Шрамы Мафии
Шрифт:
– Знаешь, чего мне не хватает в Чикаго? - раздался голос Виктора по телефону.
– Чего?
– я сжал кулаки.
– Хот-догов.
– О, да, - я пытался сдержать голос, но это было тяжело. Блин, это было чертовски сложно. Я так хотел убить этого парня, до боли.
Я обещал Амелии измениться, но этот парень толкал меня не в ту сторону.
– Безусловно, они на вкус ближе всего к человеческой плоти. У них есть та дополнительная дерзость, которую можно уловить, только съев кого-то в расцвете сил.
– Ты гребаный ублюдок, что тебе нужно?
– От него меня тошнило каждый раз, когда я с ним разговаривал.
– Ты знаешь, чего я хочу. Твою маленькую подругу. Вы, ребята, заставили меня плохо выглядеть перед моим боссом. Представьте, каким идиотом я выглядел, когда вернулся к нему с пустыми руками.
– Как ты думаешь, меня это волнует? - рявкнул я.
– Тебе не все равно. Вам не все равно. Мы скоро будем атаковать, так что берегитесь. Мы хотим эти бриллианты, Люк, и мы их получим. У меня также появился новый стимул. Я оставлю девушку, когда мы получим драгоценности. Я обязательно сначала трахну ее, прежде чем съем ее.
Я повесил трубку и швырнул телефон в стену.
Телефон разбился.
Мне нужно было убить этого парня и отрезать ему голову.
Глава 15
Амелия
– Джиджи, ты уверена, что с тобой все в порядке?
– Я не разговаривала с ней должным образом с тех пор, как приехала сюда. Вчера я получила телефон и позвонила ей при первой же возможности.
– Я более чем в порядке. Ты в порядке?
– Она действительно звучала нормально.
– Я настолько хорошо, насколько могу.
– Как встреча с отцом?
– Тяжело, но я здесь. - Прошлой ночью было нормально. Вышло лучше, чем я думала. Миллисента приготовила нам ужин, и мы все говорили, как будто ничего не произошло. Я готовила ему завтрак, и Люк должен был быть здесь примерно через час.
– Ты сделала это. Я горжусь тобой.
– Благодарю. Я скучаю по тебе.
– Я приеду в гости, когда будет всё хорошо.
– Всё будет хорошо.
Приедет.
Я даже не знала, как долго я буду здесь.
Люк был отсюда. Здесь он жил.
Я жила в Лос-Анджелесе и также там работала.
Вдруг я услышала на заднем плане мужской голос.
– Это Морис?
– Да, могу я перезвонить тебе позже?
Я сузила глаза и быстро расширила их, когда услышал ее хихиканье. Его тоже.
Что происходило?
Я поклялась, что она простонала в телефон.
– А теперь сними одежду, - услышала я слова Мориса.
– Джиджи, - выдохнула я.
– Амелия, я должна тебе перезвонить. До свидания.
– Она повесила трубку.
Черт возьми, что я только что услышала? Джиджи и Морис. Но он так раздражал. С другой стороны, ее раздражающие манеры были похожи на его.
Что я натворила? Морис был лучшим другом Люка. Бандитом.
Боже.
Мне придется с ними разобраться позже.
Я поставила на поднос миску с овсянкой и поставила рядом с ней миску с фруктами. Папа любил свежие фрукты. Особенно из сада.
Миллисента ранее собрала клубнику и чернику. Теперь она была в саду, подрезала их. Это было похоже на старые времена.
Папа сидел в гостиной и смотрел утренние новости. Он выключил телевизор и выпрямился, когда увидел меня.
– Доброе утро, - сказала я.
– Доброе утро. Это для меня?
– он с обожанием посмотрел на меня. Я не могла отрицать, что скучала по этому.
– Овсянка и фрукты. Свежие, такие, какие тебе нравятся, - я улыбнулась.
Мы не были одни с тех пор, как я приехала. Это была первая возможность поговорить.
Я предположила, что это казалось более подходящим временем. Моя причина остаться прошлой ночью.
Я поставила поднос на журнальный столик перед ним.
– Спасибо, ты собираешься присоединиться ко мне?
– Да.
– Я села рядом с ним, чтобы я могла смотреть ему в лицо, и положила руки себе на колени.
На него было так странно смотреть. Я так часто видела его во сне, что трудно было признать, что это не один из них.
– Спасибо, что приехала домой. Рад видеть тебя.
– Странно вернуться. Казалось, это место существует в какой-то альтернативной вселенной.
– Это моя ошибка. Я знаю. Ты должна знать, что я никогда не хотел, чтобы все было так.
– Я знаю.
– Я кивнула. - Но это не значит, что все в порядке. - Я не хотела сразу бросаться в атаку. Слова просто не подходили. - Ты никогда не говорил мне, что ты так болен.
– Это привело бы тебя домой?
– Да.
– Возможно, я сначала боролась с собой, размышляя о том, могу ли я позволить своему отцу умереть, не увидев его снова, но я знала себя. Я бы одумалась и поехала домой, несмотря на прошлое.
– Ты так долго была в дали. - Он отвернулся и сосредоточился на вазе Мин, стоящей на дубовом полу у длинных французских окон.
Я тоже смотрела, теряясь в узорах и иероглифах.
– Я сказала, что никогда не вернусь.
– Нууу.
– Он повернулся ко мне, и я тоже посмотрела на него. - Вот почему я никогда не ожидал, что моя болезнь вернет тебя.
– Итак, ты бы просто позволил мне получить сообщение или что-то еще, говорящее мне, что ты умер?
– Это убило бы меня.
Он пожал плечами. - Когда я впервые узнал об этом, я попытался разобраться, никому не сказав. Затем, когда врачи сказали, что опухоль неоперабельна, я подумал о том, чтобы связаться с тобой, но знал, что лучше этого не делать.
– Ты всегда за мной следил. Это было бы несложно.
– Моя дорогая, в моей работе ты делаешь то, что должен, чтобы защитить тех, кого любишь. В моем случае это означало отпустить тебя. Все это начало происходить в то время, когда мне стало хуже. Тэг связался со мной, и я почувствовал себя обреченным. Я знал, что не смогу с ним бороться, поэтому послал Люка. Предложив ему единственное, что, как я думал, заставит его сделать то, что я хочу.