Чтение онлайн

В приподнятом настроении отправились на ужин, оживший оркестр поторапливал нас уже минут двадцать. Наша компания рассредоточилась в разных местах, за нашим столом оказались Саша с Милой, Николай с Костей, между ними я уселась, Андрей пригласил к себе Василину. Остальные парочками миловались за соседними столиками, правда, Марка пока не было видно, но его блондинки придерживали тепленькое местечко для него рядом с собой.

Костя делился последними новостями: завтра решено двумя машинами выдвигаться на разведку дорог, Марк с Сашей едут на дальний отрезок, Костя с остальными на ближний, Николай в Палермо (кто-то пообещал дать попользоваться некоторым снаряжением, надо забрать). Здорово, тогда мы поваляемся до обеда на пляже, а после обеда сделаю несколько рисунков для Васькиной книжки, они карандашные, небольшие, думаю, пару-тройку до вечера успею, но сегодня надо дочитать ее рукопись.

Народу все пребывало и пребывало, шум усиливался, русские девчонки уже пошли танцевать, остальные пока только поглядывали на русскую моду в танце, еще не дойдя до нужной кондиции.

Василина о чем-то кокетничала с Андреем, тот млел в свое удовольствие от того, что, наконец, удалось завладеть полностью ее вниманием, я выведывала у Николая и Кости, что удалось разузнать об объекте. Все было жутко интересно, но мало информативно, последние сведения, которые удалось Индиане собрать о храме на горе в малоизвестной деревушке относились к 60-ым годам прошлого века, тогда группа студентов будущих историков отрабатывала там практику. Сделав небольшой раскоп, обнаружили пару артефактов, относящихся еще к догреческому периоду и чуть больше черепков принадлежащих уже греческому Олимпу. Из отчета того времени следовало, что на горе размещались в разные временные отрезки от трех до пяти культовых сооружений. Поверхность верхушки горы достаточна большая и пологая, потому их там могло быть и больше. Работы предстояло много, планировали зависнуть дней на семь-десять. Парни искрились энтузиазмом, заражая и меня им, Индиана настойчиво уговаривал поехать с ними, я пока отмалчивалась, завязав собственный язык морским узлом, отделывалась отговорками, что смогу дать ответ дня через три-четыре. Поехать хотелось сильно, у меня все внутри звенело натянутой струной от желания оказаться там и порасчищать развалины.

Василина вытащила танцевать Андрея, я Николая, во время танца он подвел нас к столику блондинок, за которым уже сидел Марк, перебросился с ним парой слов по поводу завтрашнего дня, тот подтвердил, что все в силе, окинул меня хмурым взглядом с ног до головы. Это он так молчаливо высказал накопившиеся претензии ко мне? Ммммм, а претензии по поводу чего? А может просто в плохом настроении?

На танцполе мы задержались, оркестр порадовал парой медленных композиций, что давало возможность поговорить.

– А что итальянские законы обещают «черным кладоискателям»? – поинтересовалась я.

– Долгое и мучительно заключение, - хмыкнул Николай, - но мы на законных основаниях, разрешение у меня будет на днях.

– А много в Италии нарушителей по этой теме?

– А ты как думаешь? Тут же где ни копни, что-нибудь найдешь, в любом огороде, при любой застройке обязательно, то черепки, то клады, то остатки древней кладки.

– И что, много воруют?

– Лиса, дело не в воровстве, как таковом, у них просто отношение к подобным вещам иное. Карабинеры периодически кого-то ловят, изымают, но итальянцы считают себя потомками тех, чьи клады они находят и потом иногда это хороший способ заработать деньги.

– И как же они выкручиваются?

– Василис, итальянцы – это мошенники, кто в большей, кто в меньшей степени - они от самого процесса, что кого-то провели получают огромное удовольствие, даже если это и не принесло им особой прибыли, но кто-то остался с носом – уже хорошо. Эта черта настолько пронизывает характер народа, что проявляется в любых мелочах.

– А как ты среди них живешь?

– Я уже знаю об этой особенности, потому делаю скидку на это, не всегда открываю всей правды, козыри придерживаю.

– Как же так можно жить?

