Чтение онлайн

– А как разобраться? Как отличить одно от другого, Анкэ? Как?

– Слушай своё сердце, девочка. Слушай своё сердце.

Они сидели и смотрели, как дорога убегает вдаль.

– Ещё две деревни, и мы будем в Кайде. Новая обувь твоей лошадке и новая одежда – тебе.

– Да. Это платье вконец меня измучило.

– Так надень штаны.

Аяна уставилась на Анкэ с удивлением.

– В каком смысле?

– Я в молодости терпеть не могла юбки. Это неудобно, особенно когда ездишь верхом. Я переодевалась в мужской наряд и ездила так. У Ригреты такой номер не пройдёт, а у нас с тобой – вполне. Только не затягивайся сильно. Ты же кормишь ребёнка?

– Да. Но уже не так часто.

– Хорошо. Волосы можно заплести и убрать под шляпу,или просто накрыть сверху камзолом.

– Покажешь, Анкэ?

– Конечно. Пойдём.

Анкэ закрыла коробку с угольками и задвинула её в угол у двери, и они зашли в фургон. Кимат начал возиться в керио, и Аяна развязала его и взяла на руки. Ригрета сидела и читала что-то на мелко исписанных листах сероватой бумаги, Харвилл дремал, Айол спал, похрапывая и запрокинув голову, а Чамэ просто сидела и смотрела в окно.

Анкэ надела на Аяну шляпу, подобрав волосы в тулью, и отступила на шаг.

– Да. Неплохо, особенно если представить, что ниже - мужской костюм. Но только не хватает бороды. Так... борода.

Она потянулась к одной из полок, хватаясь за спину, стянула с неё небольшую коробку из жёлтой толстой бумаги и порылась в ней.

– Вот. Вот эта.

Аяна с удивлением повертела в руках тонкую сетку, на которой были закреплены довольно жёсткие волоски.

– Это толстая шерсть коз из северного Фадо. У нас в труппе до Ригелла был парень со светлыми волосами, почти как у тебя, и мы покрасили одну бороду для него. Теперь она валяется без дела. Приложи. Это наклеивается на особый клей.

Аяна приложила поддельную бороду к лицу, и Ригрета посмотрела на неё, оторвавшись от листа бумаги.

– Густовато, но, в целом, пойдёт. Только ещё брови сделать пошире вот на столько.

– Да куда уж пошире, – сказала Чамэ. – Если у человека такие черты лица, у него не может быть настолько широких бровей, как ты показала, даже у парня.

– Я хочу попробовать, – заинтересованно сказала Аяна. – А чем сделать брови пошире?

– Вот краска. Сейчас дам палочку. Держи зеркало, – сказала Анкэ.

Аяна смотрела на себя и не узнавала. Кимат тянулся, смеясь, к её лицу, а из мутного зеркала на неё смотрел повзрослевший небритый Арет.

– Я теперь похожа на своего брата, – сказала она. – Только подросшего. И обросшего. И у него подбородок покрупнее, но за бородой не особо видно.

– У тебя есть брат?

– Пять братьев и пять сестёр.

Чамэ присвистнула.

– Вот это да. Бедная твоя мама. Анкэ, разбуди Харвилла, пусть посмотрит.

– Кто меня звал? – очнулся тот. – Что?

– Посмотри. Как тебе?

Харвилл окинул Аяну внимательным взглядом.

– Интересно, интересно. Среди твоих многочисленных талантов есть навыки владения клинком?

– Нет.

– Ничего, это поправимо. Тебе достаточно будет научиться угрожающе вытаскивать его из-за пояса. Айол научит тебя. Он сражался против кутарцев.

– Сражался?

– Да. Ты не знаешь про Кутар?

– Знаю, но без подробностей, - Сказала Аяна, с розовеющими ушами вспоминая, что именно отвлекло её от того рассказа Конды.
– Расскажи.

– Кутар – на севере от Арная и Фадо. У нас с ними снова перемирие, потому что прапрадед нынешнего крейта Алты выделил земли под их поселения на севере, где были заброшенные деревни. Но вот север Фадо постоянно подвергается их набегам. Айол родом с гор, которые отделяют север Фадо от озёрного края Олаве. Когда ему было шестнадцать, наместник ближайшей провинции каким-то образом подсчитал, что их деревня принадлежит к землям Фадо, и собрал рекрутов с каждого двора. Айол два года служил в тамошней армии. Отбивал вылазки кутарцев на северное побережье Фадо, а потом сбежал в Арнай.

Аяна с уважением и любопытством покосилась на Айола, который так и похрапывал, развалившись в углу скамьи.

– Мне нужно покормить Кимата, – сказала она. – Может, устроим привал? Я запарю кашу.

– Нет нужды. Мы скоро приедем в деревню, – сказала Чимэ, выглядывая в окно.

– Там постоялый двор?

– Да. Но там даром накормят. Сэкономишь денег. Эта деревня щедрая.

Кошель Аяны пополнился накануне шестнадцатью медяками, и она была очень довольна.

– Мы будем выступать как вчера? Сначала пьеса, потом остальные выступления?

– Тут можно просто спеть и сыграть, – сказала Анкэ. – Может быть, ты умеешь танцевать?

– Ну, не как Чамэ вчера танцевала. Мне было холодно от вида её голого живота, – сказала Аяна, вспоминая необычный костюм Чамэ и позвякивающие подвески на сетке, закрывавшей её лицо.

– А многим парням как раз-таки было очень жарко. Не удивлюсь, если к следующему приезду нас встретит хор трёхмесячных карапузов из рук местных женщин, – хихикнула Ригрета.

– Да твои трюки с хождением на руках в коротких панталонах тоже, знаешь ли, не похожи на детскую забаву, – подняла бровь Чамэ.

– Ташта умеет делать разные штуки, – сказала Аяна, вспомнив, как это удивило мальчишек в Димае. – Он встаёт на колени, ложится, садится как собака, кусает себя за круп, притворяется мёртвым и скалит зубы по команде. А ещё приносит вещи. Вытягивает ноги, когда шагает, умеет кивать и давать передние ноги по команде.

– Твоя лошадь? – переспросил Харвилл.

– Да.

– Он не пугливый? Не испугается криков толпы?

– Я не знаю. Думаю, если никто не будет прыгать рядом и махать руками, то он поведёт себя спокойно. Он только не любит, когда к нему близко подходят незнакомые люди.

– Покажешь, как он это делает? – В голосе Харвилла прозвучало что-то очень похожее на детское любопытство. – Ты долго учила его?

– Конечно, покажу. Он быстро учился, а до встречи с вами я месяц тренировала его.

Деревенских очень обрадовал приезд зелёного фургона. Харвилл поговорил с несколькими людьми на площади, зашёл с Кадиаром в трактир, и через какое-то время вышел оттуда с запахом хмельного. Он протянул Аяне мисочку каши для Кимата, и она с благодарностью кивнула.