Чтение онлайн

— Вообще-то да, так я и считаю, — рявкнул Кайл, скатываясь с кровати и быстро натягивая штаны.

— То есть все твои любовницы были девственницами?

— Да! Нет! Это другое!

— Да ла-а-адно! — Вера завернулась в одеяло, как в кокон, и продолжила: — Ты же приставал ко мне, когда считал, что я пташка! Ты же лапал меня, когда думал, что я сплю с Луи! Тогда тебе не было важно, девственница ли я! С чего вдруг теперь претензии?

— С того, — буркнул красный как рак Кайл. — Я вдруг размечтался, что ты — особенная.

— Серьезно? — Вера вскинула брови. — И чем мне это грозило? Позвал бы замуж?

— Нет, конечно.

— Тогда какого черта ты предъявляешь мне претензии? — крикнула она. — Или у тебя фетиш на девственниц? Пошел вон отсюда, извращенец! И вообще… Я больше не хочу иметь с тобой никакого дела!

— Да ну? — Кайл, кажется, резко успокоился, задумчиво оглядывая взъерошенную и злую девушку. — Уже решила, куда пойдешь? Обратно в бордель?

— За Вальтера вон замуж, — ляпнула Вера, не подумав. — Он звал.

Маг зашипел, как змея, подскочил к ней, хватая за подбородок. Пальцы у него были настолько ледяными, что обжигали.

— Попробуй, и я расскажу ему о сегодняшней ночи.

— Было бы о чем рассказывать, — дерзко ответила Вера, с ужасом понимая, что зеленые глаза Кайла вдруг стали льдисто-голубыми. — Пусти, мне больно!

Он мгновенно отдернул руку. Посмотрел на нее с ненавистью. Поднялся и вышел, с шумом хлопнув дверью.

Надо же, какие мы ценители невинности! Веру дрожала от обиды. Значит, спать с ним — это ей можно. Но она ему не нужна. При этом Вальтеру тоже не отдаст без боя. Похоже… похоже… Кайл — влюбился?

Может ли такое быть? Этот шовинист, этот напыщенный индюк — и влюбиться, в нее, в Веру? Да ладно! Но ведь он ее ревнует. Заботится о ней. Считает ее желанной. Если это не влюбленность, то Вера — японский летчик-испытатель. Одним словом — камикадзе. Потому что теперь она собиралась бедняге нелегкую жизнь. При всей своей идеальности Вера была довольно злопамятным человеком. Что ж, господин Ресскин. Вы первый начали.

Спалось ей сладко. Никаких кошмаров, никаких ознобов больше, и уж тем более — призраков. Просто закрыла глаза на мысли о том, что Кайл к ней явно неравнодушен, а открыла уже от звуков растапливаемого камина. Утро? Не просто утро, а разгар дня.

Заворочалась, потянулась, выползая из-под теплого тяжелого одеяла. Служанка, которая, присев, шевелила дрова в камине, подскочила.

— Вода для умывания уже теплая, — порадовала она Веру. — И платье приготовлено. Госпоже помочь одеться?

Госпожа вообще-то желает принять ванну. Но она уже знает, что это сложно. Нужно греть воду в ведрах, таскать ее. А в борделе, между прочим, был водопровод. Правда, только холодная вода, но в некоторых комнатах были и баки, нагреваемые от камина.

Надо посоветовать Кайлу «изобрести» газовый котел. Газ здесь есть, а отопление, по-прежнему, печное. Водопровод, канализацию и горячий душ. Еще бы знать, как это всё устроено!

Выпроводила служанку, обтерлась тряпочкой, дрожа — воздух еще не нагрелся. Снова позвала служанку, сообразив, что не может сама застегнуть крючки на спине. Барыня какая капризная — то уйди, то приди. Вера сама себя сегодня бесила. Горничная ей еще и волосы уложила — в косу вокруг головы, с лентой и бантом. Так мама в детский садик ее когда-то заплетала.

Спокойно, Вера, бери себя в руки. Ты давно не ребенок. Ты сильная… и независимая, да. То, что произошло между тобой и Кайлом, было явной ошибкой. И кто-то за нее поплатится. Но стыдится тебе нечего. Было и было. Зато гештальт закрыт, эта страница перевернута. Впереди — самостоятельная жизнь. Уйти из его дома после этой ночи станет намного проще. Нет, она никогда не пожалеет, что в ее жизни было самое настоящее волшебство. Будет, что вспомнить. И урок она получила, на самом деле, познавательный.

Поддерживая длинный подол платья потевшими от волнения руками, она спустилась вниз, в гостиную, где сидели уже трое мужчин — Кайл, Этьен и Вальтер. Все трое разные — и внешне, и по возрасту, но все красивые. Что за дурной мир — так много красивых мужчин и совершенно несвободные женщины! Пили чай, завтракали — без нее. Ну правильно, она же — тоже женщина, человек второго сорта.

— Доброе утро, господа, — звучно поприветствовала их Вера. — Вальтер, вы снова здесь?

— Да, мне пришла в голову одна мысль… Решил посоветоваться с господином Ресскином.

— Вот как? Поделитесь?

— Не забивайте свою хорошенькую головку мужскими делами, Вера, — отмахнулся он.

Кайл торжествующе ухмыльнулся, глядя на Веру с превосходством. Спелись, индюки!

— Не буду, — кротко согласилась она, нагло садясь в середину дивана, задевая широким подолом платья и Этьена, и Кайла. Придвинула пустую чашку, налила остывшего чая, потянулась за последним лежащим на большом белом блюде сэндвичем. — Но пара вопросов у меня имеется. Ко всем присутствующим.

Этьен осторожно отодвинулся в сторону, явно опасаясь к ней прикасаться. Как-то нервно схватил со стола колокольчик, зазвенел им и приказал появившемуся лакею:

— Принеси завтрак для госпожи Веры. И чаю горячего. И еще бутербродов.

Тот поспешно собрал со стола пустую посуду. Вера выжидала. Ей нравилось всех смущать. Только когда слуга вышел, она продолжила:

— Вальтер, обыскивали ли комнаты гостей в день убийства?

— Да, конечно.

— И постели?

— Да. Слоник был подложен явно после.

— А багаж гостей проверяли?

— Нет, для этого у нас не было разрешения. Ты… Вы правы, Вера. Скорее всего, убийца забрал орудие преступления с собой. Потом, позже, подкинул.

— Глупо и самонадеянно. Этьен, кто приезжал к тебе после того дня?

— Да кто только ни приезжал, — поморщился Эдленберг. — Очень многие. Всем было любопытно, все жаждали подробностей. Кайл, к примеру, приезжал. Вместе с тобой.

Вальтер посмотрел на Кайла с интересом и открыл свой большой блокнот, который держал в руках.