Чтение онлайн

— Николай Иванович, у тебя в Октябрьском отделении скопилась шантрапа, которой жмут погоны. Сам разберёшься со своими говнюками, или мне подсобить?

— Семен Викторович, я уж как — нибудь с ними разберусь. А что там ещё произошло?

— Марину, дочь Надежды Ивановны, обвинили в проституции. Чистую, домашнюю девочку так опозорить!

— Так я же уже им за это всыпал по первое число! И Марину с её парнем освободил. Проблемы уже ведь нет.

— Нет проблемы говоришь? А то, что это повод для СМИ обрушить на меня потоки грязи за, дескать, аморальное окружение — это, по — твоему, не проблема? Ты разберись, кто конкретно под меня копает, и выяви не только исполнителей, но и заказчиков.

— Ну, основного заказчика ты знаешь. Он у тебя же в администрации и работает. А с исполнителями уж я разберусь, можешь не волноваться. Сейчас же подключу службу собственной безопасности, пусть разберутся.

Климов в сердцах бросил телефонную трубку и задумался. Потом достал блокнот и начал записывать одолевавшие его мысли. Возможно потом их можно будет использовать за очередным "круглым столом" на каком — то телеканале. Всего пару лет назад споры политиков и политологов за "круглым столом" привелекало много телезрителей. Прилипнув к экрану, они с готовностью подставляли уши под лапшу, которую им вешали болтуны, считая их честными политиками, несмотря на то, что вокруг постоянно твердят: "политика — это грязное дело". Биомасса верит в то, что хочет видеть, а не то, что есть на самом деле.

Политик может быть честным человеком, но в силу объективных обстоятельств он не может таким же оставаться в политике, потому что честный человек и честный политик — это совершенно различные понятия. Честный политик — это человек, рассматривающий политику как инструмент для достижения общего блага и ради этой цели можно идти на компромисс с совестью, преследуя честные цели.

В то же время честный политик никогда не в состоянии в одиночку обеспечить всеобщее благо, так как за политическую честность ответственны не только одни лишь политики, но и общественное мнение. В конце концов, политическая честность может быть только в обществе, которое отличается культурой, терпимостью, солидарностью и равными правами для каждого человека. А в СМИ, между тем, получило распространение безответственное критиканство, когда журналисты и политиканы переполнены страстью к разоблачению проблем и преданию их гласности. Причем, у них отсутствует даже малейшее желание предложить хотя бы какое — то приемлемое решение.

Новое время принесло новую политическую мораль и остроту напряженной политической борьбы, которая не допускала роскоши прикрываться или ограничивать себя моральными принципами. Сегодня избиратель откровенно дезориентирован, а система ценностей радикально разрушена, в том числе усилиями деятелей СМИ. Раньше, голосуя на выборах, обычный избиратель принимал во внимание моральные качества политиков, опыт их работы, слоганы и декларации. Сейчас на рассмотрении остались одни лишь декларации и обещания, о которых тотчас же забывают, как только дорвутся до власти.

Климов в очередной раз пожалел, что с Ферапонтовым приключилось несчастье, в котором некоторые пытались сразу же обвинить его, губернатора. Ферапонтов ни разу не позволил себе какие — то личные выпады против него, Климова, а тем более такие гнусные провокации, какие нынче следовали одна за другой. "А почему Прохоров строит из себя малое дитя? Он что, действительно не понимает, что эта история направлена против меня лично или просто делает дурацкий вид? — возникло вдруг подозрение у Климова. — А не заговор ли это?".

Недавно звонили из Москвы и намекали, что хотят заменить Прохорова молодым и толковым человеком. Но он ответил достаточно уклончиво. Этих молодых и толковых московских назначенцев следует остерегаться. Лучше пусть будет свой, хотя и менее толковый, но знаешь, что можно от него ожидать. Но, если Прохоров вступил в игру против него, Климова, то может быть лучше сразу же согласиться на замену?

