Чтение онлайн

Если смогу.

Если не получится — свалю через разлом.

Выдолбить нишу в ледяной стене оказалось проще, чем думал. Нож Зверолова резал лёд как масло, белое пламя плавило края, создавая гладкие срезы. Показавшийся за льдом камень не был особенно прочным. При должном усердии я могу хоть кулаками его крошить. Сейчас я работал неспешно, даже не вкладывая характеристики. Стружка сыпалась вниз, оседая на полу тонким слоем инея.

Через час работы ниша была готова. Два метра в глубину и достаточно широкая, чтобы поместиться сидя. Расположение — идеальное. Прямо под потолком, спрятано за сталактитами, но всё равно отсюда открывался обзор на весь зал и на разлом подо мной.

Я затащил туда несколько крупных ледяных глыб (спасибо системным сумкам). Забаррикадировался ими изнутри, оставив лишь узкую щель для обзора. Проверил — из зала меня практически не видно. Только если специально искать.

Паук Мау всё ещё лежал там, где я его оставил. Обездвиженный и не раз покалеченный мною. Регенерировал, уродец, что ж поделать. Сейчас я подготовился, и его полоска здоровья держалась на паре процентов.

Я устроился в нише, прислонившись спиной к ледяной стене. Холод, пробиравший через броню, меня не смущал. Не спуская глаз с паука, думал, не упустил ли я какую-то деталь и не станет ли мой план похоронным исполнением.

План был рискованным. Золотые разломы могли выплюнуть что угодно. Крушителей вроде тех, что оторвали мне руку. Или что-то гораздо хуже. Но другого варианта набрать силу быстро у меня не было.

Сконцетроравшись, выстрелил в Мау Разрушением Пустоты, и, убедившись, что Источник Зла уничтожен и первый разлом тут же проявился в пространстве с противоположной от моего стороны, спрятался за глыбой.

Не знаю, оценивала ли Система благородство и самоотдачу и противоставляла ли её хитрожопости, но это ведь тоже своего рода охота, получается…

Я сидел в темноте, прижавшись спиной к ледяной стене своего укрытия. Ничего не видел даже в Древней Форме. Ледяные глыбы, которыми забаррикадировался, полностью перекрывали обзор — я сам их так поставил, чтобы меня не заметили. Осталась только узкая щель снизу.

Зато слышал очень хорошо и представлял, что там происходит.

Внизу началась мясорубка.

Сначала — рёв. Глубокий, утробный, от которого лёд под моей спиной мелко задрожал. Затем ответный вой — высокий, визгливый. Хруст. Плеск чего-то жидкого. Снова рёв, но уже оборванный, захлебнувшийся. И это было только самое-самое начало.

Пока начиналось — подумал о том, почему Система попросту не откроет все эти разломы друг в друга и не покончит с Источниками Зла раз и навсегда…

Звуки накладывались друг на друга. Шипение, рычание, треск ломающихся костей. Что-то массивное билось о стены — ледяная пещера гудела от ударов, которые отдавались вибрацией в моём убежище. Сталактиты падали с потолка, но даже не долетали до ледяного пола.

Я слушал, стараясь не дышать слишком громко. Представлял, что творится там, в нескольких метрах подо мной. Монстры золотого и серебряного ранга рвали друг друга на куски. Каждый звук рисовал свою собственную картину у меня в голове — вот кто-то распорол кому-то горло, судя по фонтану брызг, слишком уж характерный звук. Вот несколько чудовищ придавили к стене, раздавили — хруст был слишком характерным.

Время тянулось. Я попытался отвлечься. Достал из инвентаря телефон — последняя вещь с Земли, которую не выкинул. Включил экран. Батарея мигала — три процента. Связи, естественно, никакой. Просто кусок мёртвого пластика и стекла, и зарядить его было некому в Поселении. Сказывалось несоответствие технологий.

Полистал фотографии в последний раз. Всё это казалось таким далёким, нереальным. Будто из другой жизни. Вспомнил про способности Архива только сейчас, активировал опцию:

[Скопировать информацию с [Телефон]? Да/Нет]

Предупреждения о недостаточном интеллекте не последовало. После того как я подтвердил системку, ничего не произошло. Глянул в Архив — туда добавились все файлы с устройства. Нормально.

Телефон моргнул и погас. Батарея села окончательно.

Я убрал его обратно в инвентарь.

Внизу что-то взорвалось. Не в прямом смысле — скорее, лопнуло с оглушительным хлопком, будто натянутую до предела кожу разорвали разом. Волна давления ударила вверх, и мои глыбы качнулись. Я придавил их ногой, боясь, что укрытие откроется вовнутрь.

Звуки продолжались. Я жалел, что у меня нет эндоскопа. Хоть краем глаза посмотреть, что творится там. Буквально руку бы отдал за возможность увидеть происходящее.

Мысль эта пришла сама собой, и я тут же поморщился, выкидывая её к чертям собачьим. Нет уж, хватит. Руку отдавать — это больно. Очень, очень больно. Я ещё помнил ощущение, когда Крушитель оторвал мне конечность. Память была свежей, и фантомные боли до сих пор иногда отдавались в плече.

Надо было одну из системных сумок техникой забить всяческой. Никогда не знаешь, что пригодится.

Мне показалось, что бой снизу начинает заканчиваться, но ощущение это длилось ровно две секунды. Его тут же перекрыл рёв такой мощи, от которой волосы на затылке встали. Затем раздались звуки, похожие примерно на такие, будто сырым мясом по доске для нарезания бьют. Звуки стали ещё более ожесточёнными. Кто-то выл так, будто его заживо рвали на части. Вой обрывался, возобновлялся, снова обрывался. Наверное, так и было — рвали по кускам, а жертва регенерировала, только чтобы её рвали снова. Или жертв попросту было много.

Я попытался помедитировать. Закрыл глаза, хотя в темноте это не имело значения. Погрузился внутрь себя. Ядро вращалось ровно, успокаивающе. Шесть точек-квинтэссенций мерцали тускло, вполне ощутимые.

Сосредоточился на Охотнике. Попытался сдвинуть. Точка дрогнула, но не поддалась. Слишком отвлекали звуки снизу — очередной рёв, переходящий в захлёбывающийся хрип, заставил вздрогнуть. Что-то там умирало. Медленно и мучительно, колотя при этом в стену примерно подо мной.

Бросил попытки медитировать. Достал провизию. Спасибо инвентарю за его стазис — похлёбка не остыла. Вкусно, хотя звуки и запахи снаружи не прибавляют особенного аппетита.

Я подумал о том, чтобы поспать. Серебряному рангу хватило бы пары часов для восстановления сил. Но звуки мешали. Невозможно было отключиться от этого бесконечного концерта смерти. Рёв, визг, хруст — всё это въедалось в мозг, не давало расслабиться.

Хотя желание было. Усталость накапливалась, несмотря на усиленное тело. Веки тяжелели. Но каждый раз, когда начинал проваливаться в дрёму, очередной удар или вопль дёргали обратно в реальность. Особенно доставал один монстр — судя по звукам, что-то змееподобное. Оно шипело так пронзительно, что в ушах звенело даже через толщу льда.