Чтение онлайн

Они молча принялись облачать меня в этот шедевр портновского искусства, сотканный из ненависти и лицемерия. Платье было великолепно, в этом не было сомнений. Оно было сшито из тяжелейшего атласа цвета слоновой кости, отливавшего при свете жемчужным блеском. Кружева, тончайшие, словно паутина, были прошиты серебряными нитями, складываясь в сложнейший узор из колючих роз и шипов - любимый, утомительно повторяющийся мотив Вааланта. Лиф, утягивающий до невозможности, был усыпан мелкими бриллиантами и сапфирами, холодно сверкавшими, как слезы. Юбка, пышная и многослойная, тянулась длинным, громоздким шлейфом, который должен был нести кто-то из прислуги. Платье было столь же прекрасным, сколь и неудобным, столь же роскошным, сколь и чуждым мне. Это был не мой наряд. Это была очередная дорогая клетка, сшитая по меркам моего тюремщика.

Затем женщины возложили на мою голову фату. Не воздушную и легкую, а из плотного, узорчатого шёлка, затканную серебряными нитями и усыпанную жемчугом. Она была тяжела, как забрало, и так же эффективно скрывала моё лицо, мой истинный взгляд, полный ненависти и презрения. Последним аккордом стали туфли - изящные лодочки того же цвета, что и платье, на невероятно высоких и абсолютно неудобных каблуках, заставлявших меня чувствовать себя куклой на ходулях.

Я стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. Чужая невеста в чужом платье. Икона стиля и скорби. Внешне - идеальная картинка для больного тщеславия Вааланта. Внутри - гнев, кипящий под слоями дорогой ткани, готовый разорвать все эти шелка и самоцветы в клочья.

Одна из служанок, с глазами, пустыми, как у мертвой рыбы, попыталась мне улыбнуться, но вышло криво.- Ты выглядишь восхитительно…

Я медленно повернула к ней голову, и фата с шелестом скользнула по плечу.- Не неси чушь, - тихо произнесла я, и в моем голосе не было ни страха, ни смирения, лишь ледяная сталь вновь обретённой силы.
– Или я наряжу тебя в это «восхитительное» платье сама, пришив его к твоей коже.

Она отпрянула, и в её глазах мелькнул настоящий, животный страх. Другие вампирши, почуяв это, отступили назад, с неприязнью глядя на меня. Но мне было всё равно. Они выбрали не ту сторону, а, значит, вскоре должны были погибнуть. Игра была окончена. Теперь начиналась охота.

– О, ты и впрямь прекрасна, Росали! – я, хоть и обладала вампирским чутьём и слухом, но не успела засечь, когда Ваалант явился сюда по мою душу.

Он уже был при параде, и его вид заставил даже моё заледеневшее сердце сжаться от чёрной, совершенной ненависти. Это не был просто костюм. Это была униформа тирана, тщательно продуманная до последней детали, чтобы внушать трепет и напоминать о его власти.

Он облачился в глубокий, угольный бархат, поглощавший свет, словно бездонная пропасть. Камзол, идеально сидевший на его поджарой фигуре, был оторочен по краям тончайшей полосой алого шёлка цвета свежей крови. Такой же красный шёлковый жилет проглядывал из-под камзола, контрастируя с белоснежной рубашкой из дорогущего батиста. Но самым отвратительным акцентом был плащ-накидка, короткий, до колен, подбитый алым атласом и закреплённый на одном плече массивной серебряной брошью в виде стилизованной летучей мыши с рубиновыми глазами.

Его осанка, его самодовольная улыбка, холодный блеск глаз - всё кричало о непоколебимой уверенности в своей победе, в том, что я - всего лишь ещё один трофей, который вот-вот перейдёт в его полную собственность.

– Ну что, моя дорогая невеста, - его голос, сладкий и ядовитый, прозвучал как скрежет стали.
– Готова к тому, чтобы наконец занять подобающее тебе место? Рядом со мной. В вечности.

Он сделал шаг вперёд, его рука в чёрной перчатке протянулась, чтобы коснуться моей щеки под фатой. Но я отшатнулась, и моё движение заставило зазвенеть жемчуга на моей фате.

– Не прикасайся ко мне, - выдохнула я, и каждое моё слово прозвенело натянутой стрелой в возникшей тишине комнаты.

