Чтение онлайн

Митя и Алёна вернулись в свою квартиру, где их ожидала, волнуясь, Настя, и они обсудили случившееся.

— Я очень боюсь, что придёт этот мордатый бандит и побьет бабу Катю, — жалобно сказала Алёна, глядя на Митю. — Может, ты останешься сегодня у меня?

Но вернуться домой мордатому бандиту, известному в некотором кругу как Чалдон, не довелось. Пожелание бабы Кати осуществилось буквально в течение часа. Митя и Алёна пошли провожать Настю, и, возвращаясь домой, увидели у подъезда милицейскую машину.

— Это баба Катя вызвала! — испуганно воскликнула Алёна. — Я ведь говорила, чтобы она шла к нам.

Алёна чуть ли не плакала, но она ошиблась. Катя Панченко шла по улице и увидела, как около подъезда одного из домов остановился большой черный джип. Мужик, вылезший из джипа, показался ей знакомым. Он неторопливо обошел машину, пнул ногой колесо, поговорил с кем-то по мобилке. За это время Катя подошла поближе и опознала в нём одного из насильников. Это он избил её и первым изнасиловал. Остальных, которые её насиловали, она помнила плохо, но этого она запомнила на всю жизнь. Мужик подошёл к входу в подъезд и, поискав в кармане магнитный ключ, вставил в замок. Катя стала за ним сзади сбоку и он, открыв дверь, повернулся к ней, пропуская вперед. Он уже где-то видел её и подумал, что она из этого же подъезда. Катя прошла вперед и из сумочки, висящей на плече, достала газовый баллончик, с которым теперь никогда не расставалась. Потом достала свинцовый кастет и надела его на правую руку.

Кастет попал к ней случайно. Один из охранников забрал его у подростка, который пытался устроить драку в кафе «Сибирские пельмени». Кастет он принёс в центральный офис, чтобы показать Самохину или Мельникову. Ни того, ни другого в офисе не было, и он оставил кастет у Кати, чтобы она передала кому-нибудь из них. Но Катя его не передала и даже не рассказала о нём. Она присвоила кастет, решив, что это хорошее дополнение к газовому баллончику и ей с таким вооружением будет безопаснее. В сумочке вместе с кастетом она носила заявление в милицию о том, что, дескать, нашла кастет на улице и хочет его сдать. Даты на заявлении не было и, кроме того, она каждые три дня переписывала заявление заново, чтобы оно не выглядело старым.

Неожиданно повернувшись к бандиту, она, набрав в лёгкие воздух и заперев дыхание, пустила струю из баллончика прямо ему в лицо. Тот, вскрикнув, закрыл лицо обеими руками, и Катя, собрав все силы и широко размахнувшись, обрушила кастет на его висок. Она вложила в этот удар всю лютую ненависть, которая жила в ней с тех пор, как произошло несчастье, всю душевную боль, которая не отпускала её всё это время. Удар проломил ему висок, и он рухнул на грязный, вонючий пол подъезда, пропахший кошачьей мочой.

Катя неторопливо вышла из подъезда и пошла по улице с чувством облегчения. От кастета она избавилась, бросив его в огромный переполненный мусорный ящик, завернув в подобранную здесь же грязную газету. Избавилась она и от заявления о находке кастета, разорвав заявление на мелкие клочки и разбросав клочки по разным мусорным корзинам, которые встречала на своём пути. Она пришла домой, незаметно от мамы налила себе большую рюмку вина и выпила за то, чтобы мордатый бандит попал в ад и там мучился до скончания веков. Потом она легла спать и, пожалуй, впервые после случившегося с ней несчастья спала спокойно, ей даже приснился смешной сон. Во всяком случае, она рассмеялась во сне и от этого проснулась. Сон она не помнила, но настроение у неё было безоблачное, и утром на работе все говорили, что она чудесно выглядит.

Между тем, Алёна и Митя, подойдя ближе, узнали, что прямо в подъезде убит муж скандальной соседки. Вдова погибшего, увидев их, завопила, показывая на Митю пальцем:

— Это он убил! Тот, о котором я вам рассказывала!

Она показывала на Митю какому-то мужчине в гражданской одежде. Это был Чернов, которому сообщили об убийстве в тот момент, когда он собирался идти домой. Он внимательно посмотрел на Алёну и спросил:

— Вас как зовут?

— Коростылёва, — испуганно ответила Алёна.

— А зовут, спрашиваю, как?

— Алёной зовут.

— Из сто двадцать седьмой квартиры?

— Да.

Продавщица табачного киоска, стоящего на другой стороне, проживала в соседнем подъезде. Время приезда Чалдона она не засекла, но сообщила, что он приехал минут через пятнадцать после того, как Алёна из сто двадцать седьмой квартиры с каким-то парнем и своей подружкой вышли из дома. Чалдон, по её словам, зашёл в подъезд с какой-то женщиной. Продавщица предполагала, что женщина приехала с Чалдоном, потому что не заметила, как она появилась. В этот момент к киоску подошёл покупатель, а когда она опять взглянула в сторону подъезда, она увидела, как Чалдон посторонился и пропустил женщину в подъезд. Женщина вышла буквально через пару минут и пошла в другую от киоска сторону. Продавщица всё время видела только спину этой женщины, и то в сумерках, так как это было уже около десяти часов вечера.

