Чтение онлайн

– Черт его знает, прожектор какой-то… – пожав плечами, проговорил Канавин.

– Прожектор… Благодаря ему фашист среди ночи и настрелял наших… – ответил Аникин.

– Он и есть… – догадливо вскрикнул Затонский. – Пээнвэ! Прибор ночного видения… Слышал, у них в танках такие имеются… Я же говорил, что уж больно этот снайпер зрячий для такой темноты!..

Ладонь нащупала на прикладе какие-то шероховатости.

– А ну, посвети… похоже, непростой это был кукушонок… – проговорил Андрей.

Затонский с готовностью выхватил из кармана телогрейки трофейную зажигалку и щелчком извлек из нее факелок пламени. Зубчик света скользнул по темно-коричневой поверхности приклада, высветив множество зарубок. Аккуратные, одинаковой длины, они покрывали всю правую сторону ложи в три ряда.

– Упырь… – зло проговорил Тоня. – Гляди, сколько кровушки русской высосал…

– Свое отхлебал, кровосос… – глухо откликнулся Канавин.

– К этому глазу ночному, похоже, блок питания прилагается… – задумчиво проговорил Аникин, осматривая болтавшийся шнур.

– Ага, товарищ командир… – согласно кивнул Канавин. – Была там у гада какая-то амуниция за плечами. Только я думаю, после вашего выстрела от нее одни болтики да шурупчики остались. Начисто кровососа разнесло…

– Все равно, батареи эти найдите и заберите… Все, до шурупчика… – произнес Андрей. – Дело серьезное… Отвечаешь за трофеи головой. Понял, Канавин?.. После боя надо будет доставить ПНВ в штаб.

– Понял, товарищ командир… – без всякого энтузиазма ответил боец. Его, видимо, никак не устраивала перспектива таскаться с тяжелыми железками. – А разрешите этот ночник отсоединить, а? Винтовка-то с боезапасом. У фашиста еще три магазина было снаряженных. Так мы ночник-то аккуратненько упакуем, а ее – в дело пустим.

– А сможешь? – недоверчиво спросил Аникин.

– А что ж мы, пальцем деланные?! Кой-чего могем… – обидчиво вспыхнул Канавин. – Зря я, что ли, в учебке мины ставил и проводочки у взрывчатки соединял? А тут трохи легче будет… Думаю, ночник этот не бабахнет от неосторожного обращения…

– Ладно, действуйте… А винтовку – используй, разрешаю… – торопливо произнес Аникин, возвращая Канавину трофей. Тот сразу воодушевился и повеселел.

Бойцы из отделения Затонского и остатки взвода Колюжного, распределившись в цепь, двигались вдоль правой окраины фольварка. Так Аникин примерно представлял себе местонахождение боевой группы. Впереди громыхало все громче и вспыхивало зарево. Вот ветлы, на одной из которых гнездился вражеский снайпер. Хорошо бы прибор ночного видения восстановить. Находка для всей роты… Вот какое-то деревянное строение, похожее на амбар. Повалено. Бревна – в стороны. Скорее всего, работа артиллеристов. Или прошла здесь та самая «тридцатьчетверка», которую прикрывало отделение Мамедова. Внезапно лихорадочно прыгавшие, в такт бегу, мысли Аникина прервали несколько гулких взрывов. Один, второй, третий, они ухали прямо на цепь бегущих. Будто на них надвигался железный великан, сотрясая землю при каждом шаге. В шуме и грохоте проклюнулся нарастающий рев. Мины!

– Ло-о-ожись! – успел крикнуть что есть силы Андрей. В тот самый миг, когда он бросился на землю, великан резко рванул бегом прямо на них и принялся топтать и крушить все вокруг. Волна раскаленного воздуха, словно девятый вал, прошла над головой и с необоримой властностью потянула Андрея, всего, целиком, вслед за собой. Он с отчаянной неистовостью впился пальцами в сырую землю, вжался в нее, стараясь во что бы то ни стало удержаться, не поддаться тянущей его силе. Страшный грохот и треск наполнил все вокруг, рождая внутри чувство безотчетного страха, заставляя вжиматься еще сильнее. Жить, жить, наперекор этому раскаленному урагану, который крушит и ломает все вокруг…

Обстрел продолжался не больше десяти секунд, но Андрею показалось, что мины сыпались бесконечно долго. Он попытался подняться и почувствовал, как земля посыпалась со спины его телогрейки.

– Товарищ командир… – раздался рядом голос Липатова.

– Я в порядке, ты как? – откликнулся Аникин, пытаясь отряхнуться.

– Ничего… – каким-то неуверенным голосом ответил Липатов. – По башке малеха двинуло. А – нет, каска цела, даже вмятины нет. Видать, ком земли влепило… Хорошо, что каску надел… Похоже, «дурилу» фашисты использовали. Думал, все – каюк нам пришел…

– Дурила, говоришь… – отряхиваясь, отозвался Аникин. Похоже, что немцы дали залп из реактивных шестиствольных гранатометов (150-мм шестиствольный реактивный миномет Nebelwerfer (досл. с нем. «Туманомет»).

Значит, великана «дурила» звали. Да, надурил он тут прилично. Расстояние они покрывают приличное. Значит, били с самих Зееловских высот. Или еще откуда подальше, с резервных позиций. Черт, какие еще сюрпризы у них имеются?

– В батальоне мне про них говорили… Дрёмов, связист, описывал, как эти шестиствольные по Кюстрину работали… И вода, и земля кипела… – произнес Аникин. – А я и забыл, черт возьми…

– Ага, тут забудешь… – посетовал Липатыч. – Они, гады, быстро напомнят.

– Только Дрёмов их «ишаками» звал…

Аникин усмехнулся. За ним следом рассмеялся и замкомвзвода.

– Я теперь понял, почему… – продолжил Андрей. – Слыхал, как они на подлете ревели?

– Жуть… – согласился Липатов. – Думал, у меня от этого рева кишки наружу вывернутся…

За шиворот засыпалась земля, и теперь неприятно было ощущать склизкие, мокрые комочки. Кто-то тихо стонал, кто-то ругался на чем свет стоит, используя весь боезапас матерной ругани.

К ним подполз Затонский и с ходу выпалил:

– Коктенко убило, товарищ командир… Того, что за снайпером ходил вместе с Канавиным. И еще трое ранены, из калюжинских, один тяжело.

– Помощь окажите… – отозвался Аникин. – Эти, что легко, идти могут?

– Могут… – коротко доложил Кузьма.

– Тогда отправь их обратно к насыпи. Пусть доложат, что у нас тут. Только скажи, чтоб шли по нашему коридору наступления. А то попрут опять по минному…

– Есть сказать! – отчеканил Затонский и тут же затараторил: – Ну, и жахнули по нас, гады. Что это было, ни черта не сообразил… «Катюши» их немецкие, что ль?

– Ну, ты выдал – «катюши»! – не выдержав, зло усмехнулся Липатов. – Если бы это были «катюши», мы бы с тобой тут не балакали… Это, типа, «ванюши»… только вражеские…