Штурм Брестской крепости
Шрифт:
Для перетаскивания надувных лодок через опоясывающие бастионы ров с высокими и крутыми склонами, на суше необходимо упражняться в «бечевой тяге».
17.5.41
17 и 18 мая Йон, Кюлвайн, Гипп и Масух вместе со Шлипером и Деттмером — у Тересполя, в районе, предусмотренное для наступления дивизии. Обсуждаемые 13 мая детали план нападения на Брест-Литовск рассматриваются теперь на местности.
Это первый настолько расширенный выезд в полосу предстоящего наступления — фактически присутствует все командование дивизии и командиры ударных частей. Интересно, что их выводы и наблюдения [120] практически не дублируют ни выводы саперов, ни группы Деттмера — Герштмайера — фон Рюлинга.
120
John Friedrich «Forced crossing of the Bug river, advance through the Russian border defenses and capture of the fortress Brest-Litovsk». BA-MA ZA 1 1582.
Первое, на что обратили внимание командиры частей, — подход к реке как вероятной исходной позиции и возможности для захвата моста. На севере территория достаточно благоприятна — высокие насыпи идут к железнодорожному мосту, частично удерживаемому русскими и частично немецкими силами. Бункер на русской стороне служит охранникам убежищем; на немецкой — перед рекой стоит покрытый землей дзот с амбразурой. Русских часовых всегда двое, они размещены на мосту как раз на линии границы, а немецкие (погранично-таможенная служба) — только при входе на мост.
Второе — центральное направление. Здесь большая часть территории к западу от Буга затоплена так, что к реке можно приблизиться только по железнодорожным насыпям и мосткам. А так как, согласно договору, Буг — разделительная линия, русские, «расширяя свои владения», отвели реку от ее первоначального течения [121] (пустив по рву Западного острова, в итоге ставшего их территорией) и на немецкой территории оказался только один каземат (вход с востока) у юго-восточной оконечности Западного острова. Почти все мосты взорваны — фактически, кроме железнодорожного, нет никаких постоянных точек пересечения Буга. Соответственно всякое движение через границу прекратилось — только железная дорога работает по графику. На мосту немецкие рельсы положены в пределах советских, но с обоих его концов рельсы снова отделяются. Немецкие поезда доходят до станции Брест-Литовска, русские — до станции Тересполя.
121
Воду пустили в ров, уничтожив срыв перемычки с севера и юга передового рва. Соответственно место, где была северная перемычка, называется северной пробивкой (прокопом), южная — южной пробивкой (прокопом).
Третье — возможности наблюдения. У моста дороги, ранее соединявшей Тересполь и Западный остров, стоит небольшая деревянная наблюдательная вышка. Однако, учитывая высоту валов на той стороне, густые лесонасаждения, покрывшие часть крепости, она дает лишь весьма ограниченное представление об окрестностях. На русской стороне — наблюдательная вышка выше, просматривающая всю территорию между Бугом и Тересполем. Впрочем, и сразу за германской вышкой немцами уже почти построена новая, значительно более высокая [122] .
122
По немецким данным, ее (бревенчатой) высота — 30 м. Интересно, что более точно указывает именно бывший советский пограничник С. Бобренок — 28 м (Бобренок С. «У стен Брестской крепости». Минск, 1960 г., стр.9)
Валы, окружающие крепость, в хорошем состоянии; в нескольких пунктах за деревянными дощатыми заборами стремительно поднялись бетонные сооружения.
Часть центра крепости окружена крепкими зданиями в несколько этажей, как правило кирпичных, и очевидно все заняты многочисленными войсками.
Что касается последнего — похоже, все же, на взгляд из 1947-го, тогда, когда Йоном и было рассказано об этих наблюдениях. Во-первых (гений русских проектировщиков?), с вышки практически не просматривалась сама земная поверхность — в лучшем случае прибрежная территория, где войск практически не было, или верхние этажи зданий. А ведь именно на Центральном и Северном островах и размещалась основная часть подразделений РККА, находящихся в крепости.
Итог выезда — признание и закрепление в соответствующем приказе необходимости расширения различных дорог и позиций.
Поступает приказ H"oh.Kdo XXXV на марш, ночами с 26.5 по 2.6 в пункт постоянной дислокации между Бяла-Подляской и Тересполем, выделяя частям дивизии магистральные шоссе через Минск — Васовики, Бяла-Подляска.
При 4-й армии проходит совещание офицеров противохимической защиты (до дивизии). Начальник службы ПХЗ армии объявляет, что при войне с Россией планируются настолько быстрые операции, что та сможет поставить лишь несколько легко преодолимых небольших химических заграждений.
18.5.41
В H"oh.Kdo XXXV сообщается о состоянии дивизии как вполне боеспособном соединении, не считая проблем из-за нехватки горючего и автомобильных шин.
Комендант авиационной базы Варшава — Окесье (полковник Шталь) готовит для дивизии 2 различных типа спасательных жилетов. Одновременно она получает две пары водных лыж для их испытания 81-м саперным батальоном: к 27.5.1941, испытав, надо отчитаться об их пригодности и заявить необходимость и объем их дальнейшей поставки.
19.5.41
Частям дивизии приказано организовать и отправить в Тересполь штабы разведки и специально выделенные группы рабочих для улучшения дорог и команды приема района расквартирования для оборудования лесного лагеря у Бяла-Подляски.
Во второй половине дня Шлиперу представляются командиры частей армейского подчинения, придаваемые дивизии: штаб 4-го полка химических минометов особого назначения (NbwRgts.Stab z.b.V.4) и его части — 8-й дивизион химических минометов (NbwAbt.8) и 105-й дивизион обеззараживания (Entg.Abt.105).
Доведя до них обстановку и планируемые действия, им приказана рекогносцировка в районе Тересполя и начиная с 22.5 вывод своих частей к Бяла-Подляске (пока в предусмотренный для частей дивизии лесной лагерь).
В 17.30 ч. в Варшаве начинается проводимое командиром XII A.K. совещание по деталям предстоящих действий, где участвуют и Шлипер с Деттмером.
20.5.41
День Фрица Шлипера и Армина Деттмера полностью посвящен совещанию [123] при А.О.К.4 в Варшаве, проводимому командующим армией фон Клюге с командирами корпусов и дивизий, и одновременно начальником ее штаба Блюментриттом сначальниками штабов корпусов и Ia корпусов и дивизий. На нем обсуждались основные проблемы подготовки к действиям [124] :
123
ВА-МА RH 20 4 169. Вероятно, закончив совещание в штабе корпуса, они сразу же попали на армейское.
124
Документ, судя по всему тезисы выступления командования армии (прежде всего, фон Клюге), приводится полностью.
«1) Доведение предстоящих задач:
До командиров полков и других частей — только после их выхода в конечные районы (примерно с начала июня). Каждый командир может знать лишь то, что важно для него и соседей [125] .
2) Разведка:
Пустая, малооживленная польская земля, появляющаяся листва меняет пейзаж и затрудняет точное наблюдение. Поэтому необходимо продолжать разведку и приспосабливать к этому НП. Часто для передовых наблюдателей необходимо и оборудование НП.
125
Необходимо отметить несколько формальный характер данного указания — вряд ли старшие офицеры не догадывались о предстоящих действиях а дальнейшее сокрытие планов, вполне возможно, могло обернуться неподготовленностью ввиду сжатого времени на осмысленную подготовку. Например, это сковывало бы инициативу, мешая подавать какие-либо предложения по предстоящим действиям, обдумывать план операции во всех причастных (в разумной степени) звеньях. Поэтому уже 13 мая командиры частей «сорок пятой» имели необходимую, конечно пока весьма приблизительную информацию относительно их действий в предстоящей операции. Вероятно нечто подобное произошло и в других соединениях. Однако запущенные кем-то правила игры потребовали от фон Клюге огласить, возможно, и им самим не разделяемое указание.
Поэтому важна тщательная проверка всех НП. Передовые наблюдатели должны заблаговременно принимать „свою“ территорию в себя и свыкаться глазом.
3) Пограничное наблюдение:
Граница (разделенная на участки наблюдения) наблюдается длительно и планомерно. Опыт Первой мировой войны (НП дивизии, полка, батальона) показывает, что результаты достигаются лишь при наблюдении всегда одними и теми же, не меняющимися при этом, специально отобранными людьми. Ежедневно они, оснащенные биноклями, отслеживают визуально (а ночью и на слух) изменения на русской позиции пограничного прикрытия, внося их в карты обстановки большого масштаба.