Чтение онлайн

Впрочем, выпивать отказался не только Игорь. Артур — вероятно, по религиозным соображениям, — тоже не притронулся к содержимому своего бокала. Как и Глазунов, цепким взглядом изучающий гостей. Лазареву показалось, что начальник был напряжён, но от чего именно — понять не удалось.

— Так это ты — Игорь?

«Что за мода — подходить незаметно», — вздохнул про себя Лазарев.

Мужчина остановился в паре шагов от него. Тот самый, которого он приметил в начале вечера, — высокий и беловолосый, с еле заметной ухмылкой, не покидающей безупречно выбритого лица. В холодных серых глазах, впрочем, не было ни намёка на веселье.

— Да, это я, — согласился Игорь.

Вблизи мужчина оказался настоящим гигантом — Игорь не доставал ему даже до плеча. Лазарев не стал задирать голову и смотрел на него исподлобья. Почему-то от человека, подчеркнуто игнорирующего спутников Игоря, он не ожидал ничего хорошего.

— Моё имя — Игорь Морозов. Арес. Приятно познакомиться, тезка.

Он протянул Лазареву широкую мозолистую ладонь, и Игорь, чуть помедлив, ответил на рукопожатие. Кисть Ареса оказалась сухой и крепкой.

А затем Игорь почувствовал, что замерзает.

Сначала Игорь не понял, что произошло.

По его телу прошёлся легкий озноб, быстро переросший в нечто большее. Ощущение было такое, словно он в одном белье вышел на сорокаградусный холод, и с каждым мгновением оно только усиливалось. Лазарев посмотрел в насмешливое лицо Ареса и понял.

«Ну конечно. Морозов».

Игорь заставил собственную стихию быстро циркулировать по своему телу. Это помогло, но не сильно: холод в конечностях ослаб лишь частично. Тогда Лазарев решил действовать кардинальнее.

Ладонь Игоря, сжимавшая руку Морозова, потрескалась. Совсем немного, так, чтобы лава не потекла вниз, а всего лишь показалась наружу, но этого оказалось достаточно, чтобы Арес поморщился, а ещё через секунду — резко одёрнул руку.

— Топорно работаете, — вынес вердикт Морозов.

Игорю было плевать на его комментарии. С мрачным удовлетворением Лазарев отметил, что ухмылка стёрлась с лица Ареса. Он спешно опустил руку вниз, но Лазарев успел увидеть, что ладони Морозова зрел заметный ожог. Не такой большой, как он надеялся, но всё же лучше, чем ничего.

— Вы, кажется, чего-то хотели? — ядовито осведомился Игорь.

— Все, что я хотел, я уже узнал, — Арес развернулся. — Такой же дерзкий, как мать.

Морозов ушёл. Если присмотреться, можно было увидеть, как от его правой руки распространялся еле заметный дымок.

И нельзя сказать, что Игоря это не радовало.

В отличие от приближения того, с кем, как он надеялся, говорить не придётся.

— Атаковать на мероприятии, где я отвечаю за безопасность, причём не кого-то там, а самого молодого Повелителя современности… Похоже, у моего внука есть яйца!

— Он первый начал, — огрызнулся Игорь.

Это была его первая встреча с Прометеем. Что ни говори, а на деда тот совершенно не тянул — ни по своим действиям, ни по внешнему виду.

Абсолютно одинакового с Игорем роста, мужчина был раза в полтора крупнее. Под свободной рубашкой угадывалась фигура культуриста с многолетним стажем. Наверное, если бы кто-то посмотрел на них со стороны, то увидел бы в чертах лица много общего — одинаковая форма головы и носа, похожая форма глаз и разлёт бровей, одного тона русые волосы, на голове Прометея чуть более редкие, — однако Игорь не был склонен проводить сравнительный анализ их внешности. Он не обольщался. Несмотря на похожесть, напротив него стоял враг, и ожидать чего-то хорошего от встречи с ним не стоило.

Прометей рассмеялся.

— Я не удивлён! У него ведь, можно сказать, к тебе личная неприязнь. Ты — главное напоминание о его провале.

Не дождавшись от Игоря уточнений, Прометей, ничуть не смущаясь, продолжил:

— В прошлом он долгое время добивался расположения моей дочери, но, так уж вышло, что она выбрала другого. Эх… Морозов даже не представляет, насколько ему повезло!

Игорь скептически вскинул бровь.

— Повезло?

— Ну разумеется! Ведь если бы она вышла за него, — Прометей чуть прищурился, глядя в глаза Игорю, и произнёс, чеканя каждое слово, — Я бы его уничтожил.

— Однако, — хищный блеск в глазах Прометея пропал, и он как ни в чём ни бывало продолжил, — Ангелина отказала ему, и он остался жив. Что, разумеется, нисколько не мешает ему тебя ненавидеть. Меня, кстати, тоже.

«Так значит, мою мать звали Ангелина» — мысленно отметил Лазарев.

— А тебя-то за что? Он должен быть благодарен. Это ведь ты разрушил её семью, — Игорь решил высказать свою догадку. Играть в вежливость и обращаться к Прометею на «вы» он не собирался. Собеседник, впрочем, не стал заострять внимание на дерзости Лазарева и сделал вид, что ничего не заметил. А может, ему и в самом деле было всё равно.

— Я, — не стал отпираться Прометей. — А ещё — я схватил её и заточил в родиевом саркофаге. Ты ведь знаешь, как действует родий на элементалей, правда?

Игорь знал.

— Можешь не отвечать, я слышал, что ты прочувствовал это на себе, — понимающе покивал Прометей. — И ты, наверное, как и все прочие, думаешь, что этот металл просто отрезает элементаля от его стихии. Однако на самом деле что достаточное количество родия замедляет все процессы в теле, действуя, как, скажем, криогенная заморозка. Организму не требуется пища, он не стареет… Есть лишь одно «но»: пусть и замедленно, но человек всё чувствует!

Глаза Игоря расширились. Прометей ухмыльнулся:

— О, я вижу, ты понял. Всё верно — элементаль, попавший в саркофаг из родия, может провести в нём огромное количество времени. Только представь: годы, проведённые наедине со своими мыслями! Достаточно, чтобы проанализировать всю свою жизнь, обдумать все ошибки. Понять, где ты был не прав. Осознать, что следует извиниться перед отцом и впредь следовать его воле.

Игорь давно считал, что ненавидит Прометея. Однако то жгучее пламя, что разгоралось у него внутри сейчас, не шло с прежними чувствами ни в какое сравнение.

— Раз в год, на её день рождения, я открываю саркофаг, — спокойно продолжил Прометей. — Я спрашиваю её, поняла ли она свои ошибки и готова ли слушаться своего отца. Но Ангелина очень упряма, — в голосе Прометея проскользнуло что-то, что Игорь узнал не сразу. А потом понял — это было восхищение.

— Она несколько раз пыталась меня обмануть, но я вижу это. Понимаю, что она ещё не сломалась и сбежит от меня, как только ей представится такая возможность. А однажды даже пыталась покончить с собой, но какой отец может позволить этому произойти? Поэтому я укладываю её в саркофаг. Снова и снова.