Чтение онлайн

– У тебя отменный аппетит, - сказал Синоби, чтобы завязать разговор. Он, кстати, принялся мне 'тыкать', как только мы остались наедине, а у меня язык не поворачивался сказать ему 'ты'.

– Просто я давно так вкусно не ела.

И мы опять надолго замолчали. Подумалось, что теперь драки между нами точно не будет, с полным брюхом я ему явно не соперник.

– Ты останешься на ночь?
– это прозвучало как предложение порции салата, до меня смысл сказанного дошел с задержкой.

– Я не люблю боли и не потерплю насилия над собой, лорд Синоби, - сказала я спокойно и буднично.

– Ты знаешь, что я чудовище, и тем не менее пришла... Что мне может помешать сейчас?

Я пожала плечами. Ничто не может помешать.

– Я хочу знать, почему ты пришла!
– потребовал ответа он.

Судьба, помоги ответить правильно.

– Потому что не могу забыть вашего лица тем вечером...

Он молча смотрел на меня, потом отвел взгляд.

– Те три женщины, которые... Им нравится то, что я делаю, не знаю, поймешь ли ты это...

Как ни странно, понимала и поздравила себя с тем, что не выболтала психологу, что именно я делала с Таксоном, клеймо садистки - это то, без чего я обойдусь.

– Я не собираюсь причинять тебе боль, - произнес Синоби, глядя мне в глаза.

– Я останусь на ночь.
– Что еще я могла сказать?

– Почему?
– Вот любопытство неуемное... Я встала, взяла его за руку и подвела к большому зеркалу. Мы отразились в нем вдвоем - сухощавый, но сильный мужчина, по виду которого с первого взгляда ясно - хищник, и невысокая гибкая девушка, которая, тем не менее, может за себя постоять.

– Неужели вы сомневаетесь в своей привлекательности?
– спросила я. Синоби рассматривал наши отражения, а я смотрела на него.

– Аррен, мое имя Аррен...
– сказал он, потом развернулся и, легко подхватив меня на руки, понес к спальне.

Он обращался со мной, как со стеклянной статуэткой, ни мне, ни ему это, похоже, не доставляло удовольствия. В конце концов я решилась взять инициативу в свои руки, дело пошло на лад, только я очень пожалела о том, что так наелась. Закончилось все приятным для нас обоих образом, отдыхали мы недолго, Синоби начал новую игру. В этот раз он был лидером, все получилось просто замечательно - безудержно и страстно. После такого меня сморил сон. Под утро я проснулась от страстных поцелуев и покусываний, от которых мое тело изгибалось и вздрагивало, все повторилось опять. Когда я лежала в счастливом опустошении, не помышляя даже рукой пошевелить, до меня дошло, что, скорей всего, на теле остались отметины.

После душа я рассмотрела себя, так и есть, небольшие синяки на запястьях и бедрах, на шее и груди следы от зубов и засосов. Что самое интересное, я не помню моменты появления некоторых из них, Аррен сумел довести меня до почти невменяемого состояния. Когда я собиралась отойти от зеркала, в ванную вошел Синоби и увидел мое отражение. Он пристально посмотрел на синяки, его лицо изменилось, как у хищника, увидевшего подраненную жертву, и он направился ко мне.

– Аррен! Нет!
– наработанные навыки не подвели, вместо испытываемого страха в голосе прозвучал приказ. Он остановился и даже мотнул головой, а потом вышел. Я посмотрела на себя, в глазах был страх.

Когда я, закутавшись в халат, вышла, его не было в спальне, он плескался в гостевой ванной. Быстренько одевшись, я по голосовому браслету отзвонилась отцу, сказав, что все в порядке, подробности позже. Естественно, после сцены в ванной мои слова были наглой ложью, но зачем его расстраивать. Аррен сидел в ванной больше получаса, видно, в надежде, что я уйду не попрощавшись. Ну уж нет.

– Ты еще здесь?
– сказал он зло, когда пришел за одеждой.

– Нам надо объясниться.

– Знаете что, леди некст Викен, идите-ка вы к своему отцу, пославшему вас, и передайте, что я доволен его подарком, и он может рассчитывать на мою благодарность в разумных пределах.

Вот гад, как больно ударил... У меня не было даже злости на это двойное оскорбление, только обида. Слезы потекли по лицу, а я думала, что такая реакция бывает только на физическую боль.

– Трус. Дурак и трус, - тихо сказала я, оставаясь сидеть на кровати, сил, чтобы уйти, пока не было.

Синоби открыл было рот, чтобы выдать очередную порцию гадости, и не смог, остался стоять отвернувшись. В молчании прошло несколько секунд, я почувствовала, что тело готово меня слушаться, встала и пошла прочь. Я прошла уже полгостиной, когда он догнал меня и прижал к себе спиной.

– Не уходи...

Ну да, лорды не извиняются.

– Аррен, ты знаешь, что нам было замечательно этой ночью, но если ты не можешь себя контролировать... Я ведь не сдамся просто так... это все может однажды плохо кончиться.

– А если я скажу, что могу себя контролировать, ты готова прийти еще?

– Да.

Он развернул меня и поцеловал, это был самый нежный поцелуй из всех.

– И еще, - сказала я, когда смогла оторваться.
– Ты должен понять, что я не буду тебе подчиняться и со мной невозможно говорить с позиции силы. Мне ничего от тебя не нужно, и руководить собой или проявлять неуважение ко мне я не позволю.

Он как-то нехорошо усмехнулся.

– Это сейчас тебе ничего не нужно. И не забывай, что есть еще твой отец, у которого свои интересы и планы.

– Не смей так говорить о моем отце, - это прозвучало как приказ. Синоби удивился, а потом рассмеялся. Пронесло, и это в первый раз, а сколько еще раз мне придется одергивать его?

– Пойду я...
– И он меня отпустил.

Оказавшись дома, я предупредила Эзру о госте и принялась быстренько готовить еду, такого гостя надо встретить угощением, приготовленным собственноручно. Пообщалась по видеофону с отцом и потребовала, чтобы он подтвердил, что не заключал никаких сделок с Синоби насчет меня. Если бы я была рядом, наверное, он опять попытался ударить вместо ответа, но так лишь заверил, что никаких сделок не было и не будет. Я, как могла, уверила, что все просто замечательно, что мы с Синоби объяснились и нашли общий язык. Отец понял, от кого у меня эта идея о сделке, и это вряд ли улучшит его отношения с Синоби. Ну ничего, они лорды расчетливые и хладнокровные, разберутся как-нибудь.

К двенадцати лорд Синоби выветрился из моей головы, и я с легкой дрожью в руках ждала Даниэля. Он припозднился на полчаса. Когда я открыла ему дверь, то первое, что увидела, это букет нежных розовых роз.

– Даниэль, они прекрасны, спасибо, - и я поцеловала в щеку каменного от волнения парня. Его нервозность странным образом успокоила меня.

– Проходи, ты, наверное, голоден?
– и тут я заглянула ему в глаза. Букет оказался на столике, а мы сплелись в объятиях. Через несколько секунд я услышала рвущиеся наружу рыдания. 'Не сдерживайся', - шепнула я, и Даниэль разрыдался, у меня тоже слезы навернулись. Возникло чувство дежа-вю, такое уже было, только я была намного меньше и руки были зажаты перед грудью, а над ухом точно так же рыдал отец.