Чтение онлайн

Федулка взял хитростью. Заметил, стоит хозяйке выйти и начать бросать зерно из фартука, как курицы летят со всех сторон. Смикитил, что к чему, и, улучив момент, принялся изображать кормежку. Двор был посыпан меленькой галькой. Федулка передними лапами загребет, подбросит. Загребет, подбросит. Купился куриный ум, жадный до зерна.

Побежали хохлатки на имитацию обеда, Федулке только это и надо. Хлоп одну лапой, хлоп другую. Готовенькие.

Несколько раз повторил фокус. Ровно столько, на сколько хватило куриц. И каждый раз они попадались. Когда хозяйка вышла кормить хохлаток по-настоящему, те лежали бездыханными.

– Их Федулка побил, - доложил соседский парнишка.

Шельмец с самого начала наблюдал за охотой с приманкой, но не предупредил.

– Я для них специально загон сделал!
– отбивался Волоха от жены.
– А ты: "Пусть гуляют, лучше нестись будут".

Тесть на этот раз не ругался. Ему очень понравился Федулкин прием.

– Учи-учи Волоху, - смеялся от души.
– Человеческого языка не понимает. Может, от медвежьего умнее станет.

Проучили обоих. И тестя тоже.

Медведица отыскала свое чадо. А найдя, не сгребла его на радостях в охапку да деру из деревни, где собаки и мужики с ружьями. Нет. Пришла ночью, разворотила пасеку, задрала у Волохи корову с телкой. Натешилась местью, а после этого, оборвав цепь, ушла с Федулкой в тайгу.

– Вам же хотел в этом году на меде мебель купить!
– кричал тесть.

– Ты, батя, который год грозишься гарнитуром. А я на мясе коровы да телки куплю. Свезу в город и продам.

– А сам че жрать станешь?

– Мясо, батя, вредно. И молоко тоже. Давно собираюсь на овощи перейти.

– Выпендрило!
– ругался тесть, собирая порушенные ульи.

– Зато жить долго буду!
– весомо аргументировал Волоха.

И пошел разделывать останки коровы да телки.

Ведь не выбрасывать гору мяса на скотомогильник. Хватит того, что все поголовье куриц там оказалось по дурости жены...

ШИШКОБОИ

В менталитете русского мужика гараж - статья наособицу. На изъеденном червями индивидуализма Западе такое разве встретишь? Лозунг Великих революций, Французской и Октябрьской: "Свобода! Равенство! Братство!" - без кровопролития и миллионных жертв претворяется в гаражных кооперативах России.

Во-первых, Свобода от женского гнета. Не лезут бабы в благоухающие бензином боксы. Отдыхай без хомута, ярма и ошейника. Во-вторых, Равенство членов. Пусть даже у одного "Москвич" первого выпуска, а у другого "Жигули" только что с конвейера спрыгнули. Однако владелец допотопного "Москвича" может обладать исключительным качеством. Например, наградил Бог сверхслухом. Стоит послушать пару минут работу любого движка, как безошибочно ставит диагноз, что барахлит. Или рыбак первостатейный. В гаражах, как в бане, все на виду. Должностью не прикроешься, гонором не занавесишься. Мужик ты нормальный, компанией не брезгуешь - всегда помогут, в беде автомобильной не бросят. Стакан нальют для снятия стресса, с ремонтом пособят. У одного сварочный аппарат, у другого шлифмашинка, третий отрихтует любую вмятину. Братство.

А душой где так отмякнешь? Свобода в застолье от баб. Равенство вокруг бутылки, кем бы за гаражной чертой ни был. И закуски сколько хочешь. На погребах стоим. В каждом варенья-соленья, хреновина, что горлодером вовнутрь идет. Варенье, конечно, даром не нужно. Тогда как огурчики, помидорчики, сало и хреновина - в самый раз для поддержки Братства, Равенства и Свободы.