— Во сколько вы вышли из дома? — спросил Чернов Алёну.

— Не знаю. Я не смотрела на часы.

— В двадцать один час двадцать семь минут, — ответил за Алёну Митя.

— Спасибо. А что за палка была у вас в руках?

— Это ножка от поломавшегося стула. Сел на стул, а он сломался.

— Он и Рекса убить хотел! — завопила вдова Чалдона.

Чернов усмехнулся. Парень его не интересовал — в момент убийства он точно не был в подъезде. Не очень Чернов верил и в версию, что Чалдона убила женщина, которая с ним, по-видимому, приехала. Зачем входить с ним в подъезд, чтобы, убив его, сейчас же выйти и спокойно пойти своей дорогой? Но другое дело, если она кому-то показала Чалдона, чтобы избежать ошибки. Скорее всего, Чалдона заказали в рамках какой-то очередной криминальной разборки, и убийца уже был в подъезде, когда Чалдон вошёл. Женщина могла показать его и уйти. Убит Чалдон был ударом какого-то, очевидно, металлического предмета — молотка или кастета. Завтра утром Чернов поставит на уши всю свою агентуру, и выяснит, кто с кем начал войнушку. Он не возражал, чтобы все они друг друга замочили, тогда бы в городе стало чище и спокойнее.

Следователь ФСБ Кузнецов в ожидании Грузнова перелистывал дело Бережной, с которым он уже познакомился достаточно подробно. Двенадцать лет назад Лолита, будучи студенткой химического факультета политехнического института, была завербована Смолиным, работавшим тогда по линии 3-го отдела Пятого управления КГБ СССР, отвечавшего за работу среди студенчества.

«Завербована 28 ноября 1983 года на патриотических чувствах для выявления и разработки антисоветского элемента из числа студентов, — читал Кузнецов, листая пухлую папку. — При вербовке учитывалось в будущем (после закрепления на практической работе) выдвижение её в наших интересах через имеющиеся возможности на научную работу в научно-исследовательский институт микробиологии АН СССР…

За период сотрудничества с органами КГБ „Дельфина“ зарекомендовала себя с положительной стороны, в явках аккуратна, энергична и общительна. Хорошо разбирается в идеологических вопросах и международной обстановке».

«Странная кличка, — подумал майор, закрывая папку и пряча её в ящик стола. — Интересно, она сама её придумала или Смолин присвоил?»

Присваивать псевдонимы — профессиональная обязанность сотрудников спецслужб, поэтому, скорее всего, придумал ей агентурную кличку Смолин. При подборе клички часто используются какие-то ассоциации, связанные с целью работы или особенностью характера. А какая ассоциация могла лечь в основу такой клички? Дельфин — это не только морское животное, относящееся к семейству китообразных, но и созвездие северного полушария неба, а также оружие, изобретенное римлянами во времена пунических войн. Оно представляло собой тяжёлый свинцовый груз, подвешенный на кране, который обрушивали на палубу вражеской корабля, и он пробивал её своей тяжестью за счёт ускорения свободного падения. Что имел в виду Смолин, присваивая ей такую кличку? Или она была спортсменкой-пловчихой? Он снова достал её личное дело и перелистал его. Так и есть — она занималась плаваньем в спортивном обществе «Локомотив». Завтра он должен был вернуть дело в архив, но оно ему было уже не нужно — всё, что его интересовало, он выяснил.

Если Смолин в свой приезд остановился у неё, следовательно, между ними продолжались контакты, и это подтверждалось тем, что за три дня до приезда Смолин звонил ей из Москвы, и они, согласно распечатке телефонных разговоров за текущий месяц, полученной на АТС, о чем-то разговаривали почти 17 минут. Нельзя было сбрасывать со счетов версию, согласно которой Бережная могла заказать Смолина, чтобы избавиться от свидетеля её стукачества в студенческие годы. Сейчас она активно боролось за демократические преобразования в стране, разоблачая «окопавшихся где-то», по её выражению, коммунистов, и если её деятельность в советское время в качестве сексота стала бы известна — это было бы для неё полной катастрофой. Возможно, Смолин её этим шантажировал, и ей ничего не оставалось делать, как заказать его? Но раскрыв её, он бы стал предателем, а этого не прощают. Ходили слухи о тайной организации бывших офицеров КГБ, испытывающих ностальгию по советскому времени, выискивают предположительных предателей и ликвидируют их. Хотя у Кузнецова не было информации о подлинности существование такой группы, но версия тоже требовала рассмотрения. Возможно, они заподозрили Смолина в предательстве на том основании, что он работал в коммерческой структуре? Но в коммерческих структурах сейчас работают многие бывшие офицеры КГБ — жить ведь на что-то надо. Другое дело, если Смолин был связан с этой организацией, а потом решил с нею порвать или кому-то что-то сболтнул?