Чтение онлайн

Маршмеллоу на костре действительно оказались вкусной штукой – кто бы мог подумать!

– Знают эти буржуи толк во всяких вредных, но очень вкусных гадостях. Гамбургеры, картошка фри, чипсы, маршмеллоу на костре…

– И плюс пять килограмм к заднице.

– Плюс пять не будет! – решительно сказала Сашетт, сверкая зелёными кошачьими глазами.
– Если пять килограмм… тьфу, километров на стадионе пробежать!

Все засмеялись, а Ева вдруг вспомнила про Чупса. Она видела его в начале ужина и даже кормила рыбой из супа, но потом кот удрал по делам.

Завтра они уезжают, и нужно будет сделать как-то так, чтобы он никуда не умчался в этот момент. Оставить Чупса здесь она не сможет.

Еве стало тревожно, и она, соскочив с брёвнышка, пошла к своей палатке. Даже внимания не обратила, следит за ней Драго или не следит, настолько задумалась.

потом, когда они приедут в Город, на чём она его повезёт? Он же испугается, расцарапает её и удерёт. Переноску бы… Но не просить же Вадима действительно подъехать и привезти с собой переноску?! А кого еще просить?

И почему она подумала об этом только сейчас?!

– Наташа, Наташа… – бормотала Ева, пробираясь в палатку. – Позвоню ей, она должна что-нибудь придумать…

Чупс, слава богу, был тут – дрых на спальнике кверху толстым пузом, и Ева вздохнула с облегчением. Села рядом и, улыбнувшиcь, погладила тёплую, мягкую и нежную шёрстку на пузике.

Чупс моментально вытянул лапы и замурчал.

Ева замерла – услышала шаги возле палатки… Очень знакомые шаги. Даже рoдные.

Драго забрался внутрь через секунду, заполнив собой почти всё пространство. Сел по другую сторону от Чупса и тоже начал его гладить.

Кот замурчал сильнее.

– Я думала о том, как буду его перевозить, - сказала Ева нервно: молчание её сейчас тяготило и сбивало с толку. – Надо будет проследить, чтобы завтра в момент отъезда он не удрал куда-нибудь. Но потом, когда мы приедем в ород, вообще непонятно, что делать.

– Не волнуйся, - проговорил Драго со спокойной, какой-то каменной уверенностью, – я всё улажу.

Ева так растерялась, что перестала гладить Чупса.

– В смысле?.. Ты? Как?

– Я с ребятами договорился, они мне мотоцикл подвезут, на нём и уедем. И переноску тoже подгонят. Даже каску для кота, сказали, захватят.

Драго улыбнулся.

А Ева не могла дышать.

– Кас…ку?..

– Да, каску. Не видела? Специально для животных каски есть такие. Это так, прикол, но забавно. Я думаю, Чупсу пойдёт.

Чёрт, чёрт, чёрт… Мысли, как бы вас собрать…

– Жень, послушай… Я…

– Я тебе показать хотел, – Драго вновь улыбнулся и полез в карман. Достал телефон и протянул его Еве. – Смотри.

С экрана на неё смотрела девочка лет трёх. Крошечная, кудрявая, с робкой улыбкой и несчастными глазами.

Еве не нужно было объяснять, что это за фотография – она узнала ребёнка по глазам.

– Нравится?

– Жень…

– Я всё думал о том, что ты мне тогда рассказала. В интернете лазил, читал и набрёл на этот сайт с анкетами детей из детских домов. Эта девочка… она мне случайно попалась. На тебя похожа.

– Господи! – Ева всхлипнула, ощущая, как дрожат руки. – Да ты вообще представляешь, сколько там нужно документов?!

– Да. Я прочёл.

– шкoла?! Ещё школа приёмных родителей! Её обязательно нужно проходить!

– Да, я в курсе. Я даже выбрал ту, которая нам подходит.

Она запнулась, задоxнувшись.

В груди было больно. Так больно, что хотелось выть, словно раненой волчице…

– Нам?..

– Нам, – Драго кивнул и, протянув руку, сжал ладонь Евы, отложив телефо в сторону. Он, в отличие от неё, был по-прежнему абсолютно спокоен. – Я ведь сказал, что много думал и читал. И знаешь, какой я сделал вывод?

– Какой? – просипела Ева.

– Что хочу быть с тобой. Это единственное, что вано. А со всем остальным мы справимся. И даже если у нас не получится, мы справимся. На свете много чужих детей, которым нужны родители.

– Нет.
– ва помотала головой и, ощутив, что Драго сейчас вновь начнёт говорить, пояснила: – Нет на свете чужих детей, Жень, нет. Нет! Я говорила это Вадиму, но он не желал слушать… Он хотел толькo своего ребёнка, кровного. Он не собирался сдаваться. И он…

– Не надо, не вспоминай.

– Нет, нет! – Ева вновь упрямо помотала головой.
– Ты не понимаешь! Он никогда бы не смог… А ведь он был моим мужем! ты?.. Пoчему ты… можешь?

– Наверное, я просто не Вадим, – ответил Драго с иронией, и от этой иронии внутри Евы будто бы что-то лопнуло.

Она засмеялась, а потом заплакала, всхлипывая и подвывая. Так, как давно не делала. Так, как давно хотелось.

Сильные и большие руки обняли её, прижали к себе, погладили по спине и волосам. Они были уверены в том, что делают,и нисколько не сомневались.

И Еве вдруг подумалось – до тех пор, пока Драго держит её вот так, крепко и неотвратимо, она тоже способна на всё.

Её скала. Её опора.

– Спасибо, – прошептала ва и, приподнявшись, поцеловала Драго в уголок губ.
– Я тебя очень люблю. Прости, что не сказала раньше.

Он улыбнулся и стёр ладонью слёзы с её щёк.

– Перестань плакать. Мы вместе и справимся. Я же сказал.

– Хорошо, - Ева засмеялась. – Перестану. Только… еще чуть-чуть поплачу. Я от счастья, Жень.

– От счастья надо смеяться.

– Это от маленького счастья смеются. А от большого – плачут. Это у Паустовского было, в рассказе «Растрёпанный воробей». И правда же, так трудно не заплакать…

– Я же не плачу.

– Ты просто скала, - Ева улыбнулась и прижалась щекой к плечу Драго.
– А скалы не плачут.

Он держал её в объятиях, думая о том, что больше никогда не отпустит. Никогда она не будет одна – ни в горе, ни в радости. И если будет плакать, то только от счастья.

А Ева ни о чём не думала. Она дрожащими руками гладила своего мужчину и иногда улыбалась – и одновременно с этими улыбками из глаз её катились слёзы. Но они не были горькими – они приносили облегчение.

А рядом лежал Чупс и, мурча, думал о том, что глупые люди наконец разобрались в том, что было ясно ему с самого начала.