Чтение онлайн

— Простите, что разбудили.

Сторож принял извинение за сарказм.

— Я не спал, поэтому вы не могли меня разбудить.

— Мы поздно выехали, — объяснил Барни.

Сторож повел их по широкой лестнице, указывая путь лучом фонаря. На втором этаже, прямо над кабаре, располагался большой пустой холл с дверями по обеим сторонам. Сиам предназначалась громадная спальня в углу. В окно был виден Нью-Йорк, между рамами задувал ветер.

Сторож распахнул дверь в комнату Барни напротив. Тут окно комнаты выходило как раз на хлопающий плакат.

— Когда утром привезут наши вещи, оставьте их перед дверью, — сказал Барни и дал сторожу мятый доллар в знак дружеского расположения.

Сторож стал медленно спускаться вниз. Он едва касался подошвами ступенек, и это было подозрительно: казалось, что он подслушивает. Данное обстоятельство как бы рождало близость между Барни и Сиам, делало обстановку более романтичной. Пока сторож не убрался, оба помалкивали. Это их молчание только подчеркивало интимность ситуации.

Сиам направилась к себе в комнату, негромко бросив через плечо:

— Прости, что повысила голос в такси. — Она запустила пальцы в волосы, словно собиралась отловить там чертенка, портившего ее нрав. — Я была такая сонная! Но это, конечно, не оправдание.

Она расстегнула молнию и сняла платье. Потом села на кровать, задрала нижнюю юбку и стала стаскивать порванные чулки.

— Я знаю, я плохо себя вела.

Он попятился.

— Куда ты? — удивилась она.

— Дай закрыть дверь.

Она облегченно вздохнула.

— Знаешь, что? — Она отбросила в сторону чулок.

— Что? — с улыбкой спросил он, подходя ближе.

— Давно не пребывала в такой приятной праздности. Я вся млею. Даже ноги какие-то ватные. — Глаза ее, впрочем, проворно следили за каждым его движением. Это тоже добавляло обстановке интимности.

Он подошел так близко к ней, что она уже не могла видеть его всего. В это время в его комнате зазвонил телефон. Звонок был весьма настойчивым.

Сиам закрыла глаза, недовольная посторонним вмешательством. Телефон все звонил. Он быстро направился к двери и с порога успел увидеть, как она, заведя за спину руки, расстегнула лифчик.

— Ответь и возвращайся. — Она упала на кровать.

Он побежал к аппарату.

— Я сварил вам кофе. — Сторож оказался довольно славным человеком. — Я подумал, что вам захочется горячего.

— Спасибо. Сейчас спущусь. — Барни улыбнулся.

Прежде чем спуститься, он просунул голову в комнату Сиам. Она растянулась под простыней.

— Я иду за кофе.

— Хорош голубчик! — возмутилась она.

— У сторожа все готово. — Неожиданная помеха развеселила его.

Она тоже отреагировала на их общую беспомощность понимающей улыбкой.

Внизу сторож честно отрабатывал свой доллар. У него нашлась пластмассовая ложечка, которую он запустил в порошковые сливки. Барни и он обретались в разных мирах. Сторожу некуда было спешить, и он тянул время, Барни досадовал, что вежливость мешает ему прервать дурацкую процедуру. Он терпеливо дождался, пока сторож закончит приготовление целебной смеси, и ушел с двумя чашками кофе. У двери Сиам ему пришлось поставить одну чашку на пол, чтобы повернуть ручку. Потом он направился к Сиам, накрытой простыней.

Так и не пригубив кофе, он поставил обе чашки на ночной столик. Рядом с ее сумкой лежали пузырек ортогинола и пластмассовый шприц со следами пользования. Он нагнулся, чтобы поцеловать ее, но был встречен непритворно сонным лицом, на котором не отразилось удовольствия от его возвращения.

— Сиам?

Она не шелохнулась. Он потряс ее за голое плечо. Но она не проснулась.

— Сиам?

Она откинула голову. До нее было не достучаться. Она приняла все меры женской предосторожности, но сонливость не позволила ей его дождаться. Он взял чашку с кофе, улыбаясь от зрелища ее приспособлений на столике. Потом приподнял ее за плечи и поудобнее уложил на подушку.

— Сиам?

Ее глаза оставались зажмуренными. Он потрепал ее по щеке. Она отвернулась. Он вернул ее голову в прежнее положение. Это ничего не дало. Он все же начал расшнуровывать ботинки.

— Я ввела себе ортогинол, — заговорила она, не разжимая век. — Потом на меня нахлынуло романтическое настроение, мне захотелось обнимать тебя, не мучаясь от головной боли. Я полезла за аспирином… — Ее голос поплыл, потом стал громче, но зазвучал еще более униженно, чем раньше. — Вместо аспирина я приняла снотворное. — Она отключилась.

Он потряс ее.

— Сколько таблеток?

— Не волнуйся, только две. — Голая рука потянулась к нему. — Как жалко! А ведь я подготовилась! Все в нашем мире делается нажатием кнопок. Ты не сердишься?

Она уснула.

Он посмотрел в окно. Над Гудзоном появился серый просвет. С приближением зари из Вестчестера уже катили машины. Он снял телефонную трубку.

— Когда вас сменяют? — спросил он сторожа.

— В десять часов, когда приходят повара.

— Попросите их разбудить меня в десять. Я буду в своей комнате.

В десять зазвонил телефон. Он поднял трубку.

— Спасибо. Можно заказать такси в город?

— Автобус доставит вас к портовому терминалу вблизи Сороковой улицы, — ответил женский голос. — Я вызову такси, которое отвезет вас к автобусу.

— Большое вам спасибо. Я буду готов через полчаса.

Он на цыпочках прокрался в комнату Сиам. Она спала. Он написал ей записку:

Дорогая Сиам, я уехал в город по твоим делам. Вернусь к ужину.

Записку оставил под ее вагинальным шприцем. Сейчас он чувствовал облегчение оттого, что ночью обошлось без приключений. Он выразил свою мысль в приписке:

P. S. Мотли сказал, что тебе не помешает новый колпачок. Барни.

Звонок Мотли с предложением подготовиться к ленчу вызвал у Доджа беспокойство. Его озадачила настойчивость Мотли, сказавшего, что ленч состоится в его клубе и что гостем будет один Барни. Мотли ненавидел клуб Доджа. Раз Мотли так четко расставил ударения — ленч, клуб, сегодня, — то это предвещало какую-то неприятность. Доджа посетила одна-единственная приятная мысль — что новый парень, приглашенный Мотли, решил сбежать с корабля, но он недолго тешил себя ею. Мотли приготовил ему какую-то гадость, иначе не позволил бы пировать, отдав на растерзание тело жертвы. А вдруг как раз позволит? Как-никак этот желторотый новичок дал маху на первом же концерте в Нью-Джерси. Любопытно, знает ли об этом Мотли? Парень не подмазал диск-жокея, ну, и так далее. Додж предупредил секретаршу, что уезжает сначала к Мотли, а потом на ленч в клуб. «Слишком зелен», — подумал он о новичке, радуясь его неудаче.