Чтение онлайн

– все в порядке, это всего лишь сон. Я здесь, с тобой.

– да... Сон... Мне холодно, - Тейлора пробирал озноб, - обними меня покрепче...

Девушка укрыла квинца, обняла:

– что тебе снилось?

– я видел тебя. В Лондоне. Тебя скрутила полиция, я пытаюсь тебе помочь... Мы убегаем, за нами погоня...

– так это же наоборот, весело!

Роджер вздохнул:

– и самое страшное в этом сне - у меня есть жена. Не ты, другая. И еще дети. Как это объяснить?

Лэд побледнела - жена, дети? В ее глазах мелькнуло пламя ревности. Но девушке удалось его погасить. В конце концов, она - Свинцовая Леди! Не стоит обижаться на чужой сон. Тем более что Роджер не обладал способностями ясновидящего. Глупые сомнения закрались в душу гитаристки, но она сумела от них избавиться.

Внезапно ударник спросил:

– а ты знаешь, в чем разница между удовольствием и наслаждением?

– ну... Нет.

– объясняю: удовольствие - чувство, которое человек испытывает при получении необходимого. А вот наслаждение - как дополнительное чувство, возникает при, допустим, баловстве, шалостях, грехах, то есть при том, чего делать, в общем-то, не следует. Поняла?

– поняла. Только к чему это?
– Лэд насторожилась.

– вот теперь вопрос: как ты думаешь, я хочу пошалить или мне действительно необходимо спать с тобой?
– Роджер облизнул высохшие губы.

– я думаю, тебе достаточно немного похулиганить, - девушка провела рукой по шее квинца. Тот мурлыкнул, как кот, потому что тонкие девичьи пальцы коснулись чувствительного лимфоузла под его подбородком. Гитаристка умоляющим тоном сказала:

– только давай похулиганишь через недельку. Просто я... В общем, не стоит.

Роджер разочарованно уперся правым виском в ключицу своей подруги:

– ох... Не забывай, что я нуждаюсь в ласке. Я больной!
– последние слова квинец капризно произнес сквозь смех, - даже пошалить нельзя...

– успокойся, шалун! У тебя бока распороты, а ты к девушкам пристаешь!
– засмеялась Лэд, - я моложе тебя на целых 5 лет! И вообще, хватит лежать на моей ключице, это не подушка.

– тоже мне разница - 5 лет! Я бы понял, если бы мне было 40, а тебе 16. Но мне-то 25, и я полон сил и энергии! Но... Какая же ты вредина! Сгоняешь ударника группы "Queen" со своей ключицы!

Квинец и девушка продолжали этот шутливый диалог до тех пор, пока в стенку их каюты не постучал Брайан:

– эй, пострадавший! Я слышу, тебе намного легче, так что давай потише! Я устал и хочу спать!

Роджер крикнул через стенку:

– хорошо! Спи, кудрявый извращенец!
– и вместе с Лэд расхохотался.

В соседней каюте наступила подозрительная тишина. Ударник хихикнул:

– это не к добру...

Дверь с грохотом распахнулась, и в каюту влетел покрасневший от обиды и гнева астрофизик:

– как ты меня назвал?! Это я-то извращенец? На себя посмотри, развратник!

– да, ты!
– хохотнула Лэд.

– я? Он сам мне в карты проиграл!
– Брайан был обижен не на шутку, - с ориентацией у меня все в порядке, уж поверьте. Да и девушек я постоянно не лапаю, как некоторые, - он покосился на Роджера.

Дискуссия продолжалась до тех пор, пока не пришел Дикон. Он принес большущий чайник и 4 чашки. В чайнике плескался горячий чай. Лэд очень обрадовалась такому сюрпризу и непременно материализовала сушеные лепестки сакуры. После того как Джон разлил чай по чашкам, девушка всыпала в каждую добрую щепотку лепестков и подала получившийся напиток Мэю и Тейлору, так как басист уже взял свою чашку.

Сладковато-терпкий чай пах чем-то особенным, воздушным, утонченным. Квинцы и Свинцовая Леди, выпив этот чудесный напиток, словно проснулись. Краски окружающего мира стали ярче, звуки - четче, запахи - явственнее. Брайан вздохнул:

– Лэд, Ро, мне кажется, что долго оставаться здесь нельзя. Вдруг эти рептилии нападут на нас? Надо спросить у Зейна, готов ли компьютер.

Зейн был легок на помине - тут же в динамиках раздался его писк:

– компьютерная система исправна. Можно продолжать путешествие!

"Москва" стартовала, поднимая вокруг себя брызги и комья грязи, и вскоре покинула Каллисто.

Лэд читала "Мастер и Маргарита". Шорох страниц был настолько тихим, что Роджер, хотя и некрепко спал, его не слышал. Гитаристка перевернула последнюю страницу и с сожалением вздохнула, глядя на часы:

– жаль... Такая короткая... Но, надо отдать должное, очень занимательно и интересно.

Часы показывали пол-одиннадцатого. Девушка подвинула спящего Тейлора и улеглась рядом. Потрескавшиеся, обветренные губы квинца были полуоткрыты - только носом ударнику было трудно дышать. Светлые волосы небрежно свешивались на лицо. Лэд осторожно поправила прическу своему другу и тихонько, еле ощутимо поцеловала.

Роджер улыбнулся сквозь сон...

...Брайан проснулся. Весь прошедший день промелькнул у него перед глазами. Астрофизику было ужасно стыдно за свой прикол за игрой в карты. Саша спала в кресле с фотоальбомом в руках. Гитарист осторожно подошел к девушке и взял альбом. Ее рука соскользнула вниз и свесилась с кресла. Брайан открыл фотоальбом. И что же он увидел? Обычные фотографии.

Вот Саша в детстве. Маленькая хрупкая девочка лет пяти, с короткими черными волосами и огромными, ангельскими глазами, прижимала к груди игрушечный космокрейсер. Вот она уже у доски, здесь обнимается с подругой...

Пролистав пару страниц из школьной жизни, Брайан наткнулся на странную фотографию. 15-летняя Саша в черном атласном платье стоит в обнимку с 17-летним брюнетом в смокинге.

У астрофизика захватило дыхание. Он перелистнул страницу, ожидая увидеть брюнета снова. Но следующая страница была пуста. В альбоме было пропущено 3 страницы. После них гитарист снова увидел фотографии. Они сильно отличались от прежних. Это были объемные движущиеся картинки. На них была изображена только Саша.

Мэй все понял - тот парень погиб во время Армагеддона. И бедная девушка до сих пор его любит...

Брайан вернул альбом Саше. Он заметил, что дымка безмятежного сна уже не окутывала ее. Девушка бодрствовала с закрытыми глазами. Астрофизик тихонько сказал ей:

– открой глаза. Я вижу, что ты не спишь.

– мне было интересно наблюдать за тобой. Что ты скажешь теперь, когда всё узнал?
– Саша открыла глаза.

– этот парень... Он погиб, да? Ты его любила?

– да. Он не успел. Он спас меня. Господи, за что?..
– она закрыла лицо руками и заплакала, - за что?

Брайан упавшим голосом спросил:

– а меня ты совсем не любишь?
– он сжал в своей руке ее холодную ладонь.

– люблю, Брайан, - девушка уткнулась в плечо астрофизика и тихо зарыдала.

– после того, что я натворил?

– да... Брайан, да. Люблю. Даже больше, чем его. Он - мое прошлое, а ты - настоящее и будущее.

– и я тебя. После твоих обид, шалостей, крепкой водки и... Ладно, мы друг друга поняли. Ты меня простишь?

– да, - ответила Саша в плечо Брайана.