Чтение онлайн

Мы аккуратно складывали в два гробика кости. Федька точно находил очередную лисью нору с костями. Также точно определял принадлежность к трупу. Никто не сомневался в его указаниях, пребывая в скорбном настроении.

– Эти последние, – Федька высыпал, горсть жёлтых косточек, в узкую части гробика. – Думаю, тут только стопа. Выходит на каждом теле отсутствуют три фаланги. – Да, Анна Кузьминична права, он отрезал и унёс пальцы жертв. Ну что заколачиваем и понесли к лодке? – спросил Иван. – Нам ещё до заката нужно могилы выкопать. Кстати Илюша, вторую тоже у нас хоронят? – Нет, в рай-отдел отвезу. Они дело по розыску замяли, пусть теперь родителям в глаза смотрят. Ладно мужики, сворачиваемся, схемы я нарисовал, протокол в отделе напишу. Пойдём. Мне ещё к Толику нужно заехать, сестру отвезти. – поторопил я ребят.

Когда мы на вёслах подходили к затону, лодка шедшая первой остановилась.

– Илюх, а парень на том берегу и нам нужно поспешить к нему. – сказал Иван, Федька сидел рядом с ним с закрытыми глазами и казалось даже не дышит.

Мы сгрузили гробики на самый мыс и резво направились на противоположный берег, чутью ребят я привык доверять. Они вырвались вперед и когда наша с Васькой лодка уткнулась в землю, их уже не было видно. Затащив оба судна повыше от воды, мы побежали следом.

Мы двигались по направлению к монастырю. Несмотря на мой бег, Васька ничуть не отставал, казалось он и не хромал полчаса назад. Несколько раз он даже забегал вперед и кричал “по совиному”. Ответов на его сигнал я не слышал, но прекрасно знал, что он означает: "Только разведка, без прямого вмешательства."

Когда мы вышли к опушке, я увидел как Иван вяжет солдата, второй лежал рядом и пучил на нас глаза. Федьки видно не было.

– Внутри восемь человек, две женщины. Вчера вечером гарнизон отправили в часть. Эти из дальнего дозора вернулись потому, что 4 часа нет смены. Идти в монастырь опасаются, уже час шатаются по округе. Остаётся наш парень и чет… – отчёт Ивана прервал жест Васьки. – Машина едет, нет две и… внутри тоже завелась. Что с парнем? – спросил он. – Жив, но очень напуган. И ещё. Там кажется “Чужой”.
– настороженно всматриваясь ответил Иван и еле успел удержать рванувшего к монастырю Ваську. Тот мелко дрожал, за гримасой злости не было видно глаз. Теперь это были тонкие трещинки и в них сверкала ярость. Я видел его таким однажды.

В тот день когда нас связали и запретили освобождать гетто под Балтой, в лагере находились трое незнакомцев. Ребята как то проговорились, что их скрутили именно они. Незнакомцы долго разговаривали с командиром по английски, о чём то спорили и убедившись, что он согласен, ушли. Я не помню дальнейших подробностей, меня тогда сильно побили, но я помню как смотрел на незнакомцев связанный Васька.

Уверен, сейчас в монастыре, один из них.

С того места где мы находились, не было видно ворот, а вот уходящая в город дорога хорошо просматривалась. Сейчас по ней отдалялся от монастыря ЗИС-101. Он неожиданно свернул в сторону леса и пропал из виду. Пока Иван удерживал Ваську, на дороге появились аналогичный лимузин, а следом ГЗА-651 (автобус с деревянным кузовом). Я засмотрелся машинами и не сразу понял, что произошло.

Ребята оставили меня одного и побежали в сторону, где скрылся первый ЗИС. Причём первым бежал Иван.

Я понаблюдал за их удаляющимися спинами и начал развязывать солдат, взяв обещание, что вместе пойдём сдаваться приехавшим чекистам. Во дворе нас почему то разделили, меня проверив документы направили к зданию, а солдат поставили к стене как задержанных. У входа курил Сергей Никифорович Круглов. Он ещё раз проверил документы, спросил цель прибытия и провел по коридору к палате.

