Чтение онлайн

Сразу после «пропавших дней» осени 1832 г. у Пушкина появляется страстный интерес к Пугачёву и его делам. К маю 1833 г. им уже набросано две трети будущей книги о бунте. Но то, что после вышло, было лишь сухим изложением массы документов — прикрытием для личного расследования Пушкина.

Вначале Пушкин даже пытался обхитрить власть и покопать тему без привлечения внимания двора, заявив, что для написания «истории Суворова» ему необходимы материалы о Пугачёве. В 1836 г. Пушкин в «Современнике» прямо маркирует это дело своим знаменитым клеймом — «я прочитал 18 томов документов и т. д.»[ В 1775 г. специально отобрали и клеймили 18 близких сподвижников Пугачёва; казнили, разумеется, 5 (как и декабристов).], сразу показывая, что на первый взгляд это «народное восстание» имеет для него не политический, а эзотерический смысл.

Но официальные документы давали мало, и Пушкин решился просить у царя в июле 1833 г. возможность поработать в архивах двух губерний (Оренбургской и Казанской), опять же, не открывая истинных причин. Но Николай заставил Пушкина открыться, и разрешение дал (кстати, в черновиках у Пушкина говорится о маршруте Оренбург — Пермь, позже Пермь исчезает, и маршрут, по которому в 1824 г. проехал Александр I, у Пушкина несколько видоизменяется). Так что же искал Пушкин?

Подтверждения чего, услышанного от Елизаветы Алексеевны?

А что, собственно, мы знаем о пугачёвском бунте? На поверхности — тысячи документов, приказов, манифестов, показаний, далее, глубже — почти ничего. Даже сама личность Пугачёва, как бы раздваивается — у одних он с декабря 1772 г. по май 1773 г. находится в Симбирской и Казанской тюрьмах, откуда из последней бежит на Яик, у других — после ареста на Дону оказывается на Украине, где скрывается до лета 1773 г., причём возвращается «легализованным лицом» с подложным паспортом и сразу отправляется на Яик.

В паспорте значится «от роду 40 лет», на следствии показывал, что 30 (к 1772 г.). В январе 1772 г. на Яике произошли выступления казаков — это была «горячая точка» империи, но они не взволновали царицу. А вот здесь же первое известие о выступлении привело к тому, что был созван сразу Государственный совет (а императрица лично послала конногвардейца Воронина в лагерь Пугачёва).

Официально правительство хранило как бы естественное пренебрежительное молчание об очередном бунте на своих окраинах. Почему такой встревоженный интерес — испуг — ведь и Пётр III с 1762 г. «появлялся» не раз? Незадолго до Пугачёва в Царицыне объявился некто Богомолов — Пётр III, более того, Пугачёв как-то странно отождествлял себя с ним, заявляя, что его арестовали в Царицыне, но удалось бежать. Ни по первой (Казань), ни по второй (Украина) версии Пугачев там не был, зачем же ему, «государю», становиться ещё и Богомоловым?

Пушкин проводил параллель Пугачёва с Разиным не по масштабу бунта, а по линии «присутствия» при Разине умершего сына царя Алексея Михайловича. И одно из наиболее мощных направлений фольклора на Яике как раз и представляло Пугачёва «мечом в руках спасшегося Царя». При Пугачёве «кто-то» присутствовал. И дело не в том, был ли это Пётр III, его сын — бастард, или человек благородный, выдающий себя за Петра, дело в самом фундаменте выступления, его знамени. Известно, как Екатерина старалась найти тех, кто стоял за Пугачёвым.

Ныне уже обнаружены и связи со шведскими «друзьями» движения, с Ватиканом. Странное сближение протестантской Швеции, где король официально не мог быть католиком, и папой. В «Капитанской дочке» Пушкин описывает сцену мытья Пугачёва в бане: «Ну, ваше благородие, по всему видно, что персона знатная, за обедом скушать изволил двух жареных поросят, а парится так жарко, что и Тарас Курочкин не вытерпел, отдал веник Фомке Бикбаеву да насилу холодной водой откачался.

