Чтение онлайн

Тот поднялся.

Точнее даже не поднялся, а с трудом вытащил из-за стола свою громадную тушу. Громадную, волосатую и обильно украшенную татуировками уголовного содержания. Уж я-то на такие в свое время насмотрелся. Несколько ходок за разбойное, и, судя по всему, мокруха. Непредумышленная, скорее всего.

— А ты что, у этого чемпиона по метанию баб из окна на дальность за шестерку что ли? — притворно удивился я, — Или, может, это вообще твоих рук работа?

— Девку я не трогал, — отозвался здоровяк, — и в шестерках никогда не ходил.

— Короче, мужики. К вам я без претензий, а вот с этим ушлепком хочу переговорить с глазу на глаз. Если он не засцал, конечно.

Ударили в пол с силой отброшенные табуреты.

В чьей-то руке сверкнул нож.

Откуда-то появилась бита. Самопальная, вытесанная из куска дерева и даже толком не отшлифованная, зато уже покрытая зловещими разводами.

С печальным звоном разлетелась трансформируемая в розочку бутылка, и по ноздрям безжалостно ударил резкий запах дешевой водки.

— Значит, засцал, — сделал я логичный вывод.

И ударил, даже не успев договорить фразу.

При численном перевесе пять к одному не до показушного благородства.

Вытянувшаяся на два метра швабра-дубинка ударила прямо в открытый рот — самое уязвимое место у этого бычары. Хрустнуло, брызнуло. Здоровяк захлебнулся собственным воплем, вбитым ему в горло концом моего оружия.

Усилием воли подавил я в себе желание «раскрыть» рабочую часть, превратив небольшое утолщение в полуметровую поперечную перекладину прямо во рту «нешестерки». Кто знает, может он не такой уж и плохой человек, и дома еще ждут три лапочки-дочки, из-за которых он и ступил на кривую дорожку?

Пинком отправил ближайший табурет под ноги люмпену, вооруженному «розочкой».

Тот запнулся и рухнул прямо передо мной, ловя лицом мое колено. Ну или наоборот.

Минус два.

Шагнул в сторону, пропуская мимо себя биту-самоделку, и ответил точным ударом локтя в горло излишне прыткого фаната бейсбола, прямо в адамово яблоко. Сам виноват, что подошел слишком близко. Тот схватился за шею, жадно хватая воздух и выпучив глаза — видать, пытался мимикрировать в рыбу.

Минус три.

Краем глаза уловил отблеск ножа где-то справа.

Щелкнула, сокращаясь, швабра-дубинка, которой я и ударил наотмашь.

Отточенные многочасовыми тренировками рефлексы не подвели: четвертый противник вскрикнул, роняя оружие, когда получил прямо по пальцам.

Лежащий на полу мужик попытался схватить меня за ногу и получил пяткой в лоб.

Ибо нехуй.

Я ловко крутанул дубинкой, давая обезоруженному противнику понять, что умею ей пользоваться и смотрю фильмы про кунг-фу. Тот намек понял и отступил назад, выставив вперед пустые ладони.

— Ловко ты их, — ухмыльнулся Петюня, который так и продолжал сидеть на своем месте, даже не пытаясь подняться.

Только теперь в его руках вместо стакана был пистолет, наставленный прямо на меня.

— Ебать меня туалетным ершиком! — я испуганно открыл рот выпучил глаза, глядя в окно через плечо Петюни.

Тот обернулся, чтобы узнать, что же привело меня в такой «восторг».

Почти всегда срабатывает.

Сильным ударом ноги по краю стола со своей стороны, я заставил его «напасть» на потерявшего бдительность урода с пистолетом.

«Бах! Бах!»

Две пули ударили в стол и пробили его насквозь. Одна ушла сильно в сторону, вторую стойко принял на себя «задыхавшийся» в шаге от меня люмпен. По крайней мере, заорал он вполне убедительно:

— Сука-блядь, ты меня подстрелил нахуй!

Я шагнул вперед, сокращая расстояние.

Снова щелкнула швабра-дубинка, вытягиваясь и вонзаясь в левый глаз Петюни.

Сильно. Смачно.

Точно в лузу!

Вот только у нас здесь не бильярд.

Я дернул на себя, одновременно снова складывая свое нехитрое оружие.

Часы выбивания расставленных передо мной Шизой-Спорти кеглей не прошли даром.

Петюня был мертв.

Первым это понял тот, что так и стоял, вжавшись спиной в шкаф и подняв перед собой руки.

— Ты… ты же его кончил, пидор!

Так я как бы за этим и пришел.

Я пожал плечами:

— А потому что нечего говно всякое слушать так громко. У соседей, между прочим, ребенок из-за вас, мудаков, не спит.

— Да что ты за уебок, нахуй, откуда ты взялся?

Ладно, попробуем объяснить на более понятном вам языке, раз уж до вас мой тонкий английский юмор не доходит.

— Я, сука, теперь ваш персональный Бэтмэн, нахуй. Слыхал про Палача? Так вот теперь я вместо него. И буду гасить уродов, вроде вот этого. Нахуй. Понятно?

Спокойно вытер испачканную остатками глаза и кровью дубинку о валяющегося под ногами любителя хватать злых Уборщиков за ноги. Эффектно крутанул ее и сунул в зажим на поясе.

И вышел, закрыв за собой дверь.

Разумеется, перед этим покрыв свою ладонь агрессивной чистящей смесью, которая должна была уничтожить любые отпечатки на дверной ручке. А больше я ничего там и не трогал.

Напротив стояла испуганная женщина неопределенного возраста, на руках которой надрывался грудной младенец. В свободной руке мамаша держала бутылочку с соской, а во рту ее дымилась сигарета. На голове красовалась «чалма», свернутая из грязно-серого полотенца.

— Не надо, — пожурил я ее, делая шаг и вынимая изо рта женщины сигарету, — Ты же мать.

Та так и осталась стоять молча открыв рот. Наверняка слышала выстрелы, и вообще непонятно, какого хрена она выперлась в коридор, да еще и с ребенком.

Я быстро сбежал по лестнице и со всех ног бросился в сторону магазина, где обещал ждать меня таксист. Тот не обманул: его темно-серый «Логан» сиротливо стоял на парковке, а сам водитель прогуливался неподалеку, посасывая сигарету.

— Пиздуем отсюда, живо! — рявкнул я.

Тот не стал задавать лишних вопросов. Отшвырнул в сторону окурок и плюхнулся на водительское сиденье. Дернул рычаг переключения передач, вдавил педаль и обернулся.

«Логан» недовольно кашлянул, дернулся и покатился назад, выезжая с парковки.