Толик спал, на железной больничной кровати. У окна стоял Берия и протирал очки. Я представился.

– Рыжаков? – переспросил начальник МВД удивлённо. – Так точно! – Хм, не тянись и можно по простому, Лаврентий. – протянул он руку. – Эээ… Илья. – На вот, тебе просили передать. – он вынул из внутреннего кармана предмет завёрнутый в ветошь. И отдал мне. Ещё не развернув я знал что увижу. – А мы за тобой машину послали. Сергей, свяжись с ребятами.

Круглов моментально растворился за спиной. Мирный тон маршала вызывал опасения. Я развернул тряпицу и взял в руку телефон. Сверху был листочек сложенный вдвое.

“Илюша, не становись сердитым потому, что пришлось так передать вашу вещь. Я появлюсь не скоро, а Лаврентий торопился познакомиться с источником. При встрече всё объясню. Ничего не бойтесь. твоя Ведьма.”

Могла и не подписываться, её почерк трудно перепутать. То что зашифровала Толика ясно. Не бояться, это вероятно про Берию и его людей. Назвала себя ведьмой? Это наша с ней старая “игра”. Что значит “не становись сердитым”? Не говорить им про усадьбу или что-то должно произойти, что может меня разозлить?

Начальник МВД, предложил посидеть на улице пока мальчик спит. Спорить не стал. Мы довольно тепло общались на нейтральные темы. Берия явно подбирался к интересующим его вопросам, когда через ворота вошли ребята. Сразу стало понятно, что многие окружающие их знают. Кто-то просто бросал в их сторону короткий взгляд и продолжал заниматься своими делами. А некоторые дергались к кобуре или делали резкий шаг назад, будто опасаясь. Берия был из вторых, по его поведению было заметно, что он боится.

– Привет Лаврентий, – поздоровался за всех Васька. – ты кажется вовремя. Нужно парня оградить от лишних глаз. Хотя бы пока не поправится. Какие у вас планы? Первый приедет?

– Да, через пару дней. О планах не знаю, нужно понять масштаб проблем в будущем и объём информации. – Берия вытирал платком, невидимое пятно на ладони.

– Дела ваши, прямо скажем, плохие. Информацию вам не переварить до конца своих дней. – Васька улыбнулся, своей шутке. – Вы главное, дел не натворите, когда узнаете, кто и как вас заменит. Кстати, для тебя подарок. Там в лесу человек лежит, через 2 с половиной года, он тебя должен был застрелить. Смотри какой пистолет.

– Батицкий значит? И что он там делает? – Берия брезгливо вертел оружие.

– Нам его отдали, уже мёртвым, чтобы живыми уйти.

Мне было не посебе в этой компании и я отпросился, заниматься погребением. Иван ушёл со мной. Федька зачем-то напросился в подвалы монастыря, может в поисках вина. Васька оставался дожидаться когда проснётся Толик.

– Надеюсь ты про усадьбу не сказал? – я отрицательно мотнул головой. – хорошо. Пока Наумова не вернётся, туда ни ногой. Это тебе.

Иван протянул мне ключи от машины. На сколько могу судить от той, что застряла возле пруда. Вот ещё забота.

Только сейчас понял, какой вкусный воздух был в детстве. Его можно было есть и получать бесконечное удовольствие. К сожалению откусить большой кусок не получится и дело не в выбитых зубах. Подтвердились мои опасения с переломом ребра и теперь каждый вздох приходилось рассчитывать, чтобы не вызвать приступ боли.

Мы сидели на лавке вдвоём с Кузьмичом. Он где-то перетрудил раненую ногу и передвигался теперь при помощи костыля. Я объяснил местным врачам, что необходимо сделать. Они и сами довольно опытные, справились. Теперь нужно время, чтобы опухоль спала и будем растягивать порванные мышцы. Бегать он конечно не сможет. После полученного им в войну ранения, я удивлён, что он ходит. Может удастся встретиться с Илизаровым? Использование аппарата при данной травме обычная практика в будущем.