Чтение онлайн

Ее взгляд вновь перемещается на настенный календарь. Всего через три дня она окажется в Италии. Надо же, подумать только – она, Хильда Андреассон, отправится в Италию! Такое даже в голове не укладывается.

Хильда возвращается к еде, ощущая в животе теплое радостное покалывание. Она уедет из Норртелье. Прочь от своей привычной жизни. Пусть всего на неделю. Но эта неделя обещает стать совершенно незабываемой.

Солнце льется на Норртелье, освещая дорогу, по которой на велосипеде катит Хильда. Она проезжает мимо дачных участков, приюта для престарелых и детских садиков, где смеются и играют дети. В наушниках поет группа «Блендер». Их песни особенно хорошо подходят для таких вот солнечных дней, потому что все они о том, как это прекрасно – жить, любить и надеяться. То, что нужно сегодня Хильде. Ведь впереди ее ждет многочасовая уборка.

Она въезжает в красивый квартал с виллами. Едет мимо желтых построек кирпичных домов и белых вилл с деревянной резьбой. Здесь и там мелькают бассейны, батуты, теплицы.

Быть уборщицей не так-то легко, Хильда это давно поняла. Она узнала об этом от Зейнаб. Полдня женщина трудится вместе с Хильдой на кухне детского садика, а остальную часть времени вкалывает уборщицей в шикарных кварталах Норртелье. У нее широкая сеть знакомств, и она убирается в самых дорогих виллах города. Раньше Хильда думала об уборке как о довольно приятном занятии. А что, пылесосишь или протираешь пыль, а сам в это время слушаешь музыку или размышляешь о жизни. Вот только она не подумала про боль в спине. И что от постоянных наклонов тело буквально разваливается на куски.

Несколько недель назад Зейнаб позвонила ей домой. Она была в панике: из Ливии к ней на месяц приезжает погостить сестра, а она не знает, что ей делать с ее субботними сменами в клининговой фирме. Но Хильда, которая в это время стояла и чистила картошку, вдруг услышала, как ее губы сами собой произнесли: «Давай я тебя подменю!»

Зейнаб сначала засомневалась, но Хильда быстро ее уговорила, потому что ей нравится помогать, а еще потому, что ей нужны были деньги. Поездка в Италию была далеко не бесплатной. На путевку ушли почти все ее сбережения, а ведь в самой Италии тоже надо будет на что-то жить. И потом, она собиралась накупить столько разных вин, оливкового масла, специй… Так что приезд сестры Зейнаб оказался как нельзя кстати.

Вовсю налегая на педали, Хильда взбирается на холм. На вершине холма расположился огромных размеров зеленый дом. Она останавливается перед белой калиткой и, утирая пот со лба, оглядывает фасад. Он невероятно красив. Элегантен, но при этом чуть кривой и малость скособоченный. Словно гламурная версия виллы «Курица».

Ежовая улица, 24. Сегодня ей предстоит здесь убираться.

Она шагает по усыпанной гравием подъездной дорожке. Не всем нравится видеть уборщицу в своем доме по выходным, когда хочется растянуть на подольше завтрак с детьми или просто поваляться на диване. Но на Ежовой улице, 24, с этим проблем нет – по словам Зейнаб, по субботам с девяти до трех вся семья, включая ребенка, играет в гольф.

Хильда никогда не понимала сути гольфа. Она вообще ничего не понимает в спорте. Он кажется ей такой… нервотрепкой. Пусть не гольф. Его нервным не назовешь. Но все равно ужасно скучный вид спорта.

Она поднимается на крыльцо, приподнимает большой терракотовый ящик с цветами, достает ключ и открывает им дверь.

Уборщица моей сестры – явно сумасшедшая.

Расмус только что проснулся и теперь лежит в постели, таращясь в стену мутным взглядом. Может, он ослышался? Мужчина навострил уши. Нет, все правильно. Уборщица его сестры слушает музыку. Причем громкую. И не абы что, а в стиле данс-бэнд.

Ё-мое, это же «Блендер». Группа из Вадстены. Старые конкуренты «Розы Расмуса»: они сталкивались на многих фестивалях, где воевали за концертные площадки. Но… этого не может быть. Он сел в постели и увидел свое отражение в зеркале на стене. Волосы дыбом, словно он только что слез с электрического стула. Расмус выбрался из постели и пересек гостиную, в которой спал последние два года.

Ну почему уборщица Карины должна обязательно слушать «Блендер»? Он подкрался к двери и распахнул ее. Сквозь высокие окна верхнего этажа лился солнечный свет, и в воздухе танцевали пылинки. Дома был только Расмус. Карина с семьей по субботам всегда играет в гольф и каждый раз предлагает ему присоединиться к ним. Но ему даже ответить и то бывает трудно, не говоря уж о том, чтобы тащиться на какой-то там гольф.

Еще двадцать лет назад Карина пренебрежительно отзывалась о гольфе как о «хоккее с мячом для элиты» и злорадно высмеивала одежду игроков.

Теперь же она, как какая-нибудь Анника Сёренстам, стоит на лужайке и, приставив ладонь козырьком ко лбу, всматривается вдаль – куда это там полетел маленький глупый мячик. Деньги действительно меняют людей.

Расмус покидает гостиную и приближается к лестнице. Перегнувшись через перила, бросает взгляд на нижний этаж и ничего не видит. Однако из кухни продолжает греметь музыка. Она и в самом деле очень громкая. Кому взбрело в голову врубить «Блендер» на полную катушку? Это не может быть уборщица. Неужели это…

Ледяные пальцы внезапно стискивают его сердце.

Дьявол. Это она. Лена. Та самая пятидесятилетняя старуха-сталкерша. Которая начала забрасывать Расмуса своими письмами, когда он был на пике своей популярности. Которая каким-то образом раздобыла номер его телефона и постоянно ему названивала. Которая маячила на каждом его концерте. С этой своей жутковатой улыбочкой. О боже.

Расмус в панике оглядывается по сторонам, пытаясь найти хоть какое-нибудь подобие оружия. Его взгляд натыкается на письменный стол Карины. На столе лежит скоросшиватель [5] . Розовый, с зелеными бабочками. Да, пожалуй, сгодится.

С колотящимся у самого горла сердцем он спускается в кухню навстречу гремящей музыке, крепко сжимая в руке скоросшиватель.

А Хильда тем временем отплясывает на кухне дома 24 по Ежовой улице. В этом доме она убирается впервые, но любую уборку привыкла начинать с кухни – святая святых. Наушники она сняла, потому что в них неудобно работать – провода все время за что-нибудь цепляются – и положила телефон с включенной музыкой на кухонный стол.

Она сует за щеку новую порцию снюса, выдавливает на плиту немного чистящего средства и принимается оттирать губкой следы убежавшей еды. Большие красивые окна притягивают ее взор. Когда в них светит солнце, то становится заметно, что они уже малость грязные. Конечно, мойка окон не входит в ее рабочие обязанности, но если у хозяев найдется подходящее средство, то почему бы и нет.

Внутри дома довольно жарко. Снаружи здорово припекает и из-за больших окон в кухне стоит настоящая парилка, словно ты очутился в теплице. Да еще, кажется, в этой семье любят полы с подогревом – и это в середине лета! Хильда уже стянула с себя клетчатую рубашку и теперь работает в одной футболке. Пот так и течет с нее ручьями.