Чтение онлайн

«Да бог ты мой…» — подумал Циян, закатив глаза.

[Можно я буду звать вас Лу Ман[1]?]

«Нет! — Он хлопнул дверь и решительно направился в другой конец коридора, подумав, что просто свернул не в ту сторону. — Да быть не может», — подумал он, открыв дверь в, очевидно, кабинет.

Стены, цвета чуть белее топленого молока, создавали атмосферу спокойствия и умиротворения, прекрасно сочетаясь с потолком и полом из красного дерева. Они были украшены картинами в технике гохуа, одна из которых, висевшая между двумя стеллажами, изображала трёх воинов — верхний был с мечом, а двое под ним с веерами. Зацепившись взглядом за это панно, Циян не удержался и переступил порог, чтобы присмотреться поближе и признал, что изящные чёрные линии туши изображали его и братьев Му. Уголки губ приподнялись сами собой, а на сердце потеплело. Циян решил потратить чуть-чуть времени, чтобы осмотреться, рассчитывая заметить ещё что-нибудь интересное.

Взгляд сразу уперся в массивный стол с резными ножками, полупрозрачная лаковая отделка которого позволяла увидеть уникальный природный рисунок дерева. Подойдя, Циян усмехнулся, не увидав на поверхности ни пылинки, а, обернувшись, отметил, что даже бесчисленное число склянок, записей, фигурок и украшений на стеллажах стояли будто бы на одной линии и казались только что купленными.

— Му Шу, ты невероятный аккуратист, — прошептал Циян, тепло улыбаясь. — Напоминаешь Сю Фэна, педантичность которого всегда впечатляла Фэй. — С губ сорвался смешок, когда он вспомнил их общего знакомого из прошлой жизни.

Сю Фэн учился с ними в одном университете на том же направлении, что и Циян, но в другой группе. Как-то так вышло, что они с ним часто пересекались, особенно во время спортивных занятий на стадионе. Одежда этого парня, вплоть до спортивных футболок, которые принято небрежно бросать в сумку, была идеально выглажена, а черные волосы всегда коротко пострижены под одну длину. Он обожал баскетбол и каждый раз либо идеально попадал, либо идеально не попадал, сразу ударяя мимо без длительных прогулок мяча по краю кольца, после которых тот падал мимо. Цияну этот парень нравился, особенно он любил у него списывать, ведь идеальный почерк Сю Фэна казался даже понятнее того, что печатался в книгах и на детали и разъяснения этот парень никогда не скупился, если речь шла о письме. В разговоре же он был скуп на лишние фразы, как и Му Шу.

Вспоминая университетскую жизнь, лицо прогуливающегося по кабинету Цияна сначала украшала легкая улыбка, но она быстро померкла, стоило воспоминаниям метнуться к другой важной детали его прошлого — к семье.

— Мама… папа… — Замерев перед открытой дверью, он поморщился. А после замахал рукой, словно отгонял мух, на деле прогоняя из мыслей навязчивые образы родных и близких. Об этом не стоило думать, ведь система давно сказала, что пути назад нет и теперь для него это лишь минувшее прошлое… Он не вернется и родных не вернёт…

Тяжело вздохнув и потерев ладонью лоб, Циян растерял всякое желание разнюхивать что-то в чужом кабинете, поэтому покинул его, тихо притворив дверь, и по наитию вошел в комнату напротив.

Она оказалась той самой гостевой спальней, в которую он стремился изначально, что вызвало вздох облегчения. Комната была оформлена лаконично в светло-коричневых, зеленых и бежевых тонах. Циян прошелся по ней, скользнув подушечками пальцев по гладкой поверхности письменного стола, стен, шершавой — вещевого сундука и, дойдя до кровати, рухнул на нее лицом вниз, раскинув руки и ноги, как морская звезда.

— Опять ни пылинки, хотя спальня наверняка пустовала месяцами, — пробурчал он в подушки, от которых пахло свежестью, словно белье застелили вчера. Наволочка была прохладной и мягкой, отчего утыкаться в неё лицом было одно удовольствие и, если бы не затрудненное дыхание, Циян бы заснул в такой позе.

Разочарованно застонав, он перевернулся на спину и свесил ноги с края кровати, чтобы не пачкать покрывало, так как разуваться не собирался. Прикрыв глаза сгибом локтя, Циян глубоко вдохнул свежий воздух, который в чужом доме оставался прохладным даже когда на улице царило лето и жарко было даже ночью. За окном стемнело, и комната погрузилась во тьму, отчего Цияна начало неумолимо клонить в сон.

Он даже не понял, как потерял связь с реальностью и сколько времени прошло к моменту, когда его разбудило мягкое и горячее прикосновение к шее. Поцелуй был таким нежным и приятным, что хотелось ощущать его вечно, поэтому Циян как-то не подумал сопротивляться, лишь блаженно замычал.

— Тебе нравится то, что я делаю? — нежный шепот закрался в ухо и губы продолжили порхать, выцеловывая каждый уголок светлой нефритовой кожи полусонного лекаря, местами оставляя алые отметины. Их прикосновения были то ощутимыми, то невесомыми, словно крылья бабочки, случайно задевшие тебя.

Горячая волна мурашек прошла от затылка Цияна до поясницы, вынудив оторвать её от постели и слегка прижаться к чужому телу, даже потереться о него.

— М-м… — замычал он вместо ответа, а сам подумал: «Что за?..» — всё ещё не принимая никаких действий к сопротивлению.

Ситуация была двоякой. С одной стороны, он вроде бы понял, что его сейчас целовали без разрешения и должен был воспротивиться этому даже во сне, но отчего-то ни разум, ни тело не желали предпринимать хоть что-то. Всё происходило столь естественно, будто он сам попросил об этом. Поцелуи казались знакомыми, как и жар чужой кожи, будто с ним находился избранный им человек, а не кто-то неизвестный. Циян оказался скован чужим влиянием, его тело стало податливым и жаждущим лишь одного — ласки.

Он ахнул, когда мочку уха несильно прикусили и чьи-то пальцы впились в бедро так, словно заявляли право на собственность. Горячие губы накрыли его прохладные, вышибая из головы последние мысли. Скользкий язык проник в рот, делая поцелуй глубоким и влажным. Громким и возбуждающим, отчего сразу стало очень тесно в штанах. Чужая ладонь закралась под верхние одежды, планируя добраться до нижних, где достоинство Цияна болезненно пульсировало, налившись кровью.

Чужие пальцы обхватила его и сжали, позволив его полному наслаждения стону вылиться в чужой рот.

[Внимание, ваша память атакована. Кто-то пытается вторгнуться в ваши воспоминания]

«Ох, система, я занят», — отмахнулся Циян, сладострастно целуя горячие уста и скользя ладонями по чужой тонкой талии, скрытой под слоями мягких одежд.

[Зафиксирован ритуал проникновения в память. Внимание. Зафиксирован ритуал проникновения в память]

«Ну, ритуал проникновения тут точно скоро произойдет», — с тихим смешком подумал Циян, позволив чужим губам спуститься ниже — к его груди.

Он ахнул, когда ладонь в штанах ускорила свои движения, а пальцы сжали бархатную плоть сильнее, принуждая её гореть от возбуждения.

[Прервите ритуал. Прервите ритуал. До успешного завершения ритуала осталось 10… 9]

— Мхм, — Циян дёрнулся, когда его сосок игриво прикусили.

Раздался тихий смешок и слова:

— Реагируешь как прежде.

[До успешного завершения ритуала осталось 8…7. Прервите ритуал. До успешного завершения ритуала осталось 6…4]

— Почему ты так похож… — в чужом хриплом голосе звучало необъяснимое раздражение.