Шрамы
Шрифт:
Я надеялась, что у него есть хорошее место для сна и регулярное питание. Мне даже не хотелось представлять, что он спит под открытым небом, как бездомный. Или в своей машине.
Я написала ему сообщение: «Послушай, что бы ты ни делал, просто береги себя, хорошо? Я беспокоюсь о тебе. Очень сильно». Мой большой палец долго не решался нажать на кнопку «отправить». Наконец, я сделала это, чувствуя пустоту внутри. Я провела рукой по волосам, раз, другой, вглядываясь в темноту его комнаты. Мне нужно было сказать ещё кое-что, и как бы тяжело мне ни было, я должна была это сделать. Мне пришлось проглотить свою гордость и закончить разговор: «Прости меня». Я довольно долго смотрела на сообщение, прежде чем набралась смелости отправить его. Оно было коротким, но я надеялась, что этого будет достаточно.
Когда я припарковалась на школьной стоянке, я не могла перестать зевать. Если мой режим сна и дальше будет оставаться таким же хаотичным, у меня под глазами появятся темные круги размером с Россию. Или я могла бы превратиться в вампира и совсем перестать спать. Тогда я могла бы стать более знаменитой, чем Дракула, и в один прекрасный день туристы стали бы посещать мой замок, рассказывая истории о том, какой кровожадной я была. Возможно, даже сняли бы фильм обо мне, и он назывался бы "Отель Мелвания".
Выйдя из машины, я обратила внимание на группу учеников, которые проходили мимо. Хотя я отсутствовала в школе всего неделю, мне показалось, что прошёл целый месяц. Я никогда не думала, что буду так рада вернуться в джунгли, которыми была школа Ист Уиллоу. По крайней мере, здесь я могла бы сосредоточиться на чем-то глупом и бессмысленном вместо того, чтобы постоянно размышлять о вещах, которые я предпочла бы запереть в титановой коробке и отправить на Марс экспресс-почтой.
Хейден припарковал свой чёрный «Кавасаки Ниндзя» неподалёку, а Сара сидела позади него. Девушки вокруг нас начали восхищаться Хейденом Блэком и его мотоциклом, ведь они были такой яркой парой. В этом не было ничего необычного.
— Мои милые детки! — Воскликнула я, бросившись к ним с распростёртыми объятиями и широкой улыбкой. — Моим глазам открылось такое захватывающее зрелище!
Хейден взглянул на меня без тени эмоций.
— Ты под кайфом? — Спросил он.
— Да! Под кайфом вашей любви! — С энтузиазмом ответила я.
Он даже не моргнул, сохраняя невозмутимое выражение лица. Сара же не смогла сдержать смешок. Она убрала руки с его талии и сняла шлем.
— Я не думала, что ты будешь так рада вернуться в школу, — сказала она мне.
— Никогда в жизни я не была так счастлива. Кажется, я могу заплакать от радости в любой момент.
— Избавь нас от подробностей, — произнёс Хейден, закрепляя шлемы на мотоцикле.
— Зачем мне это, если я могу рассказать об этом всему миру? — Сказала я, показывая ему язык. — В любом случае, я хочу, чтобы ты кое-что взял. — Хейден приподнял бровь, с недоверием наблюдая за мной. Я усмехнулась. — Не смотри на меня так. Я же не собираюсь давать тебе крысиный яд.
— Зная тебя, я бы не удивился, — ответил он.
Я достала из рюкзака телефон Барби и протянула ему.
— Верни это Барби, — сказала я. Он посмотрел на телефон, а затем на меня, прищурившись. — Ты украла его телефон? — Спросила Сара.
— Позаимствовала, если быть точной. Он в целости и сохранности, так что не переживай из-за этого.
Она нахмурилась.
— Что ты сделала?
— Ничего такого, чего бы он не заслужил, — подмигнула я ей, но она, похоже, не нашла в этом ничего смешного. Ее хмурость стала еще глубже.
— Так это ты залезла в его Instagram? — Спросил Хейден.
— Тогда, я полагаю, ты видел ту фотографию? Было забавно, не правда ли? — Я улыбнулась. — Могу себе представить реакцию Барби. — Я потерла руки, как настоящий злой гений, каким я и была.
— Да, я видел, — сказал Хейден резким тоном. — Но у нас с тобой, очевидно, разное чувство юмора, потому что я подумал, что это неубедительно.
— Мел, зачем ты так? — Спросила Сара. — Это же неправильно.
— Да ладно тебе! Это все око за око. Я же не какая-нибудь преступница!
Хейден бросил на меня обвиняющий взгляд.
— Что еще ты сделала?
Я умоляюще подняла руки.
— Ничего, ладно? Я просто покопалась в этом, ничего особенного. Серьезно, ты должен знать это лучше, чем кто-либо другой. Разве ты не сделал почти то же самое с Сарой? Просмотрел ее телефон и все такое прочее? Я подмигнула ему.
Его глаза вспыхнули от ярости, а черты лица почти мгновенно стали более резкими. Я заметила Шрейю на другой стороне парковки и восприняла это как знак, что мне следует исчезнуть в воображаемом облаке дыма, прежде чем я умру ужасной и мучительной смертью.
— А-а-а, а теперь я ухожу, пока ты не придумал, как меня убить и похоронить. Пока-пока!
Я подбежала к Шрейе, почти ожидая, что Хейден бросится за мной и затеет драку, но он остался на месте. Я огляделась в поисках Ауди Стивена, но ничего не увидела. Шрейя улыбнулась мне и помахала рукой, и мы вместе направились в школу.
Под лучами солнца карий цвет ее глаз превратился в золотистый, а длинные блестящие волосы ниспадали каскадом по спине, вместо того чтобы быть собранными в конский хвост, как обычно. Я бы хотела, чтобы у меня были такие же волосы, как у нее. Я не могла отрастить длинные волосы, потому что они были слишком слабыми и легко ломались, поэтому я всегда стригла их до плеч.
— Как же хорошо, что ты вернулась! Заседания совета были совсем другими без тебя, — сказала она.
— Не сомневаюсь. Без меня совет превратился в скучную компанию. Они все такие серьезные, что им не помешал бы наставник, который научил бы их улыбаться. — Я похлопала ее по плечу. — За исключением тебя, конечно.
Она хихикнула.
— Спасибо. Я давно хотела тебя спросить кое о чем.
— Я вся во внимании.
— Ходят слухи, что тебя отстранили от работы из-за того, что ты ударила Мейсена Брауна.
Я уставилась на нее с открытым ртом и рассмеялась. Если бы!
— Мне нравится этот слух. Мне он очень даже нравится!
Она молча наблюдала за мной, поджав губы. Даже после того, как он разбил ей сердце, использовав ее как девушку на одну ночь и превратив в источник слез, она все еще была частью его фан-клуба. Но она всегда знала, как сильно я его ненавижу, и я старалась высказывать свою ненависть при каждом удобном случае.
— Есть еще один слух, — сказала она, когда мы вошли в школу.