– Лиса, - снова рассмеялся, - итальянцы в целом хороший народ. Надо просто относиться с юмором к некоторым чертам их характера. Один пример. Концерн Ferrari случайно узнал, что одну из их старых моделей активно подделывают и продают на Сицилии. Покупатели автомобилей знал, что покупают не оригинал, а очень хорошую, качественную подделку раз в восемь дешевле оригинала. Внешне машина один в один походила на оригинал, внутри же использовались детали разных производителей. Когда полиция нагрянула в мастерскую почти в центре Палермо, то обнаружили больше двадцати автомобилей и почти все были проданы.

– Подожди, а как такое возможно? Это же целый завод, и действовал наверняка ни один год, неужели никто ничего не заподозрил?

– А продавали через интернет. Нет места продажи. Нет следов. А заводик был просто автомастерской с талантливыми автомеханиками.

– Это же гениально и какой размах, - поразилась я.

– Даже если тебя это восхитило, то какая реакция должна быть у обычного итальянца?

– Но с итальянцем в разведку ты бы не пошел? – уточнила я.

– Не-а, - не раздумывая, ответил, - я почему и поддался на авантюру с раскопками, компания очень подходящая.

– Чем подходящая?

– Честные, - имел в виду москвичей, - честные по отношению друг к другу, азартные, в раскопках без азарта лучше не соваться. И видно было с самого начала, как только разговор начался об экспедиции, что они там будут пахать, не перекладывать друг на дружку, не отлынивать, не тянуть время. А там тяжелого физического труда очень много, и все надо сделать очень быстро. Ну и еще наша российская душа сама готова заплатить за удовольствие. Мы вчера поделили обязанности, и каждый в них впрягся, не надо никого контролировать, напоминать – все будет сделано четко и в срок. Даже Марк, у которого совсем нет сейчас свободного времени, позвонил, договорился, завтра с Сашкой съездят, посмотрят дорогу. У нас, считай, вся подготовка займет четыре-пять дней, ты это любому итальянцу скажи, он не поверит и, скорее всего, не поймет, зачем так торопиться и спешить. Может, поедете? Компания у нас хорошая собирается.

– Коль, у нас обязательства перед издательством – нужно через неделю сдать иллюстрированную рукопись. Если успеем все сделать в ближайшие дни, но не обещаю.

– К тому же вы нам сильно поможете? – нажал он еще один рычаг.

– Чем? – подозрительно поинтересовалась, опасаясь, что нас поставят «у плиты».

– Нужно будет фотографировать, делать описание, плюс схематическое изображение.

– Ко-о-ль, - остановила я его порыв, - мы подумаем.

Иллюстрации я за пару дней нарисую, но нужно, чтобы они понравились Ваське второе, чтобы она успела дописать вторую книгу, редактуру она сделать не успеет, но если главный редактор увидит законченную рукопись, то с ним можно будет договориться на 7-10 дней отсрочки.

Следующим танцем Николай увел обрабатывать Василину, а мы с Костей строили друг другу глазки, смеялись с Сашей и Милой над анекдотами Андрея, потом ушли танцевать с Костей. Сергей несколько раз подходил к нашему столу, Марк вроде тоже мелькал. Часа через два веселье вошло в раж, за нашим столом стало тесно, присоединились Сергей с парочкой девиц.

– Серёж, - громким шепотом поинтересовалась у него, - которая из них твоя?

– Пока не определился, - серьезно ответил он и в недоумении от себя самого повел плечами.

– Так у тебя всего ночь осталась на определение, завтра же они уезжают.

– Ну что делать? – пожал плечами, - они мне обе нравятся, не могу же я кого-то из них обидеть.

– А они-то об этом знают?

– Их мнением я не интересовался, - отмахнулся от нудной меня.

Действительно, чего это я?

Костя, тем временем, вовсю занимался охмурением меня красивой, Андрей уже в открытую домогался Василины, та решила быть неприступной крепостью и только махала удивленно длинными ресницами в его сторону, что еще больше подстегивало парня. Подошел Марк после танца с одной из блондинок (нет, они определенно сестры, даже платья на них одного цвета) перекинулся парой слов с парнями, Николай предложил перебираться к нам за стол. Марк окинул взглядом Василину, зацепился им же за меня, слегка поджал недовольные губы и отказался. Мы с подругой удивленно переглянулись: «Чего это он?»