Чтение онлайн

И я хочу поджать на ногах пальцы от того, что парень напротив, кажется, готов взять ее на себя.

Он смотрит так, словно из головы у него вылетело множество вопросов, а не только тот, который был на повестке.

Обстановка этого «концептуального холодильника» больше не кажется мне неподходящей. На нее вообще плевать.

— А знаешь, — говорю я, хватая со стола свой телефон. — Мне понравилась идея…

Я, не читая, смахиваю с экрана сообщение.

Оно из соцсети, от очень хорошо знакомого адресата.

Я смахиваю его, боясь обжечься о слова, если выхвачу из текста хоть одно.

Я и свою проблему решила тоже! С тех пор… как наставила лайков сидящему напротив парню, я не вспоминаю о другом. О том, который стал моей болезнью длиной вот уже в семь лет! Наконец-то мое сердце захлебывается так, что я временами забываю, как дышать…

Я быстро выключаю телефон, показывая Багхантеру черный экран.

— Не стоит, — отвечает он все так же хрипловато.

Багхантер разворачивает ко мне картонную табличку, которую успел покрутить в руках с тех пор, как мы сели за стол.

— Это, кажется, твоя тема, — говорит он, кивнув на подставку.

Я вижу скидки и акции на сегодня, и самая популярная обозначена крупными повторяющимися цифрами двадцать.

Двадцать и двадцать процентов.

Да, это моя тема.

Взметнув на парня взгляд, я кусаю губу.

Я не подозревала его в проблемах с памятью, но все равно испытываю прилив в животе от его наблюдательности.

— Я возьму ее с собой… — говорю я, отправляя картонку в сумку.

— Это меню… — кивает Багхантер на второй буклет. — Им можно пользоваться. Можно… заказ сделать… — объясняет он с легкой иронией.

Я действительно забыла о том, что мы вроде как в кафе, а здесь принято делать заказы.

— Я не знаю, чего хочу, — смотрю я на парня.

Он действительно теперь здесь. Мой… до капли. Его внимание. Глубина взгляда, засевшая в нем искра…

Я добилась, чего хотела.

— И что в этом случае нужно делать? — спрашивает Багхантер.

— Обычно в этом случае я заказываю чай.

— Я обычно никогда его не заказываю, — чуть расслабленно говорит он. — Мне нужны подсказки.

— Цвет — зеленый, — обозначаю я.

— Такой бывает? — насмешливо интересуется парень.

Я веду плечом, произнося:

— Вот ты и прокачался…

Я вижу его улыбку. Легкий на нее намек. И взгляд исподлобья…

Его локти снова лежат на столе. Он подался вперед, слегка загородив мне широкими плечами обзор. Но я и не пытаюсь смотреть куда-то, кроме как в его лицо, и, сколько бы мыслей я ни вышибла из его головы своей дерзостью минуту назад, я все еще не в состоянии предугадать ни единого его действия.

Ведь он другой.

Так непохожий на мою «семилетнюю болезнь»! И возможно, я выбрала его именно поэтому. Корыстно, целенаправленно. Как товар в магазине. Собираясь с его помощью свою болезнь окончательно вылечить, и пока это… получается отлично…

Я бы должна чувствовать себя сукой, и я... почти чувствую...

Наши напитки приносят одновременно.

Мой чай и айс-кофе для него.

Синхронность проявляется еще и в том, что ни я, ни Багхантер к напиткам не притрагиваемся.

Я уверена, мой собеседник не может чувствовать себя так же, как я, — гореть от эмоций до корней волос, но он тоже к своему стакану равнодушен.

Мы смотрим друг на друга, как будто зацепились крючками. К черту чай.

У меня на языке крутится множество вопросов, которые принято задавать или которые задавать логично, когда видишь человека второй раз в жизни, но они не кажутся мне скучными, когда дело касается этого парня.

И я решаю для себя, что совершенно плевать, в каком порядке их задавать, ведь это больше не «собеседование». Это контакт, который поглотил все внимание.

— Ты часто здесь бываешь? — спрашиваю я, отвечая на скользящий по моему лицу взгляд.

— Регулярно. Здесь хороший интернет, можно поработать.

— А чем ты занимаешься, когда НЕ работаешь?

— Хочешь узнать, какое у меня хобби? — спрашивает он, словно высмеивая это слово.

Я реагирую вызовом, потому что еще не научилась различать оттенки его эмоций. Насмешка это или обычное веселье, я слишком взбудоражена, чтобы различить.

— Да, хочу, — говорю я. — Вообще-то, когда девушка спрашивает у парня про хобби, она хочет узнать, не гоняет ли он все выходные напролет порно, как озабоченный придурок. Потому что если да, то мне в другую сторону.

Мой ответ его забавляет, и этот процесс отражается на его лице живой мимикой. В том числе еще одной короткой улыбкой, за которой я наблюдаю с тонкой змейкой мурашек под кожей.

— Я смотрю порно, — сообщает Багхантер. — И дрочу. Иногда. Но это не мое хобби.

Эта грубая интимность вызывает волнение в моем воображении. И я узнаю о себе что-то новое: я, кажется, фанатка грубой интимности. Это любовь с первого взгляда, ведь до него я с ней была не знакома.

Я просто в восторге от собственной испорченности!

— Теперь осталось подтвердить, что у тебя нет порноколлекции, — говорю я.

Пауза — и ответ в тон глупости моего вопроса:

— Я никогда ничего не коллекционировал.

Я больше не могу сдерживать веселье.

Запрокинув голову, я смеюсь. С волшебным трепетом в разных местах, когда вижу наблюдающий за мной взгляд.

Багхантер разделяет мое веселье, но остается зрителем. Я уже поняла, что проявление эмоций — не его хобби, но от этого он не перестает быть источником энергии.

Мне нравится…

— Так… хобби у тебя все-таки есть? — интересуюсь я, «вернувшись».

Багхантер не торопится с ответом, но не потому, что копается в памяти, просто такова скорость его общения. Это… я успела уяснить.

— Я могу собрать какую-нибудь мелочевку, — говорит он. — Компьютер или велосипед. Это помогает разгрузить голову.

— Все-таки ты можешь помочь выбрать компьютер, — резюмирую я.

Словно нехотя, но с ухмылкой, он говорит:

— Да.

Я стряхиваю с рукава невидимую пушинку.