Чтение онлайн

— Он у тебя хоть есть? — ухмыльнулся я.

Вместо ответа таксист многозначительно постучал согнутым пальцем себя по лбу.

— Ни пуха, — напутствовал он меня, высаживая возле заколоченного ларька.

«В Жопокрут», — чуть машинально не отозвался я, но вовремя прикусил язык. Мда, сюда бы «вертолетик» Ангара с его пулеметами не помешало прихватить. Вот только чую, что он не отзовется, а имплант теперь превратился в бесполезную железку — мой микрочип его больше не определял как подключенное устройство.

Впрочем, и на том спасибо — выручил.

Где-то залаяла собака. Судя по всему, на каком-то балконе, потому как звук шел сверху. Кто-то с заплетающимся языком в нецензурных выражениях пояснил животному, чем оно может заняться, вместо того чтобы мешать людям отдыхать.

К беседе тут же подключился визгливый бабский голос, который примерно с той же речью обратился уже к подвыпившему мужику, призывая его заткнуть пасть и прогуляться туда, откуда он, собственно, на свет и появился.

Действительно, «своя атмосфера».

Нужный дом я нашел сразу, благодаря подсказке таксиста. Так, возможные проблемы с домофоном отпали автоматически вместе с дверью, которая висела на одной петле гостеприимно распахнутой настежь. Общежитие, а значит, мне нужна была не квартира, а комната. Четвертый этаж…

Закрыто!

И звонка нет, а значит, гостей тут обычно не ждут, только своих.

Ждать, когда-то войдет или выйдет?

Выбить, нахрен, этот жалкий кусок дерева с «кошачьей дыркой» внизу?

Или осторожно вскрыть замок, благо и инструмент нужный при себе имеется?

Я снова надавил на ручку и толкнул дверь.

Сработало!

Коридор был заставлен разнообразным хламом, характерным для подобных мест: старый велосипед, три лыжи, детская коляска, буфет без одной дверцы, какие-то доски и палки…

Впрочем, я сюда не барахло разглядывать пришел а…

А зачем, собственно?

Объяснить идиоту, что избивать любимых женщин нехорошо? Свершить праведное возмездие по заветам Палача? Или просто сбросить накопившееся напряжение, от которого аж зубы сводит и кулаки чешутся по самые локти?

Да похуй!

За нужной мне дверью звучали мужские голоса, перекрикивающие громко орущую музыку и плачущего где-то за стенами маленького ребенка. Три, четыре… а может и пять человек. Многовато!

Впрочем, так ведь и мы не пальцем деланы, а Жопокрутом!

Усилить выделение эндорфинов, чтобы притупить боль, когда в меня начнут тыкать руками и ногами. Догнаться адреналином, чтобы стать выше, быстрее и сильнее. И подхлестнуть регенерацию — и тогда мне ни ножи ни кастеты не страшны.

И вот уже драка с пятью противниками превращается в легкую разминку.

Стоп!

Ну и чем я тогда лучше Палача, с его неуязвимой броней и пулеметами?!

Очередной мутант-урод, который обижает беззащитных уродов-человеков?

А в том, что там собрались именно уроды, у меня и сомнений не было.

Сам справлюсь.

Своими силами.

Не зря ведь нас Спорти гоняла по залу и валяла по татами все это время? Вот заодно и проверю, на что я способен без всех этих супергеройских апгрейдов.

Швабра-дубинка привычно пристроилась в правой руке. Палец машинально нащупал нужную кнопку, и мое оружие вытянулось примерно до метровой длины. А больше и не надо — там наверняка окажется довольно тесновато, и с нормальным посохом развернуться будет негде.

Я постучал в дверь, и голоса стихли.

— Кого там еще плинесло? — раздалось по ту сторону.

Так как музыку сделать потише никто и не подумал, то обладателю выразительно-картавого «р» пришлось хорошенько поднапрячься, чтобы перекричать Императрицу Аллегрову, как раз в этот момент объятую юными кавалерами.

— Меня тут принесло, — спокойно отозвался я.

Забавное наблюдение с моего предыдущего «места работы»: уверенному и спокойному «это я» жильцы не шибко благополучных районов примерно втрое больше доверяют, чем «это газовая служба» или «это почта, откройте». И почти впятеро больше, чем «это доставка».

— Чего надо?

— А можно Ивашова позвать? Он дома?

Пауза длилась минуты три, за которые хриплый голос Императрицы сменился звонким Трофимом с его «Родиной» под гитарные рифы.

— Так ведь нету его.

— Странно. А ботинки, вон, стоят.

И я с силой пнул груду обуви, сваленной у двери, понятия не имея, есть ли там что-нибудь, принадлежащее «Петюне».

— Ну лаз стоят, то заходи, — «сжалился» голос и добавил, — Отклыто!

Я и вошел. Чего уж отказываться-то, от такого любезного приглашения?

Их действительно оказалось пятеро. На нехитром столе, накрытом газеткой, стояло две початых бутылки водки, граненые стаканы, пачка томатного сока и какие-то бутерброды с сырной нарезкой. В общем, душевно они тут сидят.

Вот только как понять, кто их пятерых мужиков неопределенно-среднего возраста и есть нужный мне Ивашов?

— Ну, чего хотел? — подал голос один из них.

Ага. Костяшки сбиты, один палец перебинтован, на щеке — свежий след не то от когтей, не то от женских ногтей. Ай да Алиска, умничка, пометила своего ухажора, чтобы Уборщик особо не напрягался.

— Ты, что ли, Петюня?

«Меченный» скривился:

— Ну, допустим. Чего надо, тебя спрашивают?

— Да просто. Хотел взглянуть на героя, что девок в окна выкидывает.

— Ага.

Он взял на треть наполненный стакан, посмотрел на него, но тут же отставил в сторону.

— Значит, это ты тот гандон, что возле моей Алиски вертелся и кофю ей таскал на работу? — недобро прищурившись, процедил Петюня сквозь зубы.

— Кофе, а не «кофю».

— Да хоть какаву! Еще раз увижу что ты, гандон, к моей бабе подкатываешь — ноги вырву и в жопу затолкаю. Понял, гандон?

— А я думал, что ты меня как и ее — в окно выкинешь.

Петюня повернулся к своему товарищу, сидевшему слева, и коротко кивнул.