Чтение онлайн

— Первый поворотный. Далее курс 265°, — подсказал Кеша.

Пролетаем одну деревню за другой. Каждую сопку приходится обходить у самой поверхности, чтобы не подняться на большую высоту. Кеша уже докладывает, что готовит аппаратуру для наведения.

В эфире тишина. Пока ещё играем в радиомолчание, но когда выйдем на боевой курс, молчанке конец.

Солнце мощно пригревает слева. Впереди уже видно пылевое облако, которое поднимается над высотами. Танковые подразделения продолжают продвигаться к позициям сирийцев. Видно, как работает артиллерия, но выстрелы слишком редкие.

— 101-й, 312-му, — услышал я тихий голос в эфире.

Пока решил не отвечать. Хоть это и был позывной Олега Печки, но лучше промолчать.

— 101-й, «Крыша» на месте. «Топоры» в зоне. Хорошей работы!

Не сдержавшись, я улыбнулся. Всегда приятно, когда рядом свои. Всегда прикроют!

— Отметка 814. Минута до выхода на боевой, — быстро проговорил Кеша, как только мы прошли слева от высокой для этих мест горы.

Я размял правую руку. Сейчас придётся много работать. Напряжение нарастает.

— Вот он проход. Справа под 20°, — подсказал Кеша, направляя меня через небольшое ущелье между скалами.

Ширина позволяет протиснуться двум Ми-28, но нужно слегка подняться.

— 2-й, держись слева и ниже. Идём по ущелью, — проговорил я в эфир.

— Перестроился, — ответил Занин.

В левом зеркале вижу, как вдалеке вторая пара делает то же самое. «Ныряем» в ущелье и тут же совершаем резкий поворот влево.

— Влево… уходим, — проговорил я в эфир, чтобы предупредить Занина и остальных.

Ручку успел быстро отклонить, уходя от столкновения. Крен почти 45°, но и этого может быть мало. Скальные выступы совсем рядом. Кажется, что вот-вот чиркнем «брюхом» или зацепим рулевым винтом.

Моментально бросило в пот.

— Прошли, — выдохнул Кеша, когда мы вышли на прямой участок. — 30 секунд.

— 2-й, на месте, — доложил Занин.

— Главный в работу, — дал я команду готовить вооружение.

Ещё один поворот и вот она открытая местность. И… наша цель.

— Выходим на боевой. Цель вижу! — доложил я в эфир.

— 1-й, наблюдаю. Главный в работе, — ответил Занин, чуть отставая от меня.

— 3-й, через 20 секунд за вами, — прозвучал доклад от Горина — ведущего второй пары.

Система управления оружием включена. На индикаторе выбран канал наведения телевизионный.

— Режим «Управляемое»… установил, — проговорил я по внутренней связи.

— Ага. Пять… семь… двенадцать, я устал считать, сколько там. Навожусь на головную, — доложил Кеша.

Перед глазами большая колонна техники. Несколько танков. Разобрать пока не выходит «Меркава» или «Магах».

— Дальность 7400. Цель вижу, — громко сказал Кеша.

— Понял, — ответил я, продолжая держать вертолёт на боевом курсе.

Видно, что в колонне засуетились. Головная машина начала разворачиваться на нас. Оно и правильно — лобовая броня толще.

В такие моменты время замедляется. Вроде и скорость большая, мелькают вершины сопок и холмов. По тебе работают с земли из всего, что может стрелять, но это всё в стороне. Перед тобой только цель.

— Марка на цели! Дальность 6700, — доложил Иннокентий.

Прицельная марка появилась на индикаторе лобового стекла. Доворачивать не нужно — сигнал «Пуск разрешён» уже появился.

— Пуск! — произнёс я.

В наушниках запищало. Ракета с глухим звуком вышла из направляющей и отправилась к цели.

— Держу! Держу! Держу! Плавно педалируй, Саныч, — приговаривал Кеша.

На индикаторе шёл отсчёт до встречи ракеты с целью. Серая точка на фоне светло-жёлтой поверхности уже была не видна. Осталось 3 секунды.

— Прямое! — громко крикнул Кеша.

— Ухожу влево, — сказал я в эфир, давая возможность работать Занину.

— Цель вижу! Пуск! — прозвучал от него доклад.

В момент отворота увидел, как огненный шар окутал корму и заднюю часть башни танка.

Слышно было, как над нами работают истребители. Радиообмен у них тоже плотный.

— Наблюдаю. Справа под 30°, дальность 40, — доложил лётчик одного из прикрывающих нас истребителей.

— Уходят вниз. Пикирую! — послышался голос Олега Печки.

На больших высотах идёт своя работа.

Но тут снова заработала сирена.

— Слева облучают, — произнёс я, выпуская «ложные цели».

В зеркале заднего вида видно несколько вспышек. Отвернул вертолёт вправо, скрываясь за складками рельефа. Но сигнал не пропал.

— Меня тоже. Кто видит пуск? — запросил в эфир Горин, который ещё даже не пустил ракету.

— 1й, по тебе пошла, — громко сказал в эфир Занин.

Тут появилась и она. Приближается теперь справа. Спутный след, словно серая гадюка, так и норовит «укусить». Только укус на предельно малой высоте может стать смертельным.

Ручку резко отклонил вправо, скрываясь за сопкой. Рядом произошёл взрыв, но вертолёт только слегка повело в сторону. А вот в ушах зазвенело!

— Продолжаем работать, — произнёс я, вновь выходя на боевой курс.

— 1-й, прикрываю справа. На холме, — произнёс Занин.

Смотреть на результат его работы времени не было. У нас главная цель — танки.

— Марка на цели! Пуск! — прицелившись, сказал Кеша.

Вновь ракета устремилась к цели. Дальность уже меньше. Всё же, колонна решила подойти ближе, чтобы достать нас и крупнокалиберными пулемётами, и управляемыми ракетами.

— Попал! — доложил Петров, но я и сам видел, как ещё один танк погрузился в облако дыма, а потом и загорелся.

Надо ли говорить, что так продолжалось несколько минут. Выход на боевой, пуск, отворот в безопасную сторону и работа по земле из пушки по наступающим мобильным подразделениям.

Но с каждым заходом на цель становилось всё сложнее. Эффект внезапности начал ослабевать.

— Влево ухожу, — в очередной раз доложил я, выполнив очередную атаку.

— «Сварка» работает справа! — подсказал Кеша, и я резко ушёл от очереди из зенитной установки.