Чтение онлайн

Но, как нетрудно догадаться, молодые люди в зал так и не пошли, и вообще их свидание как-то ограничилось посиделкой в кухне, и то чувствовали себя они довольно-таки неуютно.

– Воль, к тебе претензий у мента не было?

– Какие претензии?! Я ему честь по чести квартиру дал. У него же табельное оружие, и вообще он присягу приносил, пусть и геройствует...

Но милиционер не геройствовал, хозяин дома тоже не лез, а лихой диван постепенно совершенно успокоился. Сам собой. Вольдемар прожил в этом доме два года. С момента вселения были эффекты. А потом эти эффекты пропали, и без всяких внешних воздействий: Вольдемар не обращался к священнику, не совершал никаких ритуальных или там магических действий. Даже не выбросил вон и не сжег диван (что сделали бы на его месте многие). А эффекты тем не менее исчезли.

– Так что ты не бойся, сейчас тут вполне безопасно...

– Воля, а откуда взялся сам дом? Где и когда собрали сруб?

– Сруб... Собрали его где-то в середине 1960-х, в поселке Кеть, довольно быстро привезли сюда. И до меня тут жила одна семья... Ее хозяин тут и помер...

– На этом диване?!

– Не знаю... Точно знаю, что в этом доме. А потом семья еще два года тут жила.

– У них ничего не было, не знаешь?!

– Не могу сказать, я с ними мало общался. И вообще... Знаешь, не было у меня сильного желания лезть во все эти дела. Связана эта история с бывшим хозяином, не связана - не могу сказать.

– Воля, но так же опасно... Жить в доме с чем-то неведомым. Заперся ты от него, а оно, может, и сквозь стенку умеет проходить... Или замки отпирать. Знаешь, тут надежнее наступать, по-моему... Выгнать эту сущность к чертовой...

– Ш-шшш... Сам еще будешь тут чертыхаться! Как видишь, все благополучно кончилось; а стал бы я диван рубить или позвал бы кого - и еще неизвестно, как обернулось бы дело... Это уже не за тобой?!

Да, мы так и не заметили, как пролетело время. Сигналит машина на улице, уже четыре часа утра (к семи будем в Красноярске). Вызвездило, улеглась к утру метель.

– Часам к шести опять запуржит,- уверенно говорит Воля и оказывается прав - к шести часам опять все теряется в темноте, седой и белой.

А о том, что за дела происходили в зале, вокруг дивана, и почему эффекты вдруг кончились, я судить совершенно не берусь. В то, что события были - верю, а вот давать им объяснения - не стану. Не рискну - слишком мало сведений о событии. 

Г л а в а 6

БЫВШИЙ МЕЛЬНИК

Я не мельник! Я ворон!

Из оперы "Русалка"

Эта история тоже странным образом связана с политической деятельностью. Рассказали мне ее студенты, работавшие по договору в одной... ну, скажем так, в одной фирме. Фирма бралась определять рейтинги местных политиков, а заодно "подсказать" населению, за кого следует голосовать. Надо отдать должное фирме, действовала она очень тонко, и часто народ и не понимал толком, как его ловко "обувают".

Борются, скажем, за избрание в главы района Иванов и Мустафин (фамилии я придумал, разумеется). И заплатил Иванов приличные деньги за то, чтобы ему помогли получить побольше голосов избирателей. Представьте теперь сцену: к пожилому селянину стучатся в калитку такие молодые, энергичные, как правило, парень и девушка, и ведут с ним разговор о погоде, об урожае и о смысле жизни. О том, кого надо выбирать - ни полслова!

Дефицит общения в деревне страшный, поговорить можно только с одними и теми же, надоевшими за десятилетия хуже пареной репы... А тут свежие люди, да еще обходительные, да еще сами разговоров хотят! Естественно, с ребятами охотно беседуют.

А под конец долгой беседы парень достает из кармана упаковку презервативов:

– А это вам от Мустафина! Мы на него работаем, он велел давать всем, кто нам понравится. Вы ведь за Мустафина голосовать будете?

