Чтение онлайн

Несмотря на мой ответ и то, что я сдала кровь на анализ, чтобы они смогли проверить ее на что-то, под чем, как они подразумевают, я могла быть, я хочу кричать им, сказать, что это шок заставил меня действовать таким образом.

Это был несчастный случай, но все видят это по-другому. Они видят только старшеклассницу, одетую в темную толстовку и шапочку, с размазанной косметикой на лице и с его кровью на руках. Должно быть, я была пьяна, да?

Я снова и снова рассказываю о том, как все произошло, до тех пор, пока не начинаю плакать от отчаяния.

— Я не знаю!

Они тратят мое время. Я должна быть в Харборвью, с Чейзом. Что, если он там совсем один?

Один из двух офицеров, который повыше ростом, встает и протягивает мне визитку, достав ее из своего кармана.

— Я свяжусь с вами завтра, мисс Хэдли. Можете позвонить своим родителям, чтобы они забрали вас?

— Мои родители погибли, — отвечаю я незамедлительно и ледяным тоном, будто они должны были об этом знать. — Мой брат Эмери — мой опекун, но прямо сейчас он работает за городом.

— Есть кто-то еще, кому вы можете позвонить? Вашу машину отогнали на штрафстоянку.

Скорее всего, мне выпишут штраф, или они могут даже лишить меня прав после такого, но мне все равно. Я вообще больше не хочу садиться за руль. Я хочу удостовериться, что Чейз жив, что он поправится. Я так сильно этого хочу, что прямо сейчас забываю обо всем остальном, обо всех последствиях.

У меня все еще есть мобильный, поэтому, как только офицеры оставляют меня одну в лобби травмпункта, я отыскиваю его, чтобы позвонить Мелинде. Сейчас чуть больше трех часов утра, и я слишком напугана, чтобы звонить Риз. Она для меня больше как родитель, и последнее, что мне сейчас нужно, это лекция. Я только хочу поехать к Чейзу и убедиться, что он в порядке. Мне нужно попасть к нему.

Прежде чем набрать ее номер, я замечаю два пропущенных звонка от Дина. Проведя пальцем по экрану, я отклоняю уведомление и нажимаю на контакт Мелинды. Делать это немного сложно с рукой в гипсе и на перевязи. Они сказали, что в понедельник мне нужно будет посетить хирурга-ортопеда, чтобы он посмотрел, нужна ли мне операция или будет достаточно просто гипса.

— Это должно быть что-то хорошее, сучка, — простонав, говорит Мелинда в трубку.

— Мел? — говорю я, когда она отвечает на звонок. — Мне нужно, чтобы ты приехала и забрала меня.

— Почему? — ее обычно бодрый голос сейчас унылый и тихий.

— Я в больнице, — мой голос начинает дрожать от этих слов, я понимаю, что как только закончу разговор, сразу расплачусь. — Я попала в автомобильную аварию.

— Что? — я слышу шорох на заднем фоне, как у нее перехватывает дыхание, когда она осмысливает то, что я сказала. — Черт возьми… черт… ты это серьезно?

Я выдыхаю, хотя даже не понимала, что задержала дыхание.

— Да, серьезно. Ты сможешь подъехать? Они отбуксировали мою машину… Она полностью разбита.

Я вспоминаю звуки аварии, столкновения металла с металлом, звуки, которые он издавал, когда его рвало… Все это повторяется в моей голове ужасным бесконечным циклом.

— Господи … ох, Боже мой… Конечно! Я могу… но ты же в порядке, да?

Я хочу, чтобы она перестала болтать и села за руль.

— Я в порядке. Ты можешь просто приехать и забрать меня? Я в больнице Грейс Харбор Коммьюнити.

— Хорошо. Да, я уже выезжаю.

— Спасибо, — не успеваю я нажать кнопку «отбой», как тут же начинаю плакать.

— Я был т-т-трусом, — его голос звучит подавленно и сокрушенно. — Я должен… сказать тебе. Для меня это не было… к-к-концом.

Что я наделала? Что, если Чейз не в порядке? У меня разрывается сердце от мыслей о том, что он может быть не в порядке. То, как он выглядел, когда они заносили его в вертолет, кровь… это все напоминает мне о том, насколько серьезно он был ранен, в отличие от меня.

Он не может умереть, только не Чейз.

— Я л-л-любл-лю… т… т-тебя.

Я полюбила Чейза еще до того, как поняла, что значит любить, до того, как узнала, что можно разбить кому-то сердце. До того, как поняла ее смысл и разрушительные последствия, к которым она может привести.

И, если он умер… я не могу допустить даже мысли об этом. Я не хочу это делать. Когда я сажусь на лавочку снаружи больницы, мой взгляд останавливается на луже у моих ног, и я вспоминаю его слова, мою надежду.

— Д-д-давай… притворимся… что… прошлого года… — он удерживает свой взгляд на мне, когда ложится обратно на спину, его дыхание становится еще более учащенным, — н-н-никогда не б-б-было.

Я не могу забыть его лицо, окровавленное и такое бледное.

Мое сердце сжимается от боли, от затяжного отчаяния и тоски, вот только ничто не может прогнать ее прочь. Это воспоминание навсегда врезалось мне в память. Оно никогда не исчезнет. Уже нет.

Мелинде требуется тридцать минут, чтобы приехать за мной в Абердин.

— Можешь отвезти меня в Харборвью? — спрашиваю я, садясь в машину.

Она выглядит слегка растерянной. Она хмурит брови, а потом смотрит на мою руку.

— Конечно… но, что случилось? Ты врезалась в оленя или еще во что-то?

Я чувствую, как к горлу подступает желчь, пустой желудок скручивает спазм.

— Чейз… — из меня вырывается всхлип, который я больше не могу сдерживать.

— Я л-л-любл-лю… т… т-тебя, — его надломленный голос, воспоминания о его словах сжимают мое сердце.

— Чейз? Что не так с Чейзом?

— Я врезалась в него.

— Ладно…

Мел и понятия не имеет. Она даже не понимает, что произошло. Она не знает, кто он для меня. Он единственный.

— Ну, он в порядке?

Чтобы ответить на ее вопрос, у меня уходит десять минут. Десять минут я пытаюсь ответить ей, но каждый раз при этом начинаю рыдать.

— Нет, — наконец, отвечаю я. — Он не в порядке.

Оставшуюся часть пути она не настаивает на подробностях, потому что чем больше она пытается, тем сильнее я плачу.

У нас занимает два часа, чтобы добраться до Харборвью. Два мучительно длинных часа, в течение которых я пытаюсь осмыслить произошедшее и последние слова, которые сказал мне Чейз.