Сибирский триллер. Том 1: Жаркое лето 95 года
Шрифт:
— А почему эта Алёна ближе к нему? — спросила Зоя. — Она этому Мите больше нравится, чем ты?
— Она же его сводная сестра. Ты разве не знаешь? — удивилась Яна, и Зоя поняла, что речь идёт о Никоновых.
— Так ты влюбилась в Митю Никонова?
— Да.
В этом «да» было столько безнадёжности, что Зоя могла бы расхохотаться, если бы не боялась обидеть Яну. Зое сейчас нельзя было позволить себе даже тени улыбки, иначе никогда больше они с Яной не найдут общего языка. И Зоя, пытаясь скрыть вздох облегчения и улыбку, прижала её к себе и поцеловала в лобик.
— Так моя девочка влюбилась? Это же хорошо! Только надо держать это в себе и не говорить ему об этом.
— Зоя, мне через пару месяцев уже будет тринадцать лет, а у меня грудь медленно растёт, и месячных нет. А у других девочек уже месячные начались, и груди у них гораздо больше моих. Может, я отстаю в развитии?
Зоя улыбнулась. Эту девочку заставила к ней придти первая любовь, и ей не с кем посоветоваться, кроме как с ней, с Зоей. К папе она с этим не пойдёт, мама далеко и только Зоя рядом. «Как вовремя она влюбилась!» — подумала Зоя. И очень хорошо, что влюбилась девочка не в одноклассника, не в сверстника, а в парня, которому 21 год и для которого она просто ребёнок.
— Ты нормально развиваешься, девочка моя, — успокоила её Зоя. — Месячные, при нормальном развитии, появляются у девочек в 14–15 лет. Если менструации у девочки начинаются в 8-10 лет, то она перестаёт расти и уже никогда не станет «моделью». Ты же хочешь иметь фигуру как у модели? Чаще всего рано созревают девочки с избыточным весом или использующие косметику, шампуни, краску для волос. А у тебя вес в порядке, и ты косметикой не пользуешься, волосы не красишь. Поэтому тебе волноваться не о чем.
Яна внимательно её слушала, а Зоя играла длинными шелковистыми волосами Яны и излагала всё, что знала по этой проблеме. Они ещё долго говорили с Яной о любви, о жизни.
— Яночка, а ты кого хочешь, братика или сестричку, — спросила её Зоя.
— А ты что, уже в положении?
— Нет, я просто так спрашиваю.
— Я не знаю, мне всё равно. Я буду ходить гулять с ребенком, пеленки стирать, книжки ему читать.
Зоя поцеловала Яну, а та, вдруг что-то вспомнив, повернулась к ней:
— Зоя, а ты папе не расскажешь, о том, что я тебе рассказала?
— О том, что ты полюбила?
— Да.
— Зачем я буду ему рассказывать? Это наши с тобой женские тайны.
Яна с удовлетворением кивнула. Незаметно для себя они вместе заснули. Поздно вечером Виктор разбудил Зою, тихонько поцеловав её в мочку ушка.
— Я сейчас отнесу Яночку в её в комнату, — прошептал он Зое на ухо.
Зоя отрицательно покачала головой и осторожно, чтобы не разбудить Яну, встала с постели. Они с Виктором пошли в гостиную и сели на диван.
— У нас налаживается контакт, и я хочу, чтобы она эту ночь спала со мной, — прошептала она Виктору.
— А я?
— А ты здесь спи, на диване, — засмеялась Зоя и он начал целовать её смеющийся рот. Он провел рукой по её груди, по животу, по бедру и сладостное томление наполнило всё её тело. Их языки переплелись, и она содрогалась от каждого его движения. Он снял с неё ночную рубашку и опрокинул на диван, целуя её глаза, мочки ушей, шею. Его руки ласкали и сжимали её налитую грудь, а губы нежно покусывали и целовали соски. Волна сладострастия пробежала по всему телу. Жар, который наполнял её, стал невыносимым, и из груди Зои рвался наружу стон наслаждения, но она боялась разбудить Яну и до крови закусила губы.
— Я хочу тебя, — простонала Зоя, охваченная жгучим желанием.
Их тела слились, их сердца бешено бились в такт, и когда последние конвульсии пронзили их, они замерли в изнеможении, упав рядом с друг другом.
— Ты даже представить себе не можешь, как я люблю тебя, — прошептала Зоя, положив ему на грудь голову.
Они лежали уставшие и счастливые, и Зоя с нежностью целовала его губы, нос, подбородок, шею. В эту ночь страстной любви она зачала ребенка.
Глава 39
Митя сдал последний экзамен и стал героем дня в их семье. Таня приготовила роскошный ужин, отец купил бутылку водки для них и бутылку сухого вина для женщин, и они в узком семейном кругу отметили это событие.
— Митя, я горжусь тобой, — сказала Таня, подняв бокал вина. — Ты такой у нас молодец, что и представить себе не можешь! Почти без подготовки сдать вступительные экзамены в университет — это почти подвиг.
Все выпили, и второй тост произнесла Алёна.
— Я хочу выпить за наших мужчин, — сказала она, — за то, что Митька такой же умный, как Андрей Дмитриевич, и я надеюсь, что Митьку примут в университет. И у меня будет брат студент, чем я очень горжусь.
— Алёна, почему ты говоришь Митька, — укорила ей Таня. — Почему нельзя сказать Митя?
— Вот будет студентом, тогда станет Митей.
— Правильно Алёнка, — поддержал её Андрей Дмитриевич. — Вот примут в университет, тогда и станет Митей или даже Дмитрием.
Сегодня утром Элеонора нашла Андрея Дмитриевича и поздравила его.
— Андрюша, должна признаться, что помогла я Мите только по физике. Все остальные экзамены он сдал самостоятельно без моей помощи, — сказала она. — Парень у тебя замечательный! Так что считай, что он уже зачислен.
— Лорочка, я тебе очень благодарен, потому что без твоей помощи, он в университет бы не попал.
Элеонора смотрела на него с какой-то грустью и тихо произнесла:
— Я очень жалею, Андрюша, что не женила тебя на себе. Был бы сейчас Митя мой сын. Или как это называется, пасынок?
Андрей Дмитриевич и раньше знал, что он небезразличен Элеоноре, и она очень хотела бы, чтобы их отношения возобновились. Но у него была его Танечка, нежная, чуткая и беспомощная, и он не мог ей изменить или нанести чем-то обиду. Элеонора, будучи женщиной умной и проницательной, это понимала, и ей было грустно и обидно до слёз — все её считали сильной женщиной, а она хотела быть не сильной, а счастливой. Она вздохнула и пошла к себе, чтобы не расплакаться, потому что сильные женщины никогда не плачут, даже если очень хочется.