Чтение онлайн

— Когда дело касается женщины, особенно кашани, то можно отложить все несогласия… Ведь кашани — это благословение Вена, а Гэйелд — его Верховный жрец, и он никогда не пойдёт против своего Бога! Но войну этим не остановить…

— Почему?

— Война идёт за образ жизни, мировоззрение… Наш супруг считает, что в условиях низкой рождаемости каждый мужчина просто обязан взять в жёны нескольких женщин и дать им детей столько, сколько сможет! А король и герцог всё ещё верят старым догмам о том, что один мужчина должен жить с одной женщиной. А сами… — Северис презрительно скривилась. — Мы-то знаем, что Гэйелд никогда не пойдёт на сторону, ему бы с нами управиться… А мужчины королевства и верность жёнам не очень-то и хранят, и детей не имеют… Если один рождается, то это уже хорошо!

Мне стало немного понятнее противостояние колдовской страны и королевства Грельдии, но меня за душу это не брало. Я понимала, что нахожусь тут временно, и связывать свою жизнь с жизнью этого мира не собираюсь!

И тут вдруг одна из девушек захрипела и стала сползать со стула. Эта была одна из жён Гэйелда, кажется, Лира.

— Ах, ты, мерзавка! — вдруг начала громко кричать сидящая рядом с нею взрослая женщина. Она подскочила со стула и кинулась на другую жену колдуна — Тайю. — Отравительница! Я видела, как ты угощала её пастилой!

И она вцепилась в волосы Тайи и стала трепать её за них, таская по полу.

К ним подбежало ещё несколько девушек и женщин. Началась серьёзная потасовка, а Лира так и оставалась лежать на полу. Северис быстро подошла к ней и нагнулась к лицу молодой женщины.

— Она умирает! Зовите медикуса и кого-то из мужчин!

Я тоже подошла к девушке, быстро проверила пульс, оттянула одно веко вверх, а Лира в это время цеплялась ногтями за камень на полу, задыхаясь.

В обеденную комнату вошёл один из чёрных, и что-то коротко сказал слугам, и Тайю куда-то повели, связав ей руки.

— Глупая… Теперь её ждёт казнь… — проговорила Северис, поднимаясь на ноги с пола. Она всё это время, оказывается, сидела рядом с Лирой и наблюдала за мной.

— Это не отравление, а индивидуальная непереносимость… Посмотри, как раздулась её шея! Это она не даёт воздуху пробраться к ней в грудь! Нужно найти красную куяльню и лютиху… А сейчас мне нужен острый нож и трубка, тонкая трубка!

Через минуту всё необходимое уже было в моих руках, я даже не увидела, кто мне это подал.

Нож был большой и острый, с тонким и длинным лезвием, а трубка была очень тонкой и гибкой, как раз такой, как мне нужно! Я успела ещё подумать, что в Адании такого материала нету!

Резким движением я рассекла шею Лиры, услышав только слаженный полустон-полувскрик вокруг меня, а затем в эту открытую рану аккуратно вставила трубку. Оставалось только ждать. Хрипы закончились, и девушка, наконец, вздохнула.

— Что это было? — я услышала за спиной мужской голос. Я поднялась с пола и оглянулась. От напряжения у меня всё плыло перед глазами, ведь малейшая ошибка, и я вспорола бы ножом артерию! И тогда уже меня обвинили бы в убийстве!

— Это была временная помощь. Красная куяльня и ягоды лютихи снимут отёк шеи и уберут другие симп… признаки болезни… С чем там была пастила?

— С солнечным яблоком… — раздалось от двери, где так и оставалась стоять Тайя со связанными руками, наливающимся синевой лицом и спутанными волосами. — Это заморский фрукт… Это я попросила повара приготовить с его соком пастилу…

— Значит, Лире ни в коем случае больше никогда нельзя есть ни сам фрукт, ни что-либо, приготовленное из него! Иначе она просто умрёт!

— Вы уверены, Тибо, что это не отравление? — очень вежливо спросил у меня чёрный.

— Да, конечно! Я уже такое видела, и не раз…

— Вы — лекарка?

— Травница…

— Благодарю Вас за спасение моей сестры! — и чёрный поклонился мне. Все, стоящие рядом женщины замолчали. И в этой тишине воин Гэйелда продолжил:

— Если Вам когда-нибудь понадобится моя помощь, Тибо, то произнесите моё имя "Аргейв" вслух, и я помогу Вам!

И чёрный провёл своей рукой у меня перед лицом, и несколько блестящих искорок, появившихся из ниоткуда, влетело ко мне в рот!

Мне оставалось только кивнуть головой и запомнить имя мужчины. Что-то мне подсказывало, что оно мне ещё пригодится!

Так прошли и следующие дни, в почёте и уважении. Я рассказала компаньонке Лиры, как лечить пострадавшую девушку, помгла и Тайе с примочками. С сестрой мы больше об её возвращении не разговаривали, да и теперь Северис не отходила от меня.

Гэйелда я тоже больше не видела.

И к вечеру третьего дня Северис объявила мне, что мой супруг уже ждёт меня у ворот крепости, чтобы забрать домой.

Я, конечно же, ждала этого момента, с тяжёлым сердцем, но всё равно, известие стало для меня будто неожиданным. Идти от уважительного отношения, настоящей заботы, неподдельного интереса туда, где ты никто, где постоянно тебя унижают, заставляют обманывать и обманывают!

Но оттянуть этот неприятный момент было невозможно: мои вещи были собраны, только Северис подарила мне шикарное голубое платье, Милада — туфельки к нему, а спасённые мною девушки — Тайя и Лира — серебристый браслет с голубыми камнями и колечко к нему.

Я сначала не хотела ничего брать, но Милада шепнула мне, что так положено, отдариваться. Я вспомнила миледи-кашани Терциссию, которая ждала от меня ответного подарка, но так и не дождалась! Я поняла, что поступила как-то не очень хорошо, но, вопреки разуму, сердце моё молчало и совесть меня не мучила.

Когда я вслед за прислужницей спустилась во двор огромной крепости колдунов Трофана, то первым, кого я увидела, стал не мой супруг, а Гэйелд.

— Айо! Я сам отвезу тебя в лагерь господина Томарика! Нам нужно поговорить!

Усадив меня на невысокую лошадку, Гэйелд взял её под уздцы и вышел вместе со мной из ворот. Никто из его людей не пошёл вместе с нами.

— Мы пойдём одни? — удивилась я.

— Да… Герцог теперь мой должник. Он не тронет меня… Да и не в его силах причинить мне вред…

— Замечательно! — ответила я и тяжело вздохнула: видеть своего муженька мне очень не хотелось, просто до слёз! Да и обстановочка в форте будет теперь ещё та… Просто отвратительная для меня!

— Не переживай так, Айо! — усмехнулся Гэйелд и посмотрел мне в лицо снизу вверх. — Я сделал так, что если ты теперь не захочешь ложиться в постель с мужчиной, он насильно ничего тебе сделать не сможет!

— Благодарю тебя, — кисло ответила я, понимая, что герцог может найти и другие методы для моего принуждения.