Чтение онлайн

Система, скажи, за что мне это? «Я больше так не буду», блин. Я… Я ведь шутил про детский сад. Можно не надо, а?

Лена взглядом, кажется, хотела разорвать Марину на атомы. Повернулась ко мне — и в её взгляде промелькнула теплота, тут же, впрочем, сменившись беспокойством:

— Это не опасно, Никит? Может, изолируем её? В погребе холодно, а вот подполье вполне подойдёт.

— Угу, — буркнула Юля. — А то Илья, пока представлялся, чуть слюной не захлебнулся. Он на ней мысленно уже раз пятьсот женился, наверное. Она пальчиком поманит — он без всяких навыков нас грохнет и убежит с ней в закат. Кобелина.

Юля покраснела, как помидор. Илья, кстати, тоже. А вот с ответом он нашёлся не сразу.

— Кузнецова, ты… Ты охренела, что ли? Да я…

— И Олег такой же! — рявкнула Юля. — Только Миша у нас молодец! И дядя Никита!

Пятница спорить не стал, только потупил глаза.

Я громко хлопнул в ладоши:

— Спокойно, ребят. Своё наказание Марина ещё получит. И сейчас, когда мы знаем о её способностях, они уже не так опасны. Навык работает на слабых волей. Я уверен: среди вас таких нет. Присматривайте за Мариной, она у нас на испытательном сроке. И ещё одно: просто учтите, что действовала она так из-за испуга. В других обстоятельствах, может быть, и не глупила бы настолько сильно. Но, других обстоятельств не предвидится. Люди совершают ошибки, у людей это вообще любимое занятие. Пока что она заслуживает второй шанс. А не оправдает наше доверие…

Я бросил на Марину тяжёлый взгляд.

— … что же, она знает, что тогда её ждёт.

Девушка поёжилась и удручённо кивнула.

— Всё, расходимся по делам. Марин — иди в дом. Тебе отлежаться надо, завтра много работы.

— Можно в туалет? — пискнула она.

— Давай.

Я бросил короткий взгляд в спину удаляющейся девушки.

Перед выходом из дома я сказал ей кое что ещё:

— Не смей пудрить голову пацанам, Марин. Они мелкие ещё, мозг легко на второй план может отойти. Если почувствую, что что-то не так…

А она вдруг тихо засмеялась.

— Ты не понял? — хмыкнула она. — Теперь… Теперь ты мне нравишься только больше. Я не отступлюсь. Тебе не нужна красивая статусная мордашка? Значит, я стану не просто статусной мордашкой — и ты всё-равно будешь моим. Без всяких навыков и хитростей, сам. Я стану лучше и полезней твоей Лены — даже если мне придётся просто домохозяйничать с вами. А ещё… Когда навык сработал, мне всё понравилось.

И она мне самым наглым образом подмигнула.

Я упёрся плечом в косяк, бросил на неё полный скепсиса взгляд.

— Хочешь, скажу тебе тогда кое-