Чтение онлайн

— Утром хозяин подошел к клетке попугая, — продолжала служанка, — и завел с ним разговор. Насколько я понимаю, проскакав на коне мысли по ристалищу разумения и удалив пыль сомнения с лика солнца достоверности, подозрение может пасть лишь на попугая. По моему убеждению, раскрыть тайну и разгласить секрет, обнаружить скрытое и распространить сокровенное мог только он. Ведь хозяин обращал к нему ласковые речи, убеждая следить и наблюдать за тобой, внушая ему сообщать о всех твоих поступках и делах. В охране и наблюдении за тобой, за твоими поступками и словами он полностью положился на искусность и умение попугая, на его расторопность и проницательность. Не видишь ты разве, что большую часть своего времени он проводит, перешептываясь с попугаем? Надо придумать что-нибудь и избавиться от птицы. Или же следует немедленно растоптать человеческие чувства и плотские страсти, чтобы в любую минуту не приподняли *дастар с подноса.

И всю ночь она говорила хозяйке подобные речи. А та отвечала:

— Ты верно говоришь и тонко подмечаешь! Этот попугай оклеветал меня и оговорил, подверг меня опасности и неприятностям. Надо придумать наказание за его непохвальное усердие и неуместное подстрекательство.

Прошло немного времени. Муж по великодушию простил этот грех жены, забыл свои подозрения и сомнения и стал считать, что ничего как будто и не было.

И вот тот друг опять устроил пиршество и пригласил его в гости. Перед уходом муж подошел к клетке и сделал соответствующее наставление попугаю:

— Мой искренний друг, — начал он, — мой настоящий товарищ! Ты должен оправдать мое доверие, показать свое благочестие и преданность и не быть беспечным и нерадивым. Бодрствуй до самого утра и будь, насколько это возможно, бдительным и расторопным, рассудительным и понятливым; наблюдай за действиями и слушай речи, ибо *«тот, кто украсил небо звездами, сжег возмутившихся демонов падающими метеорами». Если и на этот раз я узнаю о недостойном поступке и порочном поведении жены, то я освобожу себя от позора и бесчестия совместной жизни с ней. И будь она даже солнцем, я не взгляну на нее; будь она живой водой, я и глотка не выпью:

— Я полностью доверяю тебе и полагаюсь на твои поступки, на твои добрые советы и искреннее сочувствие. Если бы ты в эти ночи не мог подглядывать и наблюдать за ходом событий преданным взором, я расторг бы этот союз и брак. Ведь даже с гуриями вышнего рая, при лживом характере допустим *тройной развод. Говорят же:

Попугай ответил на его просьбу с любезностью:

— Отправляйся со спокойной совестью на луг шуток и пастбище пирующих и пей с вечера и до утра чашу веселия среди базилики и вина. Я же не позволю себе и тени беспечности и нерадивости, наблюдая за их действиями и поступками. Повиновение приказам мужей державы и велениям власть имущих является одним из условий соблюдения законов величия души. Оберегать же честь гарема и исполнять религиозные предписания обязан тот, у кого есть разум и благородство, величие духа и мужество. Тот, кто беспечен и нерадив на этом пути, лишается доверия в беспорочной дружбе и чистом товариществе, его общение и сообщество с братьями и друзьями превратится в зловещий восход и начало всех несчастий, в сердцах сострадательных братьев он будет бездомным, в глазах друзей-советчиков — презренным.

Услышав эти речи, муж похвалил попугая: ему понравилось, что попугай прозорлив и проницателен, что он полон преданности и оберегает величие души, и сказал ему:

— Тысячи жизней да будут принесены в жертву другу, который может дать такое слово и обещание ради воскрешения законов благородства:

Бог украсил все равнины обитаемой земли Благородными сынами — старыми и молодыми.

Попугай полагался на свой здравый ум и достоинство, он не слышал со слов отцов *шариата выражения «женщины — силок шайтана» и не знал, что

Муж вышел из дому, а попугай решил бодрствовать, натер глаза *сурьмой бессонницы и стал наблюдать сквозь прутья клетки.

Жена меж тем решила:

— С этим попугаем надо поступить хитро, что бы он не разузнал, не разнюхал о моих проделках. Его свидетельства становятся, между мной и возлюбленным, а его бодрствование и бдительность препятствуют нашему соединению. Но как только его слова уклонятся от правды и в них появится противоречия и несуразности, он лишится доверия мужа. И после этого, что бы попугай ни говорил, муж сочтет это бредом безумца и болтовней глупца, и как бы тот ни доказывал и ни настаивал, муж примет все за фантазию и вымысел.

И жена велела служанке поставить недалеко от клетки попугая лампу, накрытую тазом. Вокруг на стенах они повесили несколько зеркал. На крышу же поставили ручную мельницу, приведя жернова ее в движение. Потом понадобились веер и сито. Служанка лила воду на веер, с веера она падала на сито и капала подобно дождю. Время от времени лампу выхватывали на мгновение из-под таза, так что свет ее, будто молния, отражался в зеркалах, висящих на стенах. Тяжелые жернова ручной мельницы, задевая друг за друга, гремели, и в комнате казалось, что это гром. Всю ночь так продолжалось: отраженные лучи создавали впечатление молнии, движение жерновов мельницы — грома, а дуновение веера и вода, льющаяся сквозь сито, — ветра и дождя. А попугай, пережив шум «грозы», сверкание «молнии», дуновение «ветра» и беспокойство, причиняемое «дождем», думал: «Этой ночью буря снесет до основания весь мир или же ливень затопит вселенную!»

И он не переставал дивиться и изумляться. Когда бы попугай ни открывал глаза, он видел только молнию, слышал только гром, дождь и ветер, и вновь прятал голову под крыло.

На другой день, когда подул утренний ветерок и цветник утра зарделся на востоке, хозяин вернулся в свой дом. Он остановился перед клеткой и заговорил:

— Дай мне того, что исцеляет меня, и вылечи меня старым вином. Скажи, пили ли в эту ночь любовники сладостный напиток прошлой ночи? Вели ли они себя как в тот раз?

— Этой ночью из-за ветра и дождя, сверкания молнии и грома ум не мог мыслить, а зрение — воспринимать, — отвечал попугай, — и поэтому я не наблюдал и не подглядывал. С того момента, как ты вышел за порог дома, беспрестанно продолжались *потоп Нуха, *гроза Худа и *муки племени Самуда. От грома сотрясались небеса и содрогалась земля. Всю ночь я дрожал от холода в клетке, трепеща от страха перед громом, и читал строки Корана: *«Хвала тому, кого хвалит гром». Я вздыхал и повторял:

— Эй, попугай! — закричал хозяин. — Ты что, с ума спятил? Или ты лишился рассудка? Мне теперь ясно как божий день, что ты измеряешь ветер и бьешь по разбитому кувшину. И если, не дай бог, ты сочинил бы всякие небылицы и наплел бы глупостей, а я и моя законная жена развелись бы, то моя жизнь по вине твоего подстрекательства и наговора пошла бы прахом, а жена моя, которая по целомудрию и добродетели все равно что пресветлая *Фатима и великая *Хадиджа, была бы облита грязью из-за твоей болтовни и бреда. Пусть будет дозволено пролить кровь того человека, кто поверит в подобную ложь и обман, по законам наказания его тело должно истлеть и исчезнуть, и не будет в том греха против благородства. Чтобы ты впредь не надоедал мне, чтобы не говорил лживых слов, которые ранят своей мерзостью душу и слух…