Чтение онлайн

Командир, «сварка» справа! — тревожно доложил Алексей.

Вижу Леша! Атакую!

Егор выполнил косую петлю и в развороте вышел на цель. Полыхнуло пламя пушек. Снаряды пропахали каменистый склон, заставив замолчать и эту огневую точку.

«Полосатые», можете продолжать работу.

Понял, сынку, спасибо.

Егор улыбнулся, услышав по рации «сынку».

Штурмовые вертолеты кружились над ущельем, а «Восьмерки» высаживали десант. Изредка Ми-24 огрызались короткими пулеметными очередями, перепахивая подозрительные участки вблизи зоны десантирования.

«Полосатые», мы уходим, прием, — сообщил Егор. — Баки сухие.

Вас понял. Идите домой, теперь мы сами управимся, прием.

Садились штурмовики в пелене пыли, висевшей над базой. Летчики остались возле своих самолетов, наблюдая, как заходят на посадку Су-17. Истребители-бомбардировщики проваливались в крутую спираль и производили выравнивание почти у самого торца взлетно-посадочной полосы.

Красиво, просто дух захватывает, — заметил Алексей.

Да, красиво, — согласился Егор. — А ты смотри и запоминай, как они это делают.

К ним подошли остальные летчики эскадрильи. Они уже вернулись со штурмовки.

Ну, как слетали? — спросил Егор.

Ой, блин! –закатил глаза капитан Игорь Брянский, командир второго звена. — Как только приблизились к цели — сплошной шквал огня. И главное, не разглядишь сразу — маскировка уж очень хорошая. Он, гад, по тебе лупит, а ты даже понять не можешь откуда. Но мы прорвались, подавили пулеметы. А потом началось самое интересное. Пять пусков ракет!

Ни фига себе! — присвистнул Егор.

Хотя, может, не все это были ракеты, возможно, «духи» стреляли из гранатометов. Но, по крайней мере, два пуска зенитных ракет я заметил. Представь себе, что там творилось. Но цели мы перепахали основательно. «Миги»-фоторазведчики все зафиксировали.

Молодцы, славяне, поздравляю! — летчик покосился на своего ведомого. — Учись студент. Но откуда у них такая сильная ПВО? Наверное, что-то затевают, гады.

Пилоты уже собирались расходиться, но тут прибежал посыльный из штаба.

Пару Савицкий — Егоров на КП вызывают! Срочно! — выдохнул он.

Уже идем, Сказал Егор.

На КП полковник Волков сразу же поставил боевую задачу: нужно оказать поддержку осажденному блокпосту.

Вылетаем двумя парами, я ведущий. Взлет — по зеленой ракете, — подытожил командир эскадрильи. И, смотрите, аккуратнее там — работаем вплотную к своим войскам.

Есть.

На аэродромной стоянке техники суетились, подвешивая бомбы и снаряжая ракетные блоки. Егор поморщился недовольно. Приходилось вылетать с гроздьями «соток» на многозамковых балочных держателях, во время полета они сильно снижали скорость за счет лобового сопротивления.

Леша, — позвал Егор ведомого. — Ориентиры по району боевого вылета. В двух словах опиши местность.

Ну, это… Два хребта в виде буквы «Т», Справа начинается ущелье, а слева — русло высохшей речки. В конце русла, какой-то древний столб.

Не столб, а стелла — памятник доисламской культуры.

Ну, я не знаю, как это называется, но ориентироваться помогает здорово.

Зашипев, повисла у них над головами бледно-зеленая ракета.

По самолетам!

К цели подошли очень быстро на малой высоте. Внизу «духи» окружили маленький блокпост и обстреливали его из «безоткаток»[5] и минометов. Артиллерийскому огню помогали несколько крупнокалиберных ДШК. Немногочисленные защитники блокпоста огрызались короткими очередями пулеметов и автоматов, засев в окопах и бетонном доте. У разбитых взрывом ворот застыл поврежденный БТР. Правое переднее колесо у него было оторвано, но приплюснутая башня вращалась, выискивая цели, а тяжелый крупнокалиберный пулемет яростно плевался свинцовой смертью.

Штурмовики ведущей пары залпом сбросили «сотки» — сплошной ковер разрывов накрыл незадачливых артиллеристов. Каменные обломки, пыль и дым взметнулись вверх. Су-25 ушли вверх, отстреливая тепловые ловушки, а в следующей атаке ударили ракетами. Огненные стрелы вспороли воздух, языки пламени и клубы дыма взметнулись к небу, став погребальным костром для моджахедов.

«Грачи» вновь пикируют, «выклевывая» добычу. Работают автоматические пушки, изрыгая огонь и раскаленный металл, крошатся под бешеным напором 30-миллиметровых снарядом камень и падают сраженные осколками моджахеды.

Внезапно небо прочерчивает дымный след зенитной ракеты. Крылатая смерть устремляется следом за самолетами.

Ракета!!! Противозенитный маневр! Отстрелить ловушки, — командует полковник Волков.

За самолетами потянулись светящиеся гирлянды тепловых ловушек. Возле одной из них ракета, в конце-концов, взрывается.

А Егор со своим напарником уже успевают перепахать предполагаемое место зенитной засады. Штурмовики взмыли на пару тысяч метров и сделали круг над блокпостом.

Ведомый, жив? — спросил Егор.

Да, все нормально.

Утюжим ублюдков!

Вас понял.

Оглашая окрестности ревом турбин, штурмовики снова атаковали моджахедов. Те отвечали разрозненными пулеметными очередями и пытались рассредоточиться и спрятаться в скалах. Получалось это сделать далеко не у всех. Штурмовики носились над самой землей, расстреливая из пушек убегающих «духов». Точку в затянувшемся бою поставили бронетранспортеры и «бээмпешки» бронегруппы, которые все-таки прорвались к осажденной заставе.

Все, задание выполнено. Уходим, — сказал полковник Волков.

Вас понял.

Штурмовики легли на обратный курс.

За день летчики еще дважды поднимались в небо на: «свободную охоту» и на вызов командира пехотной части. А вечером комэск порадовал Егора неожиданной новостью.

— Егор, приказом тебе положен отпуск! Как только будут готовы документы, можешь ехать. Десять суток отпуска без учета дороги! Ну, как тебе новость? Рад?

Очень рад, товарищ полковник, — улыбнулся Егор.

Поедешь, отдохнешь… Класс! Завидую!

Минут через пятнадцать Егор был уже в тесном вагончике связистов и орал в микрофон, прикладывая к уху дужку с наушниками.

Алло! Алло, е… вашу мать!!! Да! — и уже совершенно другим голосом: — Алло, Наташенька. Здравствуй, Солнышко! У меня тут такое дело… — он пересказал содержание беседы с командиров.

Ой, слушай, Егор, я так за тебя рада! Молодец! Тебе же очень нужен этот отпуск. Поедешь, отдохнешь.

Да, только жаль, что буду в этом отпуске один, без тебя.

Они еще немного поговорили о разных разностях. При чем две трети времени заняли пылкие признания в любви. Дежурный офицер успел посинеть, побледнеть и побагроветь от предвкушения грядущего нагоняя от начальства за нецелевое использование связного оборудования. Но пара летных концентратов и фляга спирта уладили эту проблему.