Чтение онлайн

В социальной жизни сингалов, особенно в сельской местности, сохраняется значение кастовой системы, сложившейся на основе ритуально закрепленного разделения труда под сильным влиянием южноиндийской кастовой системы. У сингалов насчитывается более двадцати каст. Высшая каста – земледельцев – является самой многочисленной (по некоторым данным, в нее входит 90% сингалов) и чрезвычайно неоднородной в социальном плане: она включает как крупных землевладельцев, так и крестьян-арендаторов. В качестве подкасты в нее входят пастухи-скотоводы. Вслед за кастой земледельцев идут касты рыбаков, сборщиков корицы, сборщиков пальмового сока, ремесленников, портных, прачек, гончаров, барабанщиков, танцоров и др. Профессии, по которым названы касты, часто не совпадают с основным традиционным занятием их членов. К внекастовой группе относятся родии и (иногда) киннары. И те и другие могут выделяться также в особые этнические группы, поскольку внешне сильно отличаются от основной массы сингалов (см. примеч. к № 142 и Словарь).

Подавляющее большинство сингалов исповедует буддизм тхеравады. На протяжении истории своего существования на Ланке буддизм тхеравады подвергался идущему из Индии влиянию более позднего направления буддизма – махаяны («большая колесница»), где важное значение приобретает культ бодхисаттв – святых, оттягивающих момент собственного просветления ради спасения других. Основным местом сосредоточения махаянистских воззрений на Ланке был монастырь Абхаягири – основной оппонент центра ортодоксального буддизма – древнейшего монастыря Махавихара. Влияние махаяны в разной степени сказывалось на протяжении всего первого тысячелетия и прекратилось только с упадком буддизма в Индии.

Большое влияние на ланкийский буддизм оказал также индуизм. Влияние индуизма на острове становится особенно заметным к VII-VIII вв. В это время здесь строятся знаменитые храмы в честь Шивы и Вишну. Позиции индуизма еще более укрепились во время семидесятипятилетнего правления Чолов. После изгнания Чолов сингальские цари наряду с покровительством буддизму и деятельностью, направленной на его восстановление, проявляли терпимость к индуизму. В период Полоннарувы укрепляются связи между сингальским и южноиндийскими дворами, при сингальском дворе возрастает роль брахманов и значение индуистских обрядов, продолжается строительство индуистских храмов, на Ланку приглашаются ученые брахманы из различных областей Индии, растет интерес к санскритской и тамильской литературе, входит в моду оригинальное творчество на санскрите.

Господство колонизаторов отрицательно сказалось на положении буддизма и буддийской культуры. В колониальный период движение за подъем национальной культуры, борьба за независимость были неразрывно связаны с движением за восстановление буддизма. В настоящее время буддизм продолжает играть важную роль во всех сферах жизни общества, буддийское духовенство остается влиятельной политической силой страны.

В сознании верующих сингалов «чистые» буддийские воззрения соседствуют и тесно переплетаются с древними народными верованиями, демоническим культом, сформировавшимся на их основе, астрологическими представлениями, верой в богов-покровителей.

Демонический культ основывается на вере в демонов-якшей, духов и местных божеств. Все эти существа, по представлению сингалов, обитают на земле, у некоторых из них есть имена и они известны по всей стране, большинство же безымянны и имеют очень ограниченное местное значение: каждая деревня имеет своего хранителя – деватаву, каждое большое дерево служит жилищем якши. Якши могут быть вполне безобидными, но чаще они вредят людям – пугают, могут, вселившись в человека, вызвать болезнь. В качестве защитных средств от демонов и духов распространены обереги, заклинания, заговоры; если речь идет о тяжелой болезни, прибегают к сложной театрализованной церемонии изгнания демонов – товил.

В основе астрологических представлений сингалов лежит вера в то, что на судьбу человека оказывает влияние расположение небесных тел, основными из которых являются, как и в Индии, Солнце (Иру), Луна (Санда), Марс (Ангахарува), Меркурий (Бада), Юпитер (Брихаспати), Венера (Силура), Сатурн (Сенасура) и мифические планеты Раху и Кету. Для нейтрализации их неблагоприятного влияния в качестве предупредительной меры определенную помощь могут оказать изображения символов и заклинаний на серебряной или медной пластинке – янтры. В более сложных случаях надежда возлагается на магическую церемонию бали, цель которой – задобрить планеты, представленные ярко раскрашенными фигурами из глины или рисовой муки.