Его улыбка не дрогнула, лишь в глазах вспыхнул знакомый опасный огонёк раздражения и жажды обладания.- Какой пылкий нрав. Он сослужит тебе хорошую службу… в наши долгие ночи. Но сейчас - время для церемонии, Росали. Пойдём. Нас ждёт публика.

Он повернулся, его алый подбой плаща эффектно взметнулся вверх. Я помедлила, чувствуя, как новая, материнская сила бурлит во мне, требуя выхода. Пусть он сейчас ведёт меня на эту фарсовую свадьбу. Скоро роли поменяются. И он узнает, что значит вести на заклание ту, в чьих жилах течёт кровь королевы Теней!

Наша с Ваалантом свадебная процессия больше напоминала перевод заключённого, то есть, меня, по замку Князя Тьмы, который, упоённый своим тщеславием, метил в короли. Он держал меня под руку и натянуто улыбался, всем своим видом изображая счастливого жениха. Для чего ему это понадобилось, я не знала. Но в скором времени собиралась стереть эту улыбку с его лица.

Слуги и подельники вампира, вытянувшись в шеренгу, молча приветствовали нас хмурыми неприветливыми взглядами, но мне было на это плевать. Сила медленно закипала внутри меня, терпеливо ожидая своего часа. Она давала мне не только физическую силу, но и вселяла полнейшую уверенность в том, что я справлюсь.

Мы миновали бесконечные мраморные коридоры, спустились по широкой лестнице, чьи ступени были высечены из чёрного базальта, и вышли на огромную площадь перед замком. Здесь, под свинцовым небом уходящего дня, когда солнце уже не имело над нами силы, собралась вся придворная свора Вааланта - вампиры в дорогих одеждах, наёмники с холодными глазами, прислуга. И вездесущий Совет, требующий от Вааланта этого проклятого брака, чтобы признать его законным королём Дарксила. Их шепот, полный злорадного ожидания, гулом достиг моего обострённого слуха.

И тогда я увидела его.

В центре площади, на возвышении, был врыт толстый деревянный столб. К нему, раздетый по пояс, был прикован Николас. Его тело было исполосовано свежими кровавыми рубцами и следами пыток, голова бессильно склонилась на грудь. Но когда наша процессия приблизилась, он с нечеловеческим усилием поднял взгляд.

Наши глаза встретились. В его, помутнённых от боли, мелькнуло невыносимое страдание, жгучий стыд и… сожаление. Видимо, он винил себя за то, что не смог меня уберечь. Я же, напротив, в данный момент была рада, что всё так получилось, и я наконец встретилась с матерью, пусть и ставшей призраком в замке Вааланта. И оружие, которое она вручила мне, было сейчас бесценным сокровищем по пути к новому миру.

Но глядя на страдания Кота, что-то холодное и острое сжалось у меня внутри. Сила внутри меня взбурлила, требуя выхода, требуя мести.

Ваалант, не отпуская моей руки, с торжествующим видом подвёл меня к самому краю площадки, чтобы все могли разглядеть нас.- Идеально, не правда ли, моя дорогая?
– прошептал он мне на ухо, и его дыхание, холодное, как могильный склеп, обожгло кожу.
– Твой свадебный подарок. Я обещал, что он умрёт у тебя на глазах. И умрёт… медленно. Я хочу, чтобы ты запомнила раз и навсегда, что бывает с теми, кто вздумает перейти мне дорогу.

Он сделал знак рукой. Один из стражников шагнул к столбу с длинным, зазубренным ножом. Другой принёс жаровню с тлеющими углями, в которой уже раскалялся докрасна металлический прут. Ник закричал, подвергнутый страшной пытке.

И в тот миг я осознала: Ваалант не станет ждать окончания церемонии. Он прикажет зажарить Николаса заживо, медленно, кусок за куском, на моих глазах. Но я не могла этого допустить.

На миг прикрыв глаза, я воззвала к образу Себастьяна и Лиззи, мысленно попросив у них поморщи. А ещё я вспомнила лицо Жоржетты и других призраков, что жили на чердаке Академии Мрака, и всех убитых и замученных Ваалантом людей, о которых я узнала позже. И всё же я отчётливо понимала, что бремя борьбы теперь легло на мои и только мои плечи. Я не смогла защитить свою подругу и любимого, но я могла отомстить за них и тем самым сберечь их память. А ещё я должна была постараться ради Кота, ведь он, как я уже поняла, стал мне бесконечно дорог, и я не могла лишиться ещё и его.