Чтение онлайн

Идея подхватывается вновь – как это свойственно тонкой ведийской манере связывать мысли через отзвуки слов – во фразе ari kaya следующего стиха. Я думаю, здесь речь идет не об арийских народах на земле, хотя этот смысл также возможен при идее национальной или коллективной йоги, но о тех силах, которые содействуют подъему человека, о духовно родственных ему силах, связанных с ним как его соратники, союзники, братья, пары в упряжке (sakhaya, yuja, jamaya), ибо его устремление есть и их устремление, и они реализуются через его свершение. Как удовлетворяются и уступают дорогу Заточители, так и эти силы, ублаготворенные, должны, в конце концов, признать свою задачу выполненной, когда обретается полнота человеческого блаженства, когда душа отдыхает в мире Индры, приходящем вместе со Светом, в покое достигшей совершенства ментальности, стоящей будто на вершине высшего сознания и Блаженства.

Поэтому изливается божественная Ананда, дабы стать стремительной и интенсивной в этом существе и быть принесенной в жертву Индре для поддержки его стремительных движений. Ибо от этой глубокой радости, явленной во внутренних ощущениях, вспыхивает восторг, делающий сильным и человека, и бога. Божественный Разум получит возможность продвигаться дальше в этом путешествии, которое на этом не заканчивается, и возвратит этот дар в виде новых сил Блаженства, нисходящих на соратника бога.

Именно этой силой Божественный Ум в человеке сокрушил все, что противодействует ему: всех Сокрывающих, осаждающих, их стократные действия воли и мысли; этой силой он оберегал в дальнейшем богатые и многообразные завоевания, добытые в прошлых битвах, от атри и дасью, пожирателей и грабителей нашего добра.

Хотя, продолжает Мадхуччхандас, этот Разум уже преисполнен множества богатств и сокровищ, мы стремимся еще более приумножить его силу изобилия, устраняя тех, кто ограничивает нас, так же как и Вритр, дабы полностью и уверенно владеть своим богатством.

Ибо Свет, в полноте своего величия свободный от ограничений, – это материк блаженства; это та Сила, которая дружески помогает человеческой душе и хранит ее в битве, ведя до самого конца ее похода, до самой вершины ее устремления.

[Риши воспевает божественную Зарю, Дочь Небес, как приносящую Истину, блаженство, светозарные небеса, как созидающую Свет, дарующую видение, пролагающую пути Истины, следующую и ведущую по ним, как устраняющую мрак, как вечную и вечно юную богиню нашего продвижения к божественной природе.]

1. Зарю, чей путь ослепителен, госпожу истины, Истиной великую, широко блистающую, чей облик ал, Зарю божественную, несущую с собой небеса света, – ее провидцы почитают мыслями своими.

2. Вот она, несущая видение, пробуждающая человека, делающая пути его легко проходимыми, сама идет впереди него. Как велика ее колесница, как широка и всеохватна богиня, Свет приносит она в начале дней!

3. Вот она, запрягающая свои стада алого света; ее движение неудержимо, создает она богатство непреходящее. Она пролагает пути к блаженству; божественна она, широко сияет ее слава, многие гимны возносятся ей, несет она всякий желанный дар.

4. Вот она в ее двуединой силе земли и неба, появляясь во всем своем блеске, тело свое открывает пред нами. Верно следует она путем Истины, как та, что мудра и знает, и она не ограничивается нашими пределами.

5. Вот она, ослепительно ее тело, когда обретена она и познана! Встала она в вышине, будто купаясь в свете, чтоб могли мы ее увидеть! Прогоняя всех врагов и все темное, Заря, дочь Неба, пришла со Светом.

6. Вот она, дочь Неба, словно счастливая женщина, движется навстречу богам, и форма ее все ближе к ним. Раскрывая все желанные блага для приносящего жертву, богиня вечно юная вновь сотворила Свет, как и прежде.

Как Солнце есть образ и божество золотого Света божественной Истины, так Заря есть образ и божество явления высшего озарения в ночи нашего человеческого неведения. Заря, дочь Неба, и Ночь, ее сестра, есть две стороны все той же вечной Бесконечности. Непроглядная Ночь, из которой восходят миры, это символ Несознания. Это Океан Несознания, та тьма, сокрытая внутри тьмы, из которой рождается Единый величием Своей силы. Но в мире смертных, в мире нашего помраченного видения вещей, царит меньшая Ночь Неведения, которая окутывает небо, землю и срединный мир: наше ментальное и физическое сознание и наше витальное существо. И именно здесь восходит Заря, дочь Небес, неся сияние своей Истины и блаженство своих щедрот; сбрасывая тьму, будто черное тканое одеяние, словно юная девушка, облаченная в свет, эта невеста лучезарного Господина блаженства совлекает покров с великолепия своих грудей, являя сияющее тело, и побуждает Солнце взойти по восходящему ряду миров.

