Чтение онлайн

Зная, что ответственным за проект назначен Марио, к нему начали присматриваться. Задачей Франко Паппалардно было «случайное» знакомство с Пинизи-младшим и дальнейшие приятельские отношения. Именно с этой целью Паппалардо записался в клуб предпринимателей. Но Марио и Валерия после единственного посещения больше там не появлялись. Единственной возможностью сближения с Пинизи-младшим оставался теннисный клуб. Шестидесятилетнему Франко срочно пришлось научиться играть в теннис, и, к его счастью, дело быстро пошло на лад, что помогло избежать лишних подозрений со стороны Марио. Теперь оставалось только ждать.

А время все больше поджимало фирму «Пинизи и сыновья». Побывав в Национальном банке Сиракузы, Марио вышел оттуда вне себя. Банкиры, будто сговорившись, не хотели уступать ни процента. А ответственный за рекламу синьор Лонгитано уже раструбил по всему острову о невероятно низких ценах на будущие коттеджи.

– Больше тянуть нельзя! Рекламные щиты уже развешены по всему городу, – предупредил он Марио.

– Я прошу тебя, подожди еще немного. На днях я все решу, – с раздражением ответил ему Марио.

Ситуация на самом деле была критической. Отец был недоволен таким развитием дел, Микеле и Марчелло с холодным спокойствием выжидали полного фиаско Марио. Время от времени общаясь с Паппалардо и успев побывать у него дома, Марио испытывал все большее расположение к годящемуся ему в отцы синьору.

– А может, все же заглянуть к нему в банк? – ища выход из тупика, подумал Марио и тут же набрал номер нового знакомого.

– Добрый день, Франко. Я бы хотел к вам зайти, когда это удобнее сделать? – Марио вытащил очередную сигарету из пачки: в последнее время он стал слишком много курить из-за нервов.

– Дорогой Марио, я очень рад тебя слышать. Приходи завтра, буду тебя ждать. «Еще как буду ждать!» – добавил про себя банкир.

В банке «Независимый» на Марио смотрели улыбающиеся радушные лица, как будто его тут давно ждали. В кабинете президента за большим овальным столом, на котором предупредительно стояли различные прохладительные напитки, кроме самого Франко Паппалардо, сидел еще какой-то синьор.

Вкратце рассказав об истории деятельности банка, президент перешел к конкретике.

– Синьор Пинизи, мы можем предложить вашей фирме очень выгодный кредит и необходимую сумму сразу же переведем на счет вашей фирмы. Таким образом, вы сможете немедленно приступить к строительству. Но и у нас к вам будет встречное предложение.

Мы очень уважаем вашего отца и вас лично, и поэтому хотели бы быть с вами предельно откровенными. Нам не выгодно просто предоставить вам такой значительный кредит, мы хотели бы поучаствовать в получении прибыли от вашего проекта. Если сможете убедить вашего отца и гарантировать нам, что с каждого проданного коттеджа нам будет выплачена некая сумма, о которой мы с вами поговорим отдельно, то мы могли бы за эту услугу предложить вам лично пятьсот миллионов лир [Примечание автора: приблизительно 250.000 евро).

Столь неожиданное предложение повергло Марио в состояние шока, но он смог взять себя в руки и, серьезно посмотрев на банкира и его молчаливого друга, решительно сказал:

– Я все понял, господа. Мне необходимо время обдумать столь важное для нас предложение. Я сообщу вам о решении.

Атмосфера в переговорной была настолько тяжелой, что Марио не терпелось как можно быстрее оттуда уйти.

Ему было все предельно ясно: банк мафиозный, и ни о каком сотрудничестве с ним не может идти и речи, даже учитывая, что названная банкиром сумма могла бы в одночастье решить все его личные проблемы. Как истинный сицилиец он прекрасно знал, что стоит только попасть мафии в лапы, и потом всю жизнь не вырвешься из этой кабалы.

Всю ночь после переговоров в «Независимом» Марио не сомкнул глаз, терзаемый внутренней борьбой. Его разум приказывал выбросить все услышанное из головы, а внутренней голос нашептывал обратное. Это звучал голос его сокровенных желаний и глубоких обид на судьбу и на родителей. Сразу всплыли в памяти времена его молодости и учебы в университете Рима. Уже на первых курсах ему и другим братьям предусмотрительный Дон Карло, приезжавший время от времени в Рим для контроля за их успеваемостью, дал однозначно понять, что после окончания университета они все вернутся на родную Сицилию для исполнения сыновьего долга, то есть для работы в семейной фирме. Старшим, правда, больше повезло: то ли оттого, что отец им больше доверял, то ли по какой-то другой причине их отправили за границу на практику, но как ни старались убедить отца двое младших, Марио и Коста, что им тоже неплохо бы после обучения в Риме провести некоторое время вне Италии для приобретения жизненного и профессионального опыта и для расширения кругозора, ничего из этого не получилось. Привыкший распоряжаться чужими судьбами, Дон Карло ничего не хотел слушать.

– Такого удачного случая может больше никогда не представиться в твоей жизни, – продолжал нашептывать внутренний голос, – соглашайся!

– Нет, это невозможно, – не уступал ему здравый смысл, – ты же не подлец, не предатель! Пойти на сделку означает предать всю семью, которая попадет в зависимость к этим страшным людям, и Бог знает, чем все может закончиться.

В итоге Марио задал себе риторический вопрос: если он все же решится, что это будет: предательство или единственный реальный шанс раз и навсегда обрести свободу?

Отдохнув душой и телом, Валерии захотелось какой-то деятельности. В Москве проходила международная выставка легкой промышленности, и она устроилась переводчицей на стенд одной флорентийской фабрики, выпускавшей красивые и столь необходимые для российского климата меховые изделия.

Как-то раз, перекусывая в местном баре, Валерия услышала позади себя знакомый голос.

– Лерка, ты ли это? – на нее смотрело расплывшееся в радостной улыбке лицо ее давнего знакомого Артема.

– Ой, Темка, привет, а ты что тут делаешь? – Лере тоже была приятна это неожиданная встреча.

– Я-то здесь по делам, а вот ты что здесь делаешь? Ты же должна быть на Сицилии?

– Да, совершенно верно, – рассмеялась она, – но приехала повидать родителей и друзей, больно по всем я соскучилась. – А ты совсем не изменился, тебе по-прежнему палец в рот не клади, – дружески заметила Артему Лера.

– Да ладно тебе, не ругайся! Ты тоже внешне не изменилась, вот может быть чуть-чуть подурнела? – и он сделал вид, что внимательно рассматривает ее лицо. – Шучу, подруга! Ты прекрасна, как всегда! Что скажешь, если вечером сходить куда-нибудь поужинать?

– Я – за, давай встретимся после закрытия выставки, часов в восемь.

В популярном среди москвичей торговом центре, расположенном на берегу Москвы-реки была страшная суета. Одни совершали пробежку по местным магазинам в поисках нужных товаров, другие переходили из одного ресторана в другой, никак не решаясь выбрать. Перед входом в центр автостоянка пестрила последними марками западного автомобилестроения. Молодые мужчины, едва достигшие тридцатилетия, гордо выходили из своих шикарных авто вместе со спутницами в длинных норковых шубах, оберегавшими от порывистого, промозглого октябрьского ветра свои стройные ножки в мини юбках, и важно направлялись внутрь здания.