В тот раз революционные принципы претворяла в жизнь компания следующего состава. Василий Александрович Вдовин о себе говорил: "Маслопуп по жизни". Долго "маслопупничал" авиационным механиком, пока авиацию в их городке не прикрыли. "Я остался верен летному составу!" - говорил, дурачясь. Возил директора птицефабрики. И если не пуп, то руки в масле были сплошь и рядом в гаражном кооперативе считался лучшим знатоком машин. И хоть Вдовина друзья-приятели редко именовали Вася-маслопуп, будем называть его так, потому что будет в рассказе еще один Вася.

Андрей Степанович Лавринович был из породы ищущих. Служил в милиции, учился на юрфаке, бросил образовательный процесс, пошел в строители... В данный момент преподавал в школе "обожаемый" учениками ОБЖ. Основы борьбы за жизнеобеспечение. "Балбесов жить учу, - объяснял, - и родину любить". Мог на уроке сверх программы стихи читать, а мог "балбесу" щелчок в "бестолковку" закатить, от которого искры из глаз.

В самом начале преподавательской деятельности Андрей Степанович принес на урок два арбуза в качестве наглядных пособий. Поставил на стол и щелк по одному. Тот сразу раскололся. Учитель предложил желающим повторить фокус-покус - расправиться таким же образом со вторым арбузом.

Фокус-покус - это не у доски отвечать, вся мужская половина класса вызвалась. Да как ни старались великовозрастные школьники, ничего не вышло.

– Вы надрезали первый!
– усомнились умники в чистоте опыта.

Андрей Степанович без долгих рассуждений щелкнул по второму. Почти без замаха, раз - и заалела арбузная мякоть.

– Кто еще не верит, подставляй лоб.

Смелых не нашлось. Но время от времени буйные головы, входящие в раж на ОБЖ, оказывались в шкуре подопытных арбузов. И хоть "бестолковки" не трещали по швам от щелчков, но можно было, как на ринге, счет нокдаунный открывать.

Поэтому "балбесы" в борьбе за выживаемость на ОБЖ старались не выводить из себя Андрея Степановича, которого за глаза называли Щелканыч.

Третий участник гаражного междусобойчика, Евгений Иванович Титарев, занимался снабжением на глиноземном комбинате. Имел в хозяйстве, кроме тестя, тещи и жены - три автомобиля, на перечисленных выше родственников записанных. Старые, правда. "Запорожец", сто лет в обед. "Москвич" не намного младше. "УАЗик" пережил еще до Евгения Ивановича два капитальных ремонта. Но все были на ходу. В немалой степени стараниями Васи-маслопупа.

Гаражей Евгений Иванович настроил с запасом - четыре. Один недавно бомбанули. Удачно. Воры дважды пролетели мимо своего бизнеса. Если метили в машину, попали пальцем в пустой гараж. Зато в нем имелась другая ценность десять ящиков спирта. Китайского. Одна незадача: этикетка на бутылках была исполнена сугубо на азиатском диалекте - бледными иероглифами. Только и понятного было - красный крест в углу. И еще маленькими циферками 96 градусов обозначено. Услугами переводчика воры не пользовались. Крест прочитали, как: "Не хлебай - убьет!" От злости разбили банки с вареньем, пустую 20-литровую бутыль. Но бутылки с иероглифами обошли в гневе стороной. А вдруг ядовитые испарения?

Одним словом, прошли мимо своего счастья. Потому что спирт на самом деле был - пальчики оближешь. Евгений Иванович его в меру женил с водицей, добавлял растворимый кофе, корицу, подогревал, потом студил и получался объеденье напиток. Мужикам в гараже очень нравился.

Сегодня как раз тем спиртом расслаблялись.

В отношении погоды на тот период был следующий расклад: сентябрь только-только клюнул лето осенним ветерком, в тайге начала маяться на кедрах созревшая шишка. В городе маялись по ней мужики. Не удивительно, что разговор за гаражным столом с китайским спиртом после первой рюмки уперся в животрепещущую шишкобойную тему.