Нечего сказать: все приёмы такие важные… А в бане, слышно, показывал царские свои знаки на грудях: на одной двуглавый орёл, величиной с пятак, а на другой персона его».

Под иронией Пушкин прячет не просто народное поверье о «знаках», а нечто большее. Образованная Екатерина, переписывающаяся с Дидро и Вольтером, «почему-то» очень серьёзно занялась (через не менее знающих людей) этими «знаками». У жены Пугачёва сразу стали пытать всё о нём, о происхождении, и особенно о «знаках». Но дело в том, что их-то у него и не нашлось (поэтому её повезли обличить мужа, но она оказалась в занятой Пугачёвым Казани).

Позже в показаниях сподвижников нигде не фигурировала демонстрация им своих «знаков» (были только полосы на спине от сечения в Прусском походе). А вот отождествляемый с Пугачёвым Богомолов имел знаки в виде красноватого креста. Можно сказать, что около русского престола появился человек с таким знаком под именем Петра III.

В чисто политическом плане всё выглядело довольно просто (не зря Екатерина II подозревала высшие аристократические круги — тот же Панин готовил ограничительную для самодержавия аристократически-английскую конституцию). К 1772 г. наследнику Павлу исполнялось 18 лет, и он имел все (в отличие от Екатерины II) права на престол; при нём, безусловно, Панины делали бы, что хотели при новом императоре.

В 1772 г. в Швеции в результате переворота пришёл к власти король Густав III, который был не менее заинтересован в ослаблении России, чем знать России желала себе прав. Но не это интересовало Пушкина.

Петр III был внуком двух особ королевской крови — царя Петра и короля Швеции из династии Пфгальц-Цвайбрюккенов. В его лице «замкнутая российская кровь» Петра выходила вовне. Но куда? Для этого нам придётся отправиться в очень далёкий и долгий исторический экскурс.

В «Барышне-крестьянке» из «Повестей Белкина» герой носит перстень с «мёртвой головой». На плаще основателя ордена Тамплиеров Гуго де Пейна, шампанского рыцаря, были изображены головы на золотом поле. В командорстве Тэмпликомб, в Сомерсете, была найдена голова, удивительно похожая на голову со знаменитой Туринской плащаницы. А по докладам Инквизиции, среди конфискованного имущества в Тампле (Париж) нашли реликварий в форме женской головы. Верх её открывается, а внутри содержится то, что, похоже, было реликвией, и весьма необычной: «Большая голова из позолоченного серебра, очень красивого с женским лицом; внутри две черепные кости, завёрнутые и зашитые в полотно из белого льна, покрытого другим полотном красного цвета; на нём нашит ярлычок с надписью: CAPUT LVIII m[ Голова 58 m.]». Кости принадлежали женщине довольно маленького роста. Один рыцарь, которого подвергли пытке и которому предоставили эту голову, заявил, что она не имеет ничего общего с мужской бородатой головой, используемой в ритуалах ордена.

Опять появляется мотив 3-х голов. Но что они символизируют? Во второй половине XX века во Франции стали появляться работы, посвящённые «проблеме Меровингов». Этап этих поисков показывал, что дело имеется с важной организацией, прекрасно построенной, составленной из величайших умов нашего века, и эти люди всерьёз принимали реставрацию Меровингской династии спустя 1000 лет, чтобы поставить её над своими политическими, социальными и религиозными разногласиями.

После династии Меровингов существовали во Франции династии Каролингов, Капетингов, Валуа, Бурбонов и другие. Значит, какая-то особая характеристика с важнейшими последствиями отличала их от других династий. Значит, это королевская кровь была отмечена печатью исключительности, о которой никто не подозревал? Происхождение династии связано с многочисленными загадками, и первая из них касается непосредственно природы их расы.