Только будет ли проще, если в кресло Прохорова усядется молодой и заносчивый московский выдвиженец? Где гарантии, что провокации не станут ещё подлее и ещё изощрённее? При этом у него будет московская поддержка, а это очень много значит. "Необходимо милицейское расследование истории задержания Марины. Грузнов с моей помощью получил капитанские погоны, пусть отрабатывает" — решил Климова и вызвал Надежду Ивановну.

— Надя, сделай копию заключения гинеколога и передай Грузнову. Пусть выяснит обстоятельства задержания Марины и составит подробную докладную записку на моё имя. И скажи ему: расследует это дело тщательно, сделаю майором. Пусть землю роет, но всё выяснит — кто, что и почему!

Не часто приходилось Надежде Ивановне видеть Климова таким взбешённым и, забрав документ, она тихонько выскользнула из кабинета. "Как, однако, его взволновала история с Маришкой! — подумала она и её наполнила глубокая благодарность к Климову. — Ведь мы для него совершенно чужие люди, а сколько понимания и сочувствия! И на такого человека бессовестные журналюги льют ведра помоев со страниц газет и с экрана телевизора!".

Грузнов в очередной раз допрашивал женщину, подозреваемую в убийстве известной в городе ясновидящей Варвары, хотя он, как опер, свою задачу выполнил и теперь дело за следователем. Следствие вела Настя, молодая специалистка, недавно закончившая юрфак университета. Не для кого не являлось секретом, что ей поручили это дело в виду того, что в нём, на первый взгляд, было всё предельно ясно и надо было просто оформить бумаги для передачи в суд.

Обвиняемую звали Кравцова Валентина Алексеевна, и она категорически отрицала свою вину. Из её рассказа следовало, что, разговаривая с Варварой, она вдруг увидела, что у той испуганно расширились глаза. Хотела оглянуться, но почувствовала удар по голове и потеряла сознание. Когда очнулась, на полу лежала Варвара с ножом в груди. Кравцова, по её словам, в панике наклонилась к Варваре, чтобы проверить, жива ли она и увидела, как та шевелит губами, пытаясь, очевидно, что — то сказать. Обвиняемая схватилась за нож, чтобы вытащить его, но в этот момент в квартиру ворвались милиционеры и схватили её.

Варвара умерла по дороге в больницу. В заключении экспертиза констатировалось, что на голове Кравцовой действительно была шишка и след от удара каким — то предметом, но следователь, выезжавший на место преступления с дежурной группой, предполагал, что этот удар она получила во время борьбы с Варварой. Какие — либо видимые причины для сомнений в выводах экспертизы отсутствовали, однако интуиция подсказывала Грузнову, что дело не такое уж простое. Насколько он мог понять психологический портрет Валентины Алексеевны, та просто не способна убить человека.

Но глупая и амбициозная Настя — следачка, как её прозвал опер Саша Титаренко, нервы которого та неоднократно испытывала, может отправить дело в суд без тщательного расследования и загремит невинная женщина на долгие годы на нары. Скрепя сердцем, Грузнов отправился к Насте — следачке, чтобы как — то повлиять на её решение, но, совершенно неожиданно для него, она проявила себя с неизвестной стороны.

— Приходил ко мне ваш начальник Дубинин и давил на меня, чтобы быстрее закончить это дело. Хотите улучшить процент раскрываемости? — набросилась Настя на Грузнова. — Он вам начальник и пусть вами командует. А я лейтенант юстиции и ему не подчиняюсь!

— Я пришел по другому поводу, — озадачено произнес Грузнов. — Я не верю в виновность Кравцовой и считаю необходимым проведение психологической экспертизы.

— Так я уже назначила психиатрическую и психологическую экспертизы, — удивилась Настя. — А я думала, что вам бы только схватить человека и закрыть его.

— Чаю хотите? — вдруг спросила она. — У меня есть очень вкусный зеленый чай.

Это её предложение вообще поставила Грузнова в тупик. Многие опера были недовольны Настей, отзываясь о ней и её претензиях в крепких выражениях. Но внезапно она предстала, как вдумчивый следователь и, более того, посмела дать отпор Дубинину.