгляда. На его лице было написано восхищение, смешанно с искренним любопытном. И, едва дождавшись, как закончился еще один танец, этот такой же высокий и красивый мужчина, как и все таллирианские воины, церемонно пригласил Киру на танец. Девушка не могла отказать с точки зрения этикета — в конце концов, это она была приглашена сюда, и должна была олицетворять Галактику и ее миролюбивые интересы. А танцевать Кира и без того очень любила — да и где еще можно этим заняться? На звездолете они, естественно, уделяли много времени поддержанию физической формы, но занимались стандартными упражнениями, включавшими и рукопашные схватки. А вот танцы? Как-то никого это не вдохновило.

— Вы столь сильны и независимы, — начал светский разговор пригласивший ее офицер. — Что даже я не могу представить себе ситуацию, в которой Вы попросили бы помощи и защиты.

— Помощи? — переспросила Кира, подбирая правильные слова, чтобы не задеть чувств таллирианца и не лгать ему в глаза. — А почему нет? Не вижу смысла в показной храбрости. Воин должен уметь координировать свои действия с товарищами. И вовремя запросить подкрепление. Или, в крайнем случае, и эвакуацию.

— А Вы лично? Как женщина. Хрупкая и нежная?

— Так уж и хрупкая, — усмехнулась Кира, слегка напрягая спину там, где лежала рука воина.

— Впечатляет, — хмыкнул он. — Но в любом случае Вы слабее. И я легко мог бы остановить Ваше сопротивление.

— Да? А смысл? Вокруг Вас столько красивых женщин, не порывающихся сопротивляться. И они действительно красивы и хрупки.

— Вы необыкновенны, прекрасная землянка. Вы еще и способны мыслить логически.

— А разве это так необычно? — рассмеялась Кира своим искренним, но беззвучным смехом.

— Для женщины, безусловно. Она слабее, нежнее, потому и нуждается в постоянной опеке и защите. Как нежный хрупкий цветок, который не выдержит, ели коснуться его пальцами. И зачем ей обременять себя?

— Чем? Мышлением? Разве это обременительно? Ах, да, и у нас на Земле когда-то выдвигалась мысль о том, что женщине думать вредно, от этого появляются морщины.

— Это же правда, — деликатно улыбнулся ей таллириец, прокручивая ее в немыслимом пируэте, на который он бы сам не решился, но Кире движение подсказала музыка, а воину не оставалось ничего делать, как подчиниться им обеим.

Кира флиртовала с высокопоставленным военным чиновником ровно в тех рамках, которые ей подсказывал здравый смысл. Ей хотелось не то чтобы войти в их круг, что вряд ли было мыслимо в ближайшее время на этой планете, но хотя бы заставить взглянуть на себя с иной позиции — увидеть в ней равного по уму человека, а не украшение жизни.

А вот Ри ее удивил несказанно. Хотя таллирийка и имела право 'обратиться за защитой' к нескольким мужчинам, но, похоже, для Киры такого Сталий не допускал. Его глаза метали молнии еще большего размера, чем когда она танцевала с Резким.

Офицер никак не хотел ее отпускать даже после того, как завершился танец:

— Прогуляемся по террасе? Сейчас раскрылись все ночные цветы и Вам понравится их аромат.

— Вообще-то я не любительница растений, — честно призналась Кира. — А вот что действительно люблю, так это лотосы.

— Расскажете, что Вы имели ввиду? Возможно, у нас есть нечто похожее. Если уж наши цивилизации развивались единым биологическим путем, то, скорей всего, и растительный мир у нас весьма схож.

— В целом да, хотя я и не специалист. Ничего приковывающего внимание вроде бегающих и пищащих огурцов я не заметила.

— Вот как? А Вы расскажете об этом явлении подробнее? Они все же относятся к животным?

— Увы. Они растения, хотя мы и пытались наладить с ними контакт.

Они беседовали, спускаясь по ступенькам террасы в сад. И тут Киру осенило:

— Если здания легко трансформируются и переносятся, то как же сад оказался здесь в таком ухоженном состоянии?

— В смысле? — не понял ее спутник. — Это комплекс представительских зданий разместили здесь, приметив живописный уголок.

— Природа создала размеченные дорожки?

— Дорожки? О нет. Они легли вместе с комплексом. И даже не совсем легли. Они находятся на небольшом расстоянии от почвы, не касаясь ее. Здание будет свернуто, дорожки тоже, а на траве не останется и следа.

— Просто живописный участок?

— Именно. Зачем переделывать природу, когда она сама может быть гостеприимной хозяйкой. Она нуждается в защите. А не в нападении.

Резкий чувствовал, что у него закипает кровь. Сталию он мог спустить приставания к Кире только по одной причине — благодаря вмешательству Сталия Кира осталась жива. И это извиняло инопланетника в глазах Резкого. Но отдавать ему Киру он не собирался. А уж тем более давать флиртовать с ней какому-то вообще к делу не относящемуся типу.

— Кажется, пора заключить союз? — на его плечо легла сильная рука, а низкий, с легкой хрипотцой голос был до отвращения знаком.

— И чьими руками оторвем голову нахалу? — усмехнулся Резкий, догадываясь, что Сталий испытывает те же чувства, что и он сам.

— Моими, — просто сказал Ри, как будто кофе сварить предложил. — Ты чужой для нас. И вызов не будет принят. И он в равной степени испортит репутацию и тебе, и моему… как бы лучше сказать… теперь уже бывшему другу.

— Тогда при чем тут я?