– Я... Мы... Это зачем?!

И тут молодой человек извлекает презерватив и очень популярно объясняет, что это такое, зачем служит и как может пригодиться старикам.

Если у девушки хватает совести и если мама воспитывала ее не очень хорошо, она тоже принимает активное участие в беседе, рассказывает о пользе презервативов и случаи из своей жизни.

– Вот видите, какие они полезные!
– подводит юноша итоги.- Так вы за Мустафина будете голосовать?! А то он вам вот какую прелесть посылает! А от Иванова-то ничего подобного вы не дождетесь, он вам только про хозяйство и расскажет...

Я думаю, нетрудно догадаться с трех раз, станут ли дед и бабка голосовать за Мустафина и какие последствия эта пропаганда будет иметь для всего его избрания, если повторить ее в нескольких деревнях...

Вот примерно этим ребята и занимались в деревне Комаровка Большемуртинского района. Места эти мне хорошо знакомы по золотому, невозвратному времени моих археологических экспедиций, и рассказы ребят я слушал с огромным интересом.

Тем более, деревню Комаровку мы даже специально изучали - уж больно интересное местечко. В самой Комаровке любят рассказывать, что происходит ее название от некого ссыльного по фамилии Комаров. Мол, послали его сюда в ссылку, потому что более гиблого места не нашли... Характерно отношение местных к своему же месту обитания, как к месту самому что ни на есть гиблому, но вот насчет ссыльного Комарова...

То есть легенда, конечно же, очень и очень назидательная, нет слов! Пусть уж название деревни происходит от ссыльного борца с царизмом и феодализмом, а не от каких-то там летучих кровососов! Такое происхождение, несомненно, куда более нравоучительно и назидательно, но, боюсь, все же правдива скучная, неромантическая версия насчет комаров...

Потому что стоит Комаровка в низине, на излучине реки, которую называют и Нижней Подъемной, и опять же Комаровкой... Климат здесь ужасный, везде, куда ни пойдешь, болото, а в метре от поверхности земли уже стоят подпочвенные воды - так что и погреба так просто не выкопаешь. Здесь, среди елей и пихт, в середине XIX века возникли выселки совсем другой деревни Береговой Подъемной. Береговую Подъемную поставили еще в XVII веке на берегу Енисея, на красивом, возвышенном месте, удобном и для жизни, и для ведения хозяйства.

Деревня стояла высоко - на тридцатиметровой террасе Енисея, и с нее открывался вид на десятки верст вокруг. Позади - сплошная стена красивого соснового леса; впереди - пойма Енисея, сплошные заливные луга. Каждую весну разлив огромной реки подступал плотную к домам, лизал террасу возле самой деревни. Обе речки - и Верхняя Подъемная с мутной теплой водой, и Нижняя Подъемная с водой чистой и холодной - сливались на территории деревни. Отсюда было близко до распаханных полей, заливных лугов, лесов с грибами и ягодами, почти так же близко до рыбных и охотничьих угодий. В деревне жить было красиво, удобно, а ветры по долине Енисея относили комарье и гнус далеко от деревни. А по реке так удобно было вывозить все, что умела произвести деревня, накопить впрок и приготовить к отвозу в город!

Вот выселками Береговой Подъемной и стала Комаровка. Береговая Подъемная разрасталась, и не всем хватало удобных полей на провеваемых ветрами чистых террасах. В излучине Нижней Подъемной стали пахать землю и заводить пасеки и скотину, но поселилось там насовсем от силы семей пять; большая часть тех, кто распахал угодья близ тракта, дороги на Большую Мурту, не жила здесь постоянно - много комаров, сыро, промозгло, неуютно.

Но вот настали времена иные... Чуть ли не самым важным качеством деревни стала ее близость к районному центру и качество дороги, которой деревня связывалась с этим центром. От Береговой Подъемной до районного центра Большой Мурты дорога вела через Комаровку. Ясное дело, головную усадьбу колхоза "Сибирь" разместили именно там!