Чтение онлайн

Через полчаса на полу лежали два Кальтенбруннера. Купер удовлетворенно щелкнул языком и полюбовался на дело своих рук. Действие парализующей бомбочки начало проходить, Кальтенбруннер застонал и зашевелился. Купер вытащил распылитель, и страшного Кальтенбруннера не стало.

– Биоробот, встать, - подал команду агент.

Биоробот зашевелился, сел на полу и взглянул на своего создателя.

– Тебя зовут Кальтенбруннер, - сказал Купер.
– Твоя задача вести себя тихо и не выпендриваться.

– Приказ понял, - разжал губы робот.

– Вот и славно, - улыбнулся агент Купер.

Вернувшись в гостиницу, Купер не обнаружил там Штирлица. Агент прочитал записку и сел на кровать.

– Что значит "не хочу возвращаться"?
– нахмурился он.
– А задание Великой Империи?

Агент Купер перечитал записку еще раз и почувствовал, что начинает паниковать. Ведь без Штирлица ему не выполнить задание Его Светлости герцога фон Брамса! Каким бы идиотом Штирлиц не выглядел, но он был настоящим суперагентом, не имеющим равных за всю историю человечества до тридцатого века включительно!

Купер впал в отчаяние. Он не думал, что Штирлиц может сбежать, а то повесил бы на него микроскопический маячок, по которому мог бы его легко найти в любом месте Земли. А теперь...

И вдруг Купера осенило.

– Вряд ли Штирлиц уедет, не посетив напоследок свой любимый кабачок "Три поросенка"! Есть надежда его там застать!

Агент Купер схватил свой чемоданчик с техникой будущего и побежал искать Штирлица.

Глава 15

Встреча старых друзей

Усталый Штирлиц с ручным пулеметом на плече вошел в кабачок "Три поросенка". Посетители отсутствовали. Кабачок был закрыт, но кто посмел бы сказать об этом господину штандартенфюреру? Русский разведчик прислонил пулемет к стене, расположился за своим любимым столиком и пальцем поманил официанта.

– Пива и тушенки!
– заказал он.

– Вы сегодня выглядите утомленным, господин штандартенфюрер, сказал услужливый официант, смахивая полотенцем со стола крошки и вытирая лужицы пива.

– Был трудный день, - пояснил Штирлиц, не вдаваясь в подробности.

Официант выставил на стол несколько кружек пенного пива и две больших банки советской говяжьей тушенки, которую так любил господин штандартенфюрер. На банке была нарисована толстая корова, пасущаяся на лугу.

Штирлиц приложился к кружке, опустошил ее за секунду и ткнул вилкой в банку тушенки.

Тут произошло событие, о котором в кабачке долго вспоминали с суеверным ужасом.

Открылась дверь, и в кабачок "Три поросенка" вошел еще один улыбающийся Штирлиц. У официанта отвалилась челюсть, бармен спрятался под стойкой, посудомойки с изумлением выглядывали из подсобки и округляли глаза.

Штирлиц сел рядом со Штирлицем. Тот доброжелательно посмотрел на нового посетителя и подвинул ему одну из своих кружек. Второй Штирлиц тоже приложился. Первый с одобрением проследил за опустевшей кружкой.

– Официант!
– позвал он, подняв руку.
– Нужна вторая вилка и повторить такое же количество пива!

– Есть!
– по-военному отозвался официант, у которого от происходящего пересохло в горле.

– И еще принеси бутылочку водки!
– добавил второй Штирлиц и осведомился у первого:

– Ты какую предпочитаешь?

– "Кубанскую", ясный пень!

– Аналогично, - кивнул Штирлиц из будущего.
– У нее такой приятный аромат, особенно если в экспортном исполнении. Официант! Две "Кубанских"!

– Господин штандартенфюрер, - робко сказал официант, прикрывая на всякий случай лицо рукой.
– У нас нет "Кубанской"... Есть шнапс, коньяк...

– Дикари, - бросил первый Штирлиц.

– А из наших-то есть что-нибудь?
– спросил второй у официанта.

– "Пшеничная".

– Тоже неплохо, - согласился штандартенфюрер.
– Из "Пшеничной" получается нажористый "ерш". Давненько я не пил "ерша"!

Штирлиц из сорок третьего года протянул руку Штирлицу из будущего и представился:

– Штандартенфюрер СС фон Штирлиц.

– Суперагент Великой Империи фон Штирлиц, - отозвался Штирлиц из будущего.

– Однофамильцы, значит, - радостно сообразил Штирлиц из прошлого.
– За это надо выпить.

Они отпили по полкружки пива, долили водкой и, со звоном чокнувшись кружками, выпили до дна.

– Хорошо пошла!
– выдохнул Штирлиц.

– Представляешь, - сказал Штирлиц сорок третьего года.
– Эти ублюдки в Рейхе задумали вывести всех ежиков из России, чтобы там нарушилось биологическое равновесие и все русские вымерли. Ежиков! А ведь ежик - это символ русской души. Снаружи колючий и необщительный, а внутри теплый и очень, очень добрый! И вдруг какие-то фашисты будут вывозить их из наших густых, зеленых лесов! Но не тут-то было, - Штирлиц любовно похлопал ладонью по своему пулемету.
– Русский разведчик Штирлиц не дремлет! И спас русских ежиков.

– А я спас Штирлица, - флегматично молвил Штирлиц из будущего.
– Представляешь, гад Кальтенбруннер решил его убрать!

Штирлицы закусили тушенкой.

В кабачок вбежал взволнованный агент Купер.

– Вот вы где!
– воскликнул он и осекся, осознав, что видит перед собой двух Штирлицев.

– А, Купер! Садись. Официант! Повторить пиво, водку и тушенку!

– Штирлиц, - проникновенно сказал Купер.
– Как вы могли меня бросить на произвол судьбы? А как же задание относительно Тройной звезды? А ваше обещание сделать из меня настоящего суперагента?

При взгляде на агента Купера, Штирлицу стало его жалко и немного стыдно.

– Да ладно, Купер, - пробормотал он, хлопая агента по плечу. Я пошутил. Конечно, я слетаю на твою Тройную звезду и сделаю тебя настоящим суперагентом! Пей, - он подвинул Куперу кружку с "ершом".

– Я не пью, вы же знаете, - сказал агент Купер.
– Агентам нельзя пить.

– Глупости, - оборвал его Штирлиц из прошлого.
– Война и водка неразделимы. На фронте пере боем всегда выдают сто грамм для храбрости. А разведчик - он всегда в бою. У него каждый день на фронте. Он просто обязан пить!

– Слышишь, что говорит умный человек, - наставительно произнес Штирлиц из будущего.
– Ты, Купер, вбил себе в голову какие-то глупые истины, которыми тебя напичкали в школе. Ты хочешь все делать по правилам. А на войне нет правил. На войне всем все по-фигу! И это основное условие для победы!

– Но...

– Пей, - сказал Штирлиц.
– Пей и закусывай.

Агент Купер поднес кружку к губам и медленно выпил пиво, смешанное с водкой. Его обычно бледное лицо порозовело, а на губах заиграла неуверенная улыбка.