Чтение онлайн

Хорошенько размявшись, напитав крылья силой, а душу — восторгом, я сделал последний виток и уверенным взмахом направился в сторону мрачных, продуваемых всеми ветрами земель, где обитали наши извечные недруги — черные рыси.

В темноте ночи я был практически невидим, скользя гигантской тенью над землёй. В столь поздний час все люди уже сидели по своим домам плотно затворив ставни на окнах и крепко-накрепко закрыв входные двери. За многие годы жизни под гнётом, у них выработалась привычка не привлекать к себе лишнего внимания, особенно в ночное время. Прихвостни Де Блэков, чувствуя свою безнаказанность, могли ворваться в любой дом и устроить там полный хаос.

Добравшись до поместья Де Блэков, я уселся на макушку гигантского дерева и, прячась в его ветвях, стал наблюдать. Судя по громким крикам, доносящимся из дома, пирушка была в самом разгаре. Сквозь большие окна было видно, как слуги сновали туда-сюда, то и дело наполняя кувшины вином и поднося свежие блюда.

Примерно около полуночи входные двери поместья отворились, и вся пьяная толпа хлынула наружу. Разгорячённые алкоголем воины хватали факелы и поджигали их от огня, пылающего в большой чаше прямо посреди двора. Некоторые из них, не дойдя до чаши, падали тут же на снег, и через мгновение раздавался громкий храп. Их оттаскивали под навес для лошадей и бросали прямо на кучи с соломой. Кто-то горланил песни, кого-то тошнило под навесом всего в паре шагов от тех, кого поместили туда на ночлег. От сего зрелища мне стало противно. Впрочем, ничего нового для себя я не увидел. Всё было точно так же, как и при Колуме Де Блэке. Робин, как и его отец, вёл разгульный образ жизни, заботясь лишь о своём благополучии.

Решив, что мне больше нечего здесь делать, я уже собрался улететь. Однако в этот момент на крыльце показался Робин, волоча за волосы молоденькую служанку. Девушка отчаянно сопротивлялась, пытаясь вырваться. Мужчины во дворе загоготали и заулюлюкали, предвкушая веселье.

— Эй, Робин, ты отдашь эту девчонку нам? — крикнул один из них.

— Нет. Эта тварь посмела мне отказать. Она расцарапала мне лицо. Теперь вся её семейка поплатится за то, что их доченька такая несговорчивая.

— Прошу вас, умоляю. Простите, — причитала девушка, трясясь от страха. Она ползала в ногах у Робина, пытаясь вымолить прощение. Но тирану и не нужны были её мольбы. На его потном, лоснящемся лице явно читалась жажда крови.

— Кто со мной? — Де Блэк взял горящий факел и быстро побежал в сторону деревни. Его дружки с громкими криками побежали следом. Служанка осталась сидеть на утоптанном снегу посреди двора. Из-под навеса вышел один из тех, кого совсем недавно тошнило. Содержимое желудка красовалось на его груди большим пятном. Взяв пучок соломы, он попытался очистить одежду, но в этот момент его взгляд упал на девушку.

— Эй, малышка, ты меня ждёшь? — его рот скривился в хищном оскале. Вытерев лицо всё тем же пучком соломы, он шагнул к бедной служанке, которая побледнела от ужаса и попыталась ползти в сторону ворот. Мужчина грубо схватил её, перекинул через плечо и потащил к сараю. В этот момент ему на подмогу подоспели дружки, оставшиеся в доме. Бедная девушка сначала кричала, но потом затихла, изредка нервно всхлипывая. Насытившись молодым невинным телом, изверги, довольные собой, вернулись в дом и, как ни в чём не бывало, продолжили пьянствовать. Робин Де Блэк, тем временем, жёг дома в деревне.

Не в силах больше наблюдать подобные бесчинства я поспешил улететь прочь. Меня трясло от внутренней злобы, от осознания своего бессилия. От того, что я ничем не мог помочь ни бедной девушке, ни её родным. Открытое нападение на усадьбу Де Блэков, могло ещё больше навредить мирным жителям. После увиденного сегодня, у меня не осталось сомнений, что Робин ещё более безжалостен, чем его отец.

Ирэна

Анита радостно захлопала в ладоши, узнав, что в ближайшую субботу мы вместе с ней поедем покупать себе праздничные платья. Большинству адептов наряды должны прислать родители, и зачастую выбор предков совсем не совпадал с желанием отпрысков.

— Представляю, какой ужас пришлёт мне мама с её старомодными вкусами, — Анита недовольно поморщилась, но тут же снова развеселилась. — Но теперь это совсем не важно, ведь я сама себе куплю самое красивое платье. Хорошо, что предки не жалеют денег для любимой дочери, — подруга схватила меня за руки, и мы принялись хохотать и приплясывать прямо посреди коридора.

В субботу в условленный час профессор Де Кроу ждал нас в холле на первом этаже академии. Забравшись в тёплый экипаж, мы принялись болтать без умолку. Профессор поглядывал на нас из-под полуприкрытых век и довольно улыбался.

