Чтение онлайн

И всё же я продолжала смотреть на спящего безмятежным сном Ника, одновременно умиляясь и восхищаясь его умением преспокойно засыпать в любой ситуации, чего бы не случилось.

Он зашевелился, словно почувствовав мой взгляд, и уже через пару секунд распахнул глаза. Какое-то время смотрел на меня, пытаясь понять, сон это или уже явь, а после улыбнулся. Я же не нашла в себе силы улыбаться в ответ.

– Сколько сейчас времени? – спросил он хрипло, откидывая одеяло. От Ника веяло теплотой, и мне захотелось к нему прижаться, лечь рядом, просто обнять. Но я не могла этого себе позволить.

– Скоро уже стемнеет, - я закусила губу, чтобы не выдать своих чувств, ведь нам обоим сейчас следовало придерживаться нейтральных отношений.

– Главное, не опоздать на собрание…

Он поднялся, случайно задев меня, и тут же коснувшись рукой моего плеча уже намеренно:

– Больно?

От его искреннего участия и внезапного прикосновения моё лицо вспыхнуло, а сердце забилось чаще. Я хотела что-то сказать, но наши взгляды встретились, да так и зацепились, сплелись в один тугой узел, из которого не было сил вырваться. В его глазах плясали искры - то ли от слабого света лампы, стоящей на тумбе, то ли от чего-то другого, тлеющего глубоко внутри. От того самого, что заставляло мое дыхание сбиваться, а кожу под его пальцами гореть, будто от прикосновения раскаленного металла.

– Не больно, - прошептала я, и голос мой прозвучал хрипло и чуждо. Это была неправда. Мне было больно. Невозможно больно от этой близости, от этой запретной тяги, что разрывала меня изнутри. Каждая клетка тела кричала, требовала сократить это расстояние, прижаться к нему, забыться в его тепле и забыть обо всем - о боли, о потере, о долге.

Его рука никуда не делась. Большим пальцем он провел по моей ключице, едва касаясь кожи, и по спине пробежала мелкая дрожь. Это было мучительно. Невыносимо. Сладостная пытка, от которой я теряла голову.

– Росали, - его голос прозвучал тихо, но выразительно, и я знала, что он хотел мне сказать, произнеся лишь только одно моё имя.

Николас наклонился ко мне. Медленно, давая мне время отстраниться, отказаться, убежать. Но я была парализована, пригвождена к месту его взглядом и своим собственным предательским желанием. Его дыхание коснулось моих губ, согрело их. Всё во мне рвалось навстречу ему. Вся моя израненная душа, всё тело, изголодавшееся по ласке и утешению, молило об этом миге забвения. Руки сами потянулись к нему, чтобы вцепиться в плечи, притянуть его ближе, стереть эту последнюю предательскую дистанцию.

И в самый последний миг, когда его губы уже почти коснулись моих, из самой глубины, из-под пластов этого опьяняющего влечения, поднялось другое чувство. Острое, режущее, словно лезвие, чувство вины. Лик Себастьяна, его улыбка, его взгляд… Предательство. Чудовищное, низменное предательство его памяти!

Я рванулась назад, как ошпаренная, толкнув Ника в грудь ладонями. Сердце бешено колотилось, вырываясь из груди, в глазах потемнело от резкого движения и нахлынувшего стыда.

– Нет!
– это прозвучало слишком резко, но так было даже лучше. – Нам нельзя. Мы не можем…

Николас замер, его лицо исказила гримаса боли и понимания. Он не стал спорить, не попытался удержать. Он просто смотрел на меня, и в его взгляде читалась та же мука, что терзала меня изнутри. Мука желания, которому не суждено было исполниться. Он все понимал. И от этого было еще больнее.

Ник медленно опустил руки и отступил на шаг, давая мне пространство, которое сейчас было мне нужно больше воздуха. Разделявшая нас пропасть, холодная и непреодолимая, снова раскинулась между нами.

– Прости, - выдохнул он, и это было хуже, чем если бы Кот просто обиделся.

Я лишь покачала головой, не в силах вымолвить ни слова, и, развернувшись, почти побежала прочь, спасаясь от него, от себя, от этого невыносимого влечения, которое грозило уничтожить нас обоих.

Нужно срочно было заняться насущным делом, чтобы выгнать из головы этот сладкий изъян, что сейчас мешал жить на обоим.

Ума не приложу, когда и как Кот успел организовать собрание наших сторонников – сообщников сопротивления, но тем не менее в назначенном им месте собралось не менее сотни человек. Здесь были представители самых разных рас и возрастов, среди которых я приметила и вампиров. Значит, не все разделяли взгляды Вааланта и готовы были нам помочь. Хотя, я ведь и сама теперь относилась к этому виду, а потому удивляться не должна была.

Когда мы вошли в относительно небольшое, тёмное полуподвальное помещение, каждый из присутствующих поднялся со своего места, и я услышала шёпот этих людей.

«Королева… наследница… сама принцесса Росали!» – то и дело повторяли они, а после самый смелый начал скандировать моё имя в полный голос. Его подхватили остальные, и я буквально растерялась, не зная, как мне на это реагировать. Потому как ни наследницей трона, ни уж тем более будущей Королевой, я себя не ощущала. Хорошо, что Николас был рядом. Он видел моё робкое смущение и то, что я буквально нахожусь не в своей тарелке. Он быстро успокоил скандирующих, подняв руку вверх и призывая тем самым к тишине.

– Довольно! – громко произнёс он, перекрывая все прочие голоса, и люди его послушались. Затем Ник продолжил. – Как вы все, наверное, уже знаете, погиб Себастьян – наш глава и просто очень хороший друг. Он был предательски убит в спину Айлиан – любовницей и сообщницей Вааланта, которую мы ранее считали непричастной к деяниям главного вампира. И вот итог. В этом есть и доля моей вины, ведь, разузнай я об этом раньше, то не позволил бы Волку так бездарно умереть…

Голос его дрогнул, и я буквально почувствовала боль Николаса, скорбевшего по своему другу. Но он быстро взял себя в руки.

– Но мы живы, друзья! – тон, которым Ник произнёс эти слова, вновь стал стальным, несгибаемыми, и это воодушевило смотрящих на него людей. – Я жив, и я клянусь, что Ваалант ответит за содеянное и лишится головы! А законная наследница трона Дарксила займёт своё место и будет править честно и справедливо!

Одобрительные возгласы посыпались на нас со всех сторон, но они тут же были перекрыты оглушительным грохотом. Казалось, небо обрушилось на крышу помещения, в котором мы находились. Освещение погасло, и в следующее мгновение его заменил ослепительный, режущий глаза белый свет, будто разом взорвалась сотня петард. Со скрежетом и грохотом рухнула часть потолка, засыпав всё вокруг клубами едкой известковой пыли, перемешанной с дымом.

Началась паника. Крики ужаса, проклятия, звон оружия - всё смешалось в оглушительном хаосе. В дымовых разрывах я видела силуэты - высокие, стремительные, безжалостные. Они падали с образовавшихся проломов, словно тени, рождённые самим адом. Вампиры Вааланта. Они нашли нас.

– Ко мне! Прикрыть наследницу!
– заревел Николас, выхватывая клинки, с которыми не расставался после смерти Волка. Но его голос утонул в общем гуле.

Я увидела, как старый вампир из нашей группы, секунду назад кивавший нам, рухнул на колени, с пронзённой серебряным клинком грудью. Как молодая девушка-оборотень вцепилась в горло одному из нападавших, но тут же была сбита с ног ударом в спину. Кровь, тёплая и липкая, брызнула мне в лицо.