К числу наиболее почитаемых на Ланке богов-покровителей относятся Натха, Вишну-Упульван, Катарагама (Сканда, Кандакумара), Саман и богиня Паттини. Культы этих богов сформировались под влиянием различных религиозных систем. Упульван издавна почитался как бог-покровитель Ланки; с усилением влияния индуизма культ этого местного бога слился с культом Вишну. В оформлении культа Катарагамы большую роль сыграл шиваизм. Натха в представлении верующих – бодхисаттва, будущий Будда. Саман почитается как покровитель священных мест и реликвий буддизма. Несомненно южноиндийское происхождение культа богини целомудрия Паттини, легенда о котором схожа с историей Каннахи – героини древней тамильской поэмы «Повесть о браслете». В то же время ритуалы, связанные с культом богини, обнаруживают связь с демоническим культом, культом плодородия. Паттини – это и богиия-исцелительница, имеющая власть над болезнями, иногда ее называют богиней оспы. Боги-покровители почитаются также как боги-хранители частей света.

Тесное переплетение разноплановых верований формирует единый комплекс традиционных религиозных воззрений сингалов, все элементы которого оказываются организованными в единую иерархическую структуру, где главная интегрирующая роль принадлежит буддизму. Примером этой роли буддизма является история Кандийской перахеры – торжественного шествия в Канди во время одного из самых популярных сингальских праздников – эсала. Изначальная магическая цель празднества заключалась в обеспечении хорошего урожая, дождя, плодородия почвы. Издавна перахера была связана с культами Упульвана, Катарагамы, Натхи и Паттини. В 1775 г. кандийскими правителями эсала-перахера была включена в число буддийских праздников, с этого времени в последнюю ночь перахеры, ночь полнолуния, из храма Далада-малигава (Храм Зуба) выносится урна со священной реликвией буддистов – зубом Будды – и ставится на спину слону) праздничная процессия следует по улицам города, после чего реликвия возвращается в храм.

Празднование эсалы – дневные и ночные, при свете факелов, шествия, в которых может принимать участие до сотни ярко разукрашенных слонов и демонстрируют свое искусство многочисленные музыканты, танцоры, певцы, фокусники, – одно из экзотических «чудес» острова, собирающее зрителей со всех концов Ланки и из других стран.

Сингальский фольклор практически неизвестен у нас в стране, хотя он, несомненно, представляет интерес как для фольклористов, так и – в силу своей занимательности – для широкого читателя.

Сказки еще в начале нашего века были неотъемлемой чертой деревенской жизни на Ланке. В докладе Л. Л. Мерварт Сказочной комиссии Русского географического общества «Техника сказывания сказок у сингальцев», сделанном в 1926 г., говорится о трех популярных родах сказывания сказок: общественно-ритуальном, придворном, где рассказчиками являются профессионалы, и обыкновенном сказывании непрофессиональными сказочниками.

Как отмечает Л. Л. Мерварт, общественно-ритуальное сказывание сказок имело место по праздникам, по окончании жатвы. Рассказывались в основном джатаки {2} , рассказы из жизни Будды и богов-покровителей, истории буддийских реликвий, дагоб и монастырей, перемежающиеся сказками-анекдотами. Слушатели благодарили сказочника мелкими подношениями – деньгами, бананами, бетелем.

Профессионального сказочника могли приглашать к себе вельможи, желающие на ночь послушать сказки. Такой тип сказывания сказок JI. Л. Мерварт обозначает как придворный. Здесь рассказывались джатаки, легенды, отрывки из исторических хроник, сказки о животных. Многие сингальские вожди имели своих сказочников. Желающий стать профессиональным сказителем должен был в течение нескольких лет сопровождать какого-нибудь известного сказочника.

Рассказывать сказки в свободное время могли любой сингал или сингалка. Сказки рассказывались либо к случаю, как иллюстрация какой-нибудь житейской ситуации, либо без всякого повода.