Зимний Аурвиль был не менее прекрасен, чем осенью. Казалось, сама зима с любовью укутала этот городок в пушистое снежное одеяло. Крыши уютных, будто игрушечных, домиков накрыли тяжёлые белоснежные шапки, а с кружевных карнизов свисали гирлянды прозрачных сосулек, переливающихся в свете дня, словно хрустальные кинжалы. Из каминных труб весело струился дымок, растворяясь в хрустально-морозной выси.

Цветы на приусадебных участках, сберегаемые до весны заботливой рукой местных магов, были заботливо укрыты прозрачным ледяным саркофагом. Каждый бутон, каждый стебелек казался высеченным из чистого хрусталя, искрясь и играя на солнце миллионами радужных бликов.

С наступлением сумерек город преображался в настоящую сказку. Деревья, дома и даже фонарные столбы вспыхивали тысячами разноцветных огоньков, затейливо сплетенных в причудливые узоры многочисленных гирлянд. Их отражение танцевало на белоснежном покрове, создавая ощущение, что весь город парит в сияющем облаке. Витрины магазинов, украшенные серебристым инеем и алыми лентами, празднично поблескивали, заманчиво демонстрируя товары и зазывая прохожих окунуться в праздничную суету.

На центральной площади бродячий цирк показывал представление. Дрессированные собачки, забавные обезьянки, фокусники и гимнасты веселили народ. Мы остановились позади толпы зевак и даже успели посмотреть кусочек представления.

Маленькая обезьянка корчила смешные мордочки, потешая публику, танцевала под музыку и ловко складывала монетки в небольшой карманчик своей курточки. На просьбы хозяина отдать монетки, она показывала язык и отбегала на безопасное для себя расстояние.

Вволю насмеявшись, мы зашли в один из магазинчиков, где продавались бесподобные платья. Я в восхищении раскрыла рот, а Анита, не теряя зря времени, схватила уже пару моделей и скрылась в примерочной. Я не торопилась мерить на себя всё подряд. Обойдя магазин, я остановила выбор на простом нежно-зелёном платье в пол. Оттенок ткани хорошо сочетался с моими медовыми волосами и золотисто-карими глазами. Вырез, отделанный рюшами, подчёркивал соблазнительную ложбинку на груди. По талии платье перетягивалось тонким пояском. По подолу в три яруса располагались такие же, как и на декольте, рюши. На мой взгляд, просто и красиво.

Платье село как влитое. Профессор Де Кроу похвалил мой выбор, подруга тоже была в восторге. Она, в свою очередь, отдала предпочтение ярко-синему платью, которое очень шло к её огненно-рыжим волосам. В отличие от моего, оно было длиной до колен и выгодно подчёркивало длинные стройные ноги Аниты. Довольные покупками, мы отправились в обувной магазин, чтобы подобрать подходящие туфельки.

На полках было такое изобилие товара, что глаза разбегались. Вот только странно, все они были словно на одну ногу. Я удивилась этому, но спросить постеснялась. Мы переходили от одного стеллажа к другому, не зная на чём остановиться. Выручила нас миловидная девушка, представившаяся работницей магазина. Посмотрев наши платья, она с лёгкостью подобрала нам по паре туфель, которые отлично подошли к нарядам и удобно сидели на ноге. Оказывается, как только туфли попадали на ногу, они тут же принимали форму стопы, надевшего их. Поблагодарив девушку за помощь и рассчитавшись за покупки, мы вышли из магазина.

Оставив свёртки с обновками в экипаже, мы пешком отправились в кондитерский магазинчик, чтобы немного полакомиться сладостями. На этот раз я не стала скупать всё безразборно, а взяла лишь особенно понравившиеся мне десерты и новинку, чтобы попробовать. Аните определиться с выбором было гораздо проще, ведь она выросла в этом мире и у неё чётко сформировался список любимых лакомств.

Насладившись вкусняшками, мы взяли пару коробочек с собой и пошли к экипажу, который ждал нас на противоположной стороне площади. Идя вдоль витрин мы заглядывали в них, чтобы получше рассмотреть, что там продаётся. За стеклом одной из витрин маняще поблёскивали украшения. Я вскинула взгляд на профессора Де Кроу, и он одобрительно кивнул в ответ. Мы осторожно вошли в ювелирную лавку, стараясь ничем не нарушить царящий в ней покой и уют. На мягких бархатных подушечках красовались серьги, кольца, браслеты, колье, заколки и ещё много-много всяких украшений. Профессор Де Кроу попросил разрешения подобрать для меня что-нибудь на его вкус. Я согласилась и не пожалела. Профессор купил для меня скромный, но довольно изящный гарнитур, который состоял из серёжек с изумрудными камешками и такой же подвески на золотой цепочке. В последнее время мне часто приходилось снимать свой кулон в виде рыси, чтобы кто-нибудь ненароком не заметил его. Вот и на бал придётся пойти без него, а подвеска станет отличной заменой.