Ночь нашей тьмы не совсем лишена света. Даже если нет ничего вокруг, даже если все покрыто глубоким мраком, божественное пламя провидческой воли, Агни, светит сквозь густую мглу, даруя свет тому, кто пребывает глубоко во тьме; пусть огонь еще не разгорелся, как разгорится на жертвенном алтаре с приходом зари, и все же, как самый низший и самый высший среди богов, он вершит на нашей земле волю и труды сокрытого Света, несмотря на весь этот окутывающий дым страсти и желания. И звезды светят в ночи, и появляется луна, делая явленными непобедимые деяния беспредельного Владыки. Более того, Ночь всегда выносит тайно в своем чреве лучезарную сестру; эта жизнь нашего неведения, преобразуемая богами через их скрытые деяния в человеке, готовит рождение божественной Зари, с тем чтобы, взойдя на небе, она могла проявить наивысшее творение светозарного Создателя. Ибо божественная Заря есть сила или лик Адити; она – матерь богов; она дает им рождение в нашем человеческом существе в их подлинных формах, более не ограниченных нашей узостью, более не скрытых от нашего видения.

Но великий этот труд должен вершиться в соответствии с порядком Истины, в ее твердо установленные времена, через двенадцать месяцев жертвоприношения, через божественные годы Сурьи-Савитара. Вот почему существует непреложный ритм и чередование ночи и зари, озарений Света и периодов отлучения от него, рассеивания тьмы вокруг нас и вновь ее сгущения над нами, и это происходит до той поры, пока божественное Рождение не свершится окончательно, пока оно не осуществится во всем своем величии, знании, любви и силе. И эти последующие ночи уже отличаются от тех ночей непроглядного мрака, которые наводят ужас возможностью появления врагов, нападения пожирающих демонов разделения; эти же ночи приятны, божественны и благословенны, они равным образом трудятся на благо нашего роста. Ночь и Заря тогда становятся разными по форме, но едиными по духу, они поочереди вскармливают одного лучезарного Младенца. Теперь озаряющие сияния яркой богини ощущаются в этих приятных ночах даже сквозь движения темноты. Поэтому риши Кутса воспевает обеих сестер: «Бессмертные, у кого один возлюбленный, согласные, они обходят небо и землю, образуя оттенки Света; общий путь у сестер, бесконечный; и они следуют им друг за другом, обученные богами; единые они, хотя и различны их формы» (I.113.2, 3). Ибо одна есть светлая Матерь стад, а другая – темная Корова, черная Бесконечность, которую все же можно заставить давать нам сияющее молоко небес.

Таким образом, Зори приходят в постоянном чередовании, трижды десять – мистическое число нашей ментальной природы, – образуя месяц, пока не наступит день, когда откроется нам чудесный опыт, пережитый нашими праотцами в давно минувший век человечества: когда зори сменяли одна другую и не было ночей меж ними, когда они явились к Солнцу, как к возлюбленному, и кружились вокруг него, не покидая вновь, не преходя, лишь как предтечи его периодических восходов. Это произойдет, когда воссияет супраментальное сознание, осуществленное в нашей ментальности, и мы обретем день длиною в год, которым наслаждаются боги на вершине горы вечности. То будет рассвет «наилучшей», или самой высокой, самой блистательной Зари, когда «прогоняя Врага, хранительница Истины, рожденная в Истине, исполненная блаженства, изрекая высочайшие истины, осуществленная во всех щедротах, она приносит рождение и проявление богов» (I.113.12). Пока же каждая заря наступает как первая в череде грядущих и движется к цели тем же путем, которым прежде до нее прошли другие; каждая своим приходом продвигает жизнь вверх и пробуждает в нас «того, кто был мертв» (I.113.8). «Матерь богов, сила Бесконечности, безграничное видение, что пробуждается с жертвоприношением, она создает выражение для помыслов души» и дает нам универсальное рождение во всем, что рождено (I.113.9).