Синтетик: начало
Шрифт:
Дэвид вынул руку из отверстия, и со всей силой ударил ногой в стекло, которое тут же выскочило из пазов, и вдавилось внутрь. Синтетик нагнулся и просунул голову в салон.
Эрл Таккер, наконец-то, сумел извлечь пистолет, но направить его на убийцу уже не успел. Он сумел лишь увидеть холодный расчетливый взгляд нападавшего, когда тот выстрелил ему точно в лоб, как это он проделал и с его свитой.
На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только работающим двигателем мерседеса. В салоне автомобиля кружились клубы едкого порохового дыма. Дэвид несколько мгновений рассматривал свои жертвы, желая убедиться в том, что они мертвы, затем выбрался из машины и, стоя на капоте, выпрямился во весь свой рост.
Люди, сидевшие внутри Бьюика, в полном изумлении смотрели на происходящее.
– Он что, разбил стекло? – не в силах поверить увиденному, проговорил Скеррит. – Пуленепробиваемое стекло?
Ему никто не ответил, так как отвечать было нечего. Все смотрели на Дэвида, который спрыгнул с капота мерседеса, и теперь тщательно вытирал краем своего пиджака пистолет охранника. После этого он бросил пистолет на колени владельцу, и зашагал в сторону машины своих хозяев.
– Все трое мертвы, – доложил он спокойным и, немного механическим, голосом.
– Быстро в машину! – приобретя дар речи, воскликнул Дитрих, распахивая дверцу.
Синтетик не заставил себя упрашивать, и быстрым движением нырнул внутрь Бьюика.
– Чего ты ждешь, поехали! – закричал Рони Чаку. – Уносим ноги, пока сюда полицейские не нагрянули!
Машина рванулась с места, развивая большую скорость.
– Не гони так быстро, ты привлекаешь внимание.
Чак снизил скорость. Проезжая мимо мерседеса, он успел разглядеть три мертвых тела, полусидевших и полулежавших в неестественных позах на своих местах.
Скеррит в ужасе отодвинулся от Дэвида, почувствовав, что его тело пронзает невольная дрожь. Рядом с ним сидел нечеловек, который сумел разбить пуленепробиваемое стекло, и в мгновение ока убить трех вооруженных людей.
– Зачем ты выбросил пистолет? – спросил Дитрих.
– Это был пистолет охранника, из которого я и застрелил всех находящихся в машине. Отпечатки пальцев стерты, теперь, если оружие будет найдено, все подумают, что стрелял охранник.
Довольно мудрое решение, подумал Рони, но как такое могло прийти в голову машине?
Крейвен свернул на повороте, и мерседес Эрла Таккера скрылся из видимости.
Глава IX
Шумная и гудящая толпа, состоящая главным образом из репортеров, пыталась прорваться сквозь оцепление к месту преступления. Несколько полицейских пытались удержать ее, отталкивая людей от желтой ленточки, которой была огорожена машина с тремя трупами. Но репортеры не сдавались, в лицо толстому копу, носившему сержантские нашивки, совались микрофоны, и журналисты с упорством пытались взять у него интервью. Стрекотали камеры, объективы которых операторы старались просунуть поближе к полицейскому. Щелкали фотоаппараты, ослепляя блюстителей порядка яркими вспышками.
– Скажите, сэр, что вы думаете об этих убийствах?
– Кем были убитые, вам удалось установить их личности?
– Это дело рук мафии? Можно ли назвать происшествие заказным убийством?
– Это криминальные разборки?
Сержант явно не горел желанием стать звездой новостей дня, и вовсе не стремился к тому, чтобы его лицо появилось на экране телевизоров.
– Без комментариев, без комментариев! – однотипно отвечал он на все вопросы.
Полицейские продолжали свои тщетные попытки оттеснить прессу, но таблоидов было слишком много и, к тому же, блюстители порядка боялись проявлять излишнее насилие перед телекамерами. Им вовсе не хотелось, чтобы в СМИ появились репортажи об их жестокости, и обвинения в намерениях скрыть от людей правду.
– Разойдитесь все, разойдитесь, – кричал толстяк. – Никаких интервью не будет!
Полицейские с хмурым видом переглядывались друг с другом.
– Черт, ну и ночка выдалась!
– Не говори, что ни ночь, то какое-нибудь крупное преступление.
– А эти, как стервятники, налетают на трупы, чтобы поживиться за их счет. И откуда они только узнают обо всем этом. Появляются чуть ли не из-под земли едва ли не раньше нас самих.
Сержант, судя по всему, придерживался такого же мнения, но он ничего не говорил. И очевидно, кого-то ждал, время от времени бросая по сторонам высматривающие взгляды.
К месту преступления подкатила еще одна полицейская машина, и толстяк облегченно вздохнул. Из машины выбрался высокий, даже долговязый полицейский лет двадцати пяти-тридцати, и стал пробиваться через толпу. Он сразу же без всяких обиняков направился к сержанту.
– Я лейтенант Кайл Мак-Кини, – представился он. – Мне поручено вести это дело.
– Фу, – выдохнул сержант и, сняв фуражку, вытер со лба пот. – Наконец-то. Мы с самой ночи вас здесь ждем. Сказали, что пришлют детектива, а когда – не сообщили, вот мы и ждем, прохлаждаемся здесь. Мое имя сержант Хью Канди.
Лейтенант оставил реплику без внимания, вместо этого он посмотрел на машину, и спросил:
– Что здесь произошло?
– Тройное убийство.
– Личности убитых установлены?
Сержант кивнул.
– Да. Это некий Эрл Таккер, известный крупный торговец наркотиками, а также его телохранитель с водителем.
– Эрл Таккер? – удивленно вскинул брови Мак-Кини.
– Вы его знаете?
– Кто ж его не знает. Один из крупнейших торговцев, появившийся в нашем городе совсем недавно. Видимо, попытался проглотить кусок, который ему не по зубам.
– Вы полагаете, что это было заказное убийство? – На лице сержанта появился интерес.
Лейтенант ничего не ответил, и лишь внимательно смотрел на убитых. Тем временем репортеры осознали, что вновь прибывший, очевидно, является здесь главной фигурой, поэтому все они тотчас отстали от сержанта, и переключились на Мак-Кини.
– Лейтенант, всего лишь один вопрос! Всего один вопрос! – кричали они.
Но было ясно, что одним вопросом здесь дело не ограничится. Да Мак-Кини и вовсе не обращал на репортеров никакого внимания. Они были для него мухами, слетевшими известно на что.
– Кто первым обнаружил тела? – обратился лейтенант к толстяку.
– Поступил анонимный звонок.
Ну, ясно, кому охота светиться, и иметь дело с полицией. С ней люди не очень хотят дружить.
– А кто первым прибыл на место происшествия?
– Я, сэр. Ну и ребята, конечно.
– Давно вы уже здесь?
– Примерно с двух часов ночи.
– Угу, значит уже больше пяти часов. Что-нибудь вам удалось выяснить за это время?
Сержант надул щеки.
– Ну, все трое были застрелены из одного пистолета. Он лежал на коленях телохранителя.