Чтение онлайн

Выход остается только один — зеркало. Что, если попытаться добыть камень и ускользнуть в другой мир? Хуже место вряд ли найдешь. К тому же есть шанс попасть в свой! Сердце Анны забилось в предвкушении.

Неожиданно край полога отодвинулся и за ним показалась дородная женщина с подносом. Она поставила его на дамский столик.

— Велено тебя накормить.

Только сейчас Анна осознала, что не знает, когда в последний раз ела. На широком блюде лежали куски мяса, овощи, лепешки, стояла пиала с каким-то напитком. От насыщенных запахов рот быстро наполнился слюной.

— Хорошо подкрепись, — обратилась к ней вошедшая. — Сегодня тебе понадобится много сил. Негоже, чтобы ты была вялая и плохо угодила господину.

— Говорите о нем, словно он ваш благодетель, — констатировала Анна.

— Уж тебе ли жаловаться! — всплеснула руками толстуха. — Не в грязи, как другие, возишься. Постель у тебя чистая да мягкая, ешь вволю, одевают богато. А чем ты это заслужила? Только тем, что лицо смазливое да кожа гладкая, молодая. Ты ешь да господину служи хорошо. Порадуешь его — он и к нам милостив будет. Хоть день да без кнута поживем, — поначалу вспылившая, женщина как-то нерадостно вздохнула.

— Значит, все-таки суров, — тихо произнесла Анна.

— Да уж всяко лучше, чем к темному колдуну попасть. Никто еще от него не воротился.

— Колдуну?

— Али не слыхала? С восточных земель он, из-за гор. Дружбу с хозяином водит. Ну, как дружбу… Господин наш хоть и силен, и войско у него большое, а и он темному не перечит. Все лучше миром дела порешать али сторговаться. Хрусталь-то горный — то ж он для него добывает да выменивает.

— И зачем ему тот хрусталь?

— А я почем знаю? Да уж наверняка колдовство свое темное чинить. Такая силища в его руках — ни одно королевство не устояло. По землям что мор идет. Чего не коснется — все в его власти оказывается.

— Что же он господина твоего не трогает?

— А почто ему эти земли — пустынные да не родящие живого? Один камень кругом. Чего ж за них кровь эльфийскую лить?

— Колдун тот — эльф?

— Ну, эльф, эльф. Ты ешь давай, остыло уже все, поди. Заболтала меня! Еще кнута отхвачу. Да уж и придут за тобой скоро.

Хорошо приправленное специями мясо таяло во рту. Кто б подумал, что у этого дикого и грубого народа такие кулинарные пристрастия. Когда еще покормят, было неизвестно, потому есть нужно было плотно, даже несмотря на то, что плохие мысли пытались отбить всякий аппетит. Чем закончится сегодняшний вечер Анна не знала. Единственное, что она для себя твердо решила — выжить. Говорят, ради этого человек готов принять и перетерпеть почти все. Остается надеяться, что выдержки у нее хватит. Главное — выиграть время, чтобы найти камень от зеркала, и попытаться вернуться домой.

То, что день близится к концу, она поняла по тишине, просачивающейся снаружи внутрь. Больше не было слышно окриков солдат и возни прислуги, да и в помещении стало будто бы прохладнее. За перегородкой послышались шаги и в комнате вновь появилась Райя.

— Пойдем, малка. Хозяин ждет.

Тяжелый полог опустился за спиной женщины и она зябко поежилась. Дневную жару с приходом темноты сменил ледяной, как в погребе, воздух. В такт шагам изо рта вырывался легкий пар. Как Анна ни старалась унять бешеный стук сердца, ничего не получалось. Чем больше она твердила себе, что надо потерпеть, тем сильнее на нее накатывала паника. За хороводом мыслей не заметила, как перед носом возник вход в шатер.

— Покои господина. Помни, что я тебе говорила. Что бы ни случилось, будь послушной, — напутствовала ее девушка и легонько подтолкнула внутрь.

Полутьма была наполнена тяжелым ароматом дымящихся благовоний и вина. Помещение внутри, кроме размеров, мало чем отличалось от главного шатра — те же шкуры, устилающие пол, подвешенные к опорам лампады и заставленный едой столик. Но главным, что сразу бросилось в глаза, была огромных размеров кровать. Свет от догорающих в металлических чашах углей играл на теле развалившегося на ней хозяина, делая эту груду мускулов еще более устрашающей. Кожаные доспехи больше не скрывали ни уже поплывший, покрытый липкой испариной, живот, ни огромный шрам от ожога, изуродовавший всю правую сторону груди, где на месте соска осталось лишь впаянное в плоть огнем металлическое кольцо. Мужскую наготу прикрывал небольшой накинутый на бедра кусок ткани.

Орк неспешно встал и лоскут соскользнул к его ногам, открывая перед Анной нечеловеческих размеров орган. Теперь она поняла, почему не все малки могли пережить совокупление. Вряд ли сможет и она, либо останется покалеченной, сейчас женщина это отчетливо осознала. Только помощи ждать неоткуда и умолять о пощаде вряд ли стоит. Предательская дрожь начала настойчиво разливаться по телу.

Хозяин подошел и изучающе медленно обошел Анну. Легко надорвав ткань, он скинул с плеч верх платья. Затем наклонился и медленно, словно специально растягивая пытку, провел языком от ее живота по груди, остановившись на плече.

Анна закрыла глаза, желая, чтобы это все поскорее закончилось. Но хозяин, похоже, только входил во вкус. Встав на колени, он задрал подол и, уткнувшись мордой в пах женщины, шумно втянул ее запах. Бедра инстинктивно отстранились назад, ускользая от грубой чужеродной силы. Почувствовав сопротивление, орк прижал ее плотнее и, прикусив клыками живот, утробно зарычал. От внезапной боли Анна едва не потеряла равновесие, а из глаз брызнули слезы.

— Пожалуйста… Пожалуйста… Мне больно…

Орк разжал клыки и начал зализывать небольшие закровоточившие ранки.

— Не дергайся, малка, и больно не будет.

Его рука полезла к ней между ног, а язык стал спускаться куда не следовало. Пытаясь защититься, Анна прикрыла низ ладонями и крепко сжала бедра, но все ее усилия сметались напором хозяина, лишь подогревая его азарт.

— Твой аромат будет во мне желание, какое я не испытывал ни с одной из дев, — протянул орк, вновь вдохнув ее запах.

Забыв, что обещала себе перетерпеть, она начала открыто сопротивляться, но получила очередной укус. Орк лишь игрался с ней, слегка погрузив клыки в плоть, а она взвыла от боли и из глаз с новой силой потекли слезы.

— Пожалуйста, отпустите меня. Я не хочу… Я отработаю, — взмолилась Анна.

— Не хочешь? — прорычал орк. — Так и не одумалась? Тебе же хуже, — он взвалил женщину на плечо и, поднеся к кровати, скинул на ее край. Перевернув вниз животом, он задрал ей платье и прижался бедрами к ягодицам. Ужас накрыл Анну. Попытки вырваться ни к чему не приводили.

— Никуда ты не уйдешь, прошипел ей на ухо орк, притянув одной рукой за волосы и по-звериному прикусив за холку.

Новая волна боли накрыла женщину. Пытаясь избавиться от клыков, она отпихивала руками его морду, била пальцами по лицу, но сделать что-то, когда хищник у тебя за спиной, было невозможно. Истязания и борьба уже оставили ее без сил, когда затуманенный слезами взор остановился на выпавшей из прически на простыню шпильке. Оперевшись на локоть, Анна сгребла ее в кулак и, замахнувшись себе за голову, вонзила в чужую плоть.

Тишину лагеря огласил хриплый орочий вопль. Почувствовав, что ее больше не держат, Анна вынырнула из-под мучителя и, перекатившись на другу сторону кровати, сползла на пол. Меж огромных пальцев, прикрывающих глаз орка, торчал наконечник шпильки с ракушкой, тонкой дорожкой сочилась кровь, стекая по локтю на пол. Когда первый шок от боли прошел, орк схватился за украшение и, рыча, медленно вытянул его из глазницы. Скомкав тряпку, которая до этого прикрывала его наготу, он прижал ее к ране и угрожающе направился в сторону женщины.