Чтение онлайн

Я сжал руль, не зная, что ответить. Она была права — деньги были только частью. Но как объяснить ей про Аню? Про долг, который я не мог выплатить? Про Шрама, который теперь требовал от меня невозможного? Про то, что её жизнь, её борьба, её чертовски упрямый характер заставляли меня чувствовать себя живым впервые за годы?

— Потому что я знаю, каково это, — наконец сказал я, не отрывая глаз от дороги. — Когда весь мир против тебя. Когда ты не знаешь, кому верить. И когда единственный способ выжить — это продолжать драться.

Она молчала, но я чувствовал, что она смотрит на меня. Наконец, она тихо сказала:

— Ты не так прост, телохранитель.

— А ты не так проста, принцесса, — ответил я, и уголки моих губ невольно дрогнули.

Мы подъехали к её дому, и я снова вышел первым, проверяя окрестности. Всё было тихо, но я не расслаблялся. Поднявшись в квартиру, я обошёл все комнаты, проверил окна, замки, сигнализацию. София наблюдала за мной, стоя в дверях гостиной, всё ещё в моём пиджаке.

— Ты всегда такой? — спросила она, когда я закончил.

— Какой? — я повернулся к ней.

— Такой… серьёзный. Как будто ждёшь, что кто-то выскочит из-за угла с ножом.

— Потому что так и есть, — ответил я, глядя ей в глаза. — И пока я рядом, никто не выскочит. Но ты должна мне помочь. Если что-то знаешь, говори. Если что-то подозреваешь, говори. Мы теперь команда, София. И я не хочу, чтобы ты играла в свои игры в одиночку.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, и я увидел в её глазах что-то новое. Не дерзость, не насмешку, а… доверие? Или я просто хотел это видеть?

— Хорошо, — наконец сказала она. — Но это работает в обе стороны. Если ты что-то скрываешь, Роман, я узнаю. И поверь, тебе не понравится, когда я злюсь.

Я невольно улыбнулся.

— Договорились, принцесса.

Она ушла в свою спальню, а я остался в гостиной, глядя на город за окном. Где-то там были ответы. И я собирался их найти. Ради неё. И, возможно, ради себя. Но звонок от Шрама всё ещё звучал в моей голове, как набат. Три дня. Документы. Аня. София. Я должен был найти выход, но каждый вариант казался хуже предыдущего. Если я отдам Шраму документы, я предам Софию. Если не отдам — он доберётся до Ани. И до неё. Я сжал кулаки, чувствуя, как стены этой роскошной квартиры сжимаются вокруг меня. Впервые за долгое время я не знал, что делать.

Я сидел в гостиной Софии, в темноте, освещённой только тусклым светом уличных фонарей, проникающим через огромные окна. Она давно ушла спать, а я всё ещё прокручивал в голове звонок от Шрама. Его голос, как ржавый гвоздь, врезался в память, и каждое слово било по нервам. Три дня. Документы. Аня. София. Я чувствовал, как ловушка затягивается, и впервые за долгое время не видел выхода.

Я достал телефон и набрал Малого. Он ответил после второго гудка, его голос был сонным, но настороженным.

— Ром, ты знаешь, сколько времени? — пробурчал он.

— Знаю, — ответил я, глядя на тёмный силуэт города за окном. — Шрам звонил.

На том конце линии повисла тишина, а потом Малой выругался так, что я почти улыбнулся. Почти.

— Что он хочет? — спросил он, уже полностью проснувшись.

— Документы. Из сейфа Софии. Говорит, там что-то, что ему нужно. И если я не принесу, он доберётся до Ани. И до неё.

Малой присвистнул. — Серьёзно влип, брат. Ты хоть знаешь, что в этом сейфе?

— Понятия не имею, — я потёр виски, чувствуя, как головная боль начинает пульсировать. — Но Шрам не из тех, кто блефует. Если он знает про сейф, значит, там что-то важное. И я должен выяснить, что.

— Слушай, Ром, — голос Малого стал серьёзнее. — Ты не можешь просто вломиться в её сейф. Это не только предательство, это самоубийство. Если она узнает, ты потеряешь её доверие. А если там что-то, что может навредить ей или её семье… ты вообще понимаешь, во что ввязываешься?

— Понимаю, — огрызнулся я. — Но у меня нет выбора. Если я не сделаю, что он хочет, он начнёт с Ани. А я не могу этого допустить.

Малой замолчал, и я знал, что он думает о том же, о чём и я. Аня. Моя бывшая. Женщина, которая когда-то была всем моим миром, пока я не разрушил всё, что между нами было. Она ушла, но я всё ещё чувствовал за неё ответственность. Если Шрам доберётся до неё, это будет на моей совести. Но София… Она тоже была под моей защитой. И, чёрт возьми, она начинала значить для меня больше, чем просто работа.

— Ладно, — наконец сказал Малой. — Я попробую что-нибудь разузнать про этот сейф. Может, найду, что там может быть. Но тебе нужно поговорить с Софией. Если она знает, что в сейфе, это может всё упростить. Или усложнить. Но скрывать от неё — плохая идея.

— Я подумаю, — ответил я, хотя знал, что не готов к этому разговору. Как объяснить Софии, что человек из моего прошлого угрожает её жизни? Как сказать, что я, возможно, стану тем, кто её предаст? И как, чёрт возьми, упомянуть Аню, не открывая старые раны, которые до сих пор кровоточили?

Я закончил разговор и откинулся на диване, глядя в потолок. Тишина квартиры давила, как будто стены знали больше, чем я. Где-то там, за этими стенами, был Шрам, Дмитрий, бабушка с её теневыми связями. И все они тянули свои нити, а я был в центре их паутины.

Утро пришло слишком быстро. София вышла из спальни, одетая в шёлковый халат, который, несмотря на его простоту, выглядел на ней так, будто она собиралась на подиум. Её волосы были собраны в небрежный пучок, но даже это не могло скрыть её магнетизма. Она посмотрела на меня, прищурившись.

— Ты вообще спал? — спросила она, направляясь к кофеварке.

— Немного, — соврал я, хотя не сомкнул глаз. — Как ты?

— Как человек, который вчера перебрал с коктейлями, — она усмехнулась, но её глаза были серьёзными. — Что-то не так, Роман. Ты выглядишь, как будто готов кого-то убить.

Я невольно напрягся. Она видела меня насквозь, и это пугало. Я мог скрывать свои мысли от Шрама, от Малого, даже от самого себя. Но от неё? Она была как рентген.

— Просто думаю о деле, — уклончиво ответил я, вставая и подходя к окну. — Много всего навалилось.

— Например? — она повернулась, держа чашку кофе в руках, и её взгляд стал острым, как лезвие. — Ты обещал, что мы теперь команда. Так что выкладывай.

Я сжал кулаки, борясь с желанием рассказать ей всё. Про Шрама, про документы, про Аню — мою бывшую, которую я подвёл, но всё ещё пытался защитить. Но вместо этого я сказал: