Чтение онлайн

— Тебя я отлично слышу.

baghunter: «Вкусно?»

Я: «Да. Завидуешь?»

В нашей переписке последнее фото — кофейная чашка с нарисованным на пене сердечком, которую я держу в руке.

Я веду плечом, сбрасывая с него джинсовую куртку, потому что затылок припекает солнце.

baghunter: «Жестко».

Я: «А если честно?»

baghunter: «Я завидую этой чашке».

Я: «Это правильный ответ».

baghunter: «Ура».

baghunter: «Как твой день?»

Я: «Делаю вид, что работаю. А ты?»

Павел присылает фото собственного кофе — в его руке бумажный стакан, а фон — монитор ноутбука и какое-то помещение, в котором он не один. С ним еще несколько человек, рабочая встреча.

Я: «Скучно?»

baghunter: «Теперь лучше».

На этот намек я отвечаю сердечком.

Я: «Ты очень быстро учишься».

baghunter: «Стараюсь».

Я: «У меня появилось любимое число. Сказать?»

baghunter: «Я теперь не усну».

Я: «69».

Пауза, которая следует за моим сообщением, занимает всего десять секунд, но мне дорога каждая из них!

baghunter: «Переигран и уничтожен».

Я: «Всегда пожалуйста».

— Я, в принципе, могу тихо свалить, — слышу я суховатые слова. — Если мешаю.

Я поднимаю взгляд на Тимура, но я все еще там, внутри переписки.

Греюсь о каждое слово, о каждую букву. На моем лице улыбка, но она настолько чертовски личная, что я опускаю подбородок с целью спрятать ее от посторонних глаз. Даже от Тимура. Ведь каждая моя эмоция… принадлежит человеку на том конце провода. Он их источник. В том числе тепла, которое заполнило тело. Щекотки, от которой волоски на моем затылке поднимаются, словно этот человек меня касается. Физически и своими словами…

— Пиздец как все запущено, — реагирует на мой ступор Тим. — Хотя, с другой стороны… ну, это круто. Меня лет в пятнадцать последний раз так уносило, с тех пор нет…

— Сочувствую… — все-таки произношу я.

— Да я уже и сам… завидую, — вздыхает друг и забрасывает сцепленные в замок руки за голову.

Из-за того, что он вытянул ноги и немного развалился на стуле, мне свои пришлось поджать, ведь наш столик очень маленький.

Тим смотрит в сторону через солнечные очки. Его прическа — все еще пепельный ежик, и сегодня он сочетает его с гавайской рубашкой, поверх которой на нем легкий пиджак.

Он создает настроение, это стопроцентно.

— Так что? — возвращает Тим мне свое внимание. — Мы тебя теряем?

Несмотря на то, что я поборола улыбку, на землю все еще не вернулась. Возможно, лишь только одной ногой, а этого мало. Я просто… смотрю на друга, молча соглашаясь…

— Ты, кстати, классно выглядишь, — продолжает он. — Как будто тебя регулярно трахают.

Я бросаю в него скомканную салфетку. Тим уворачивается, скрипнув стулом.

— Да я просто завидую, — поясняет он. — И ты правда классно выглядишь.

— Буду знать.

Я снова веду плечом, потому что ощущение прикосновения так и щекочет затылок. Оно новое. Я полна новых ощущений, словно меня упаковали в теплую вату. Но под этой ватой все тот же мандраж. Все то же… нетерпение. Чертово-чертово нетерпение и горение…

— Всегда пожалуйста, — снова вздыхает Тим. — Не забудь пригласить меня на свадьбу. И на крестины.

Из меня вырывается смешок, прежде всего потому, что друг даже примерно не представляет, насколько далеки от подобных вещей мои желания. Мои желания имеют перспективу максимум на день, и они ужасно эгоистичные.

— Ты первый в списке, не волнуйся, — наконец-то озвучиваю я хоть что-то.

Тим скептически хмыкает.

— Я собираю полезные лайфхаки, — сообщает он, сменив тему. — Есть что-нибудь на примете?

Я смотрю на свои руки, зажатые между колен вместе с телефоном. Он нагрелся от постоянного юзанья. Сквозь этот дискомфорт я произношу:

— Отдыхать от экрана.

— Каким образом?

— Выключать телефон на пару часов в день, — поясняю я.

Тим качает головой.

— Серьезно? Ты сама пробовала?

Закусив губу, я смотрю в сторону и говорю:

— Да.

Буквально позавчера мой «отдых от экрана» продлился почти пять часов…

— Вот это экстрим, — присвистывает Тимур. — Окей, возьму на заметку…

Я выпиваю свой кофе тремя глотками. Чашка Тима уже давно пуста. Он оплатил наш счет и начинает собираться, как только я опускаю пустую чашку на блюдце. Я тоже собираюсь — просовываю руки в рукава куртки, ведь в тени далеко не так жарко.

Мы спускаемся с веранды летнего кафе, и Тим обнимает мои плечи. Громко чмокает мою макушку, говоря:

— Пока. Если надоест трахаться, пиши…

— Уходи, — я пихаю его в грудь со смехом.

Он шагает спиной вперед, приложив два пальца к виску. Через секунду я смотрю на его спину и сворачиваю в противоположном направлении.

Я действительно забросила работу сегодня, но у меня нет ничего горящего. Да и вообще, в последнюю неделю я скорее собираю информацию и идеи. Просто перерываю интернет, в том числе и для Тимура. Он планирует фотосессию для своего проекта, ему тоже нужны идеи.

И сегодня, и вчера я спотыкаюсь о спящее окно нашей переписки с Альбиной. Спотыкаюсь очень сильно. Это саднящее чувство дискомфорта, которое постоянно о себе напоминает, ведь наше взаимное молчание меня коробит.

Мы никогда не ссорились. Даже в период совместной работы удавалось избежать ссор. Теперь же я не знаю, что в действительности происходит.

Это взаимная претензия?!

Сама я просто не созрела до того, чтобы сложить буквы в сообщение. Какое угодно, начиная с «привет», заканчивая вопросом о том, как прошел ее вечер в незнакомой компании.