Чтение онлайн

Нет, это был явно не Профессор! Мой старый приятель просто не успел бы с нашей последней встречи отпустить такую роскошную бороду. Более того, он наверняка узнал бы меня, поскольку я был уверен, что ничуть не изменился с тех пор.

Незнакомец рассеянно поглядел на меня и вежливо кивнул головой в ответ на слова леди Мюриэл: «Позвольте представить вам господина…» В его словах: «Весьма польщен знакомством с вами, сэр!», произнесенных с сильным немецким акцентом, я не заметил ни следа тех тем, которые мы затрагивали при прошлой встрече.

Леди Мюриэл проводила нас в знакомый тенистый уголок, где уже все было приготовлено для вечернего чаепития. Пока она сбегала проведать Графа, мы уселись на плетеные стулья, и Господин принялся рассматривать работу леди Мюриэл, поблескивая своими огромными очками (делавшими его на удивление похожим на Профессора).

— Подрубка носовых платочков? — удивленно заметил он. — Так вот, оказывается, чем занимаются английские аристократки!

— Это одно из тех занятий, — отвечал я, — которые мужчина никогда не сможет отнять у женщины!

В этот момент леди Мюриэл вернулась вместе с отцом, и после обмена приветствиями и любезностями с Господином мы все уютно устроились за столом. Гость пожелал вернуться к удивившей его теме носовых платочков.

— А вы слышали о Кошельке Счастливчика Фортуната, миледи? Ах, вот как! Ну, тогда вы, быть может, будете удивлены, услышав, что всего из трех таких платочков вы очень легко и скоро можете сшить Кошелек Счастливчика?

— Неужели это правда? — с волнением отвечала леди Мюриэл, схватив несколько платочков и нетерпеливо вдевая нитку в иголку. — Прошу вас, Господин, скажите же, как это сделать! Я мигом сошью его, не успеете и глотка чая проглотить!

— Прежде всего, — проговорил Господин, взяв два платочка, сложив их друг с другом и держа за два уголка, — вам надо сшить эти верхние уголки: правый с правым, а левый с левым. Зазор между ними и будет внутренностью Кошелька.

Несколько быстрых стежков — и готово.

— И что же, если я сошью три других стороны, — спросила леди, — кошелек готов?

— Не совсем так, миледи. Сперва надо сшить нижние кромки — ах нет, не так! (Леди принялась поспешно сшивать их.) Переверните платки и сшейте правый нижний угол одного из них с левым нижним углом другого, а затем сшейте всю кромку, что называется, шиворот-навыворот.

— Поняла! — отвечала леди Мюриэл, послушно следуя его указаниям. — Боже, какой вывернутый, неудобный и некрасивый кошелек у меня получился! Зато мораль просто замечательная! Несметное богатство можно раздобыть, только если делать все шиворот-навыворот! И как же нам теперь соединить эти таинственные — я хотела сказать «таинственное» — отверстия? (С этими словами она вывернула кошелек на лицо.) Да, оказывается, здесь всего одно отверстие. А я поначалу подумала, что их два.

— А доводилось ли вам видеть фокус с Бумажным Кольцом? — спросил Господин, обращаясь к Графу. — Для него нужно взять полоску бумаги и соединить ее концы, вывернув их наоборот, то есть соединить лицевую сторону одного конца и изнанку другого.

— Да, я видел его не далее как вчера, — отвечал Граф. — Мюриэл, дитя мое, ты, кажется, показывала этот фокус за чаем, чтобы развеселить детей?

— Я отлично знаю этот фокус, — отвечала леди Мюриэл. — У кольца, оказывается, только одна сторона и одна кромка. Это ужасно таинственно!

— То же самое и кошелек, верно? — спросил я. — У него ведь внешняя поверхность одной стороны соединена с внутренней поверхностью другой, не так ли?

— Так и есть! — воскликнула леди. — Только это уже не вполне кошелек. А как же им пользоваться, Господин, а?

— А вот как! — с пафосом отвечал пожилой джентльмен, беря кошелек у нее из рук и привстав от волнения, чтобы получше все объяснить. — Кромка отверстия состоит из четырех кромок. Вы можете пересчитать их, двигаясь по кругу. Вот правая кромка одного платка, вот — левая другого, вот — левая одного и, наконец, правая другого!

— Вам легко говорить! — задумчиво пробормотала леди Мюриэл, подперев рукой головку и не спуская глаз с почтенного джентльмена. — И при всем при том у кошелька всего одно отверстие.

Вид у нее был озадаченный, как у ребенка, которому никак не удается решить трудную задачу. А Господин в эту минуту настолько напоминал старого Профессора, что я не мог сдержать удивления. «Феерическое» чувство во мне вспыхнуло с новой силой, и я едва удержался, чтобы не сказать: «Поняла, Сильвия?» Однако я взял себя в руки, предоставив сну (если это и впрямь был сон) продолжить свою историю.

— Ну вот. У третьего платка, — продолжал Господин, — тоже четыре кромки, которые можно просчитать по кругу. Теперь вам надо соединить четыре эти кромки с четырьмя кромками отверстия. Вот и все. Кошелек готов. Его наружная сторона…

— Поняла! — взволнованно прервала его леди Мюриэл. — Его наружная сторона — это как бы продолжение внутренней! Однако давайте сделаем паузу. Я дошью его после чая. — С этими словами она отложила в сторону кошелек и налила чашку чая. — А почему вы называете его Кошельком Счастливчика, Господин?

Почтенный джентльмен наклонился к ней, улыбаясь точно так же, как это обычно делал Профессор:

— Видите ли, дитя мое — то есть я хотел сказать «миледи». Все то, что внутри Кошелька, одновременно и вне его, а все, что вне, — одновременно и внутри. Таким образом, в этом крохотном Кошелечке заключены все сокровища мира!

Его ученица захлопала в ладоши, не в силах скрыть бурной радости.

— Я непременно пришью третий платок, в свое время, разумеется, — проговорила она. — А сейчас мне не хочется тратить ваше время на такие пустяки. Расскажите нам, пожалуйста, что-нибудь занимательное! — В этот момент ее лицо и голос стали совсем как у Сильвии, я не смог удержаться, чтобы не оглядеться вокруг: не видно ли поблизости и Бруно!

Господин принялся рассеянно помешивать ложечкой сахар в чашке, размышляя, что бы такое вспомнить:

— Что-нибудь занимательное, вроде Кошелька Счастливчика? Что ж, это принесет вам несметные богатства, которые вам и не снились, но не сможет дать ни секунды Времени!

Наступила непродолжительная пауза, и леди Мюриэл воспользовалась ею весьма прозаическим образом, налив гостям чаю.

— Что делают в вашей стране, — неожиданно спросил Господин, — с понапрасну истраченным Временем?

Леди Мюриэл изумленно поглядела на него.

— Бог весть! — прошептала она сама с собой. — Мы знаем, что оно уходит, вот и все!