Чтение онлайн

Он отстранился от меня.

– В чем?

– Во всем. И большую часть времени это работает на тебя. Но ты не можешь заставить

делать людей что-то в реальной жизни, как можешь сделать это на страницах. Вот почему

ты стал писателем в первую очередь, - я пожала плечами. – Так что теперь стало более

очевидным, что ты не можешь контролировать то, что не можешь контролировать.

– Глубокомысленно, - сказал он, надломив улыбку в первый раз за день. – Ты права. В

любом случае, у нас много работы, на которой нужно сосредоточиться. Это важнее. Но у

меня есть кое-кто, кто проследит за всем этим. Если он появится или она поедет к нему, я

узнаю об этом.

Макс рассказал мне, что позвонил Карлу, подумав, что как адвокат, он может свести его с

хорошим частным детективом, и к тому времени, как Макс добрался до дома, дело пошло

в работу.

– А потом что? – спросила я.
– Что ты собираешься делать, если это произойдет?

Он раздумывал мгновение.

– Не знаю. Может, ничего.

Это звучало для меня, как единственный правильный выбор.

13.

Меньше чем за месяц до начала съемок, однажды утром я сидела в своем кабинете, когда

позвонил Джим Теймс.

– Оливия, слышал, что все хорошо развивается.

– Намного лучше, - ответила я. – Великолепно. Все идет великолепно.

– Это…великолепно.

– Хочешь поговорить с Максом? – спросила я. – Я знаю, что он едет в своей машине, так

что должен ответить.

– Нет необходимости. Я знаю, что он чертовски занят. Я хотел связаться с тобой, чтобы

дать знать, что отправил кое-что к вам в офис.

– О, правда? Двух- или четырехдверную? – я закрыла браузер своего ноутбука. Я

насмотрелась достаточно для одного дня сайта Переза Хилтона (американский

телеведущий, журналист и блоггер)

Джим усмехнулся.

– Точно. Как будто машина сможет впечатлить тебя, в твоей высококлассной жизни.

Я проигнорировала его небольшой подкол.

– Что ты отправил, Джим?

– Свою крестницу.

Я закрыла глаза, понимая к чему все идет.

– Она великолепна, - сказал он. – И ей не нужна большая роль. Просто что-то с небольшим

текстом. Это даже не выйдет за рамки бюджета. Я заплачу ей.

Я откинулась в своем кресле и продолжала держать глаза закрытыми, сосредоточившись

на дыхании. Я должна была знать, что будет какая-то уловка в ее предложении полностью

финансировать фильм. Макс тоже должен был знать. Но ни один из нас даже не

предполагал этого.

Джим продолжил:

– Думаю, она будет хороша в сцене с администратором гостиницы. В той сцене, где

главный герой выходит из себя в коридоре, а администратор говорит ему успокоится, она

прекрасно написана. Диалог просто блестящий.

– Я поговорю с Максом, - ответила я ему.

Минуту спустя, я говорила с Максом по телефону.

Когда рассказала ему о звонке, который только что был с Джимом, Макс сказал:

– Будет сделано.

– Что?

– Мы сделаем это, никаких проблем.

– Макс, мы уже взяли кое-кого на эту роль.

Он сказал, что это правда, но мы можем предложить другую, какую-то небольшую роль

для этой актрисы, и освободить место для крестницы Джима.

– Это будет легко. Такое постоянно происходит.

– Ага, ты кажешься удивленным.

– Я, немного, - сказал Макс. – Я удивлен, что он так долго ждал. Должно быть до

последней минуты. Но я знал, что он захочет какую-то подобную услугу. Не такое уж и

большое дело, Лив. Мы справимся.

Вся ситуация заставила меня почувствовать себя, будто я все еще немного новичок, но по

крайней мере теперь я узнала, что такие услуги были настоящей оплатой в Голливуде.

***

Мы начали съемки нового фильма два месяца спустя. Впервые у меня появилась

возможность увидеть Макса на съемочной площадке. Поскольку я видела, как он

кропотливо относился к крошечным деталям, пока писал сценарий, то была удивлена

тому, как он позволял актерам идти в другом направлении.

Иногда на протяжении сцены, химия между актерами могла бы быть пригодна для

изучения случая более глубоко, и Макс поощрял это, - подпитывая их строчками

написанными налету, позволяя им немного импровизировать, но не слишком, поскольку

был страстно предан основной направленности сюжета.

Я не особо мешала, за исключением одного предложения Максу, когда постельная сцена

была какой-то необоснованной.

– Никогда бы не подумал, что ты ханжа, Лив.

Я искоса на него посмотрела.

– Ты знаешь, что нет. Сцена слишком хороша для этого. То, что они говорят друг другу –

на самом деле, поворотный момент, и, я думаю, что он будет потерян для большинства

парней, которые отвлекутся на ее сиськи.

– А женщины не отвлекутся на его наготу? – возразил он.

Я снова посмотрела на актеров, которые лежали в кровати, обнаженные. Она – на спине, а

он – на боку, их ноги переплетены.

Я сказала:

– Между нами, его задница не настолько хороша. Но, да, это может быть достаточно

отвлекающим. Прикрой их.

Макс посмотрел на меня.

– Мне нравится твоя прямота, - он наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, и

прошептал. – Считай себя оттраханой позже.

– Моя прямота, да? Может быть, я должна быть режиссером?

– Не забегай вперед.

Я потянулась и положила свою руку на его задницу, сильно сжимая.

– Вот эта – замечательная задница.

***

Несколько недель спустя, я стояла за шведским столом на съемочной площадке, с чашкой

кофе в руках и пыталась решить, что я хотела бы больше – бублик или пончик.

Как из ниоткуда, запахи еды и напитков внезапно стали не такими уж замечательными.

Мое горло закололо, я почувствовала, как мое тело вспыхнуло от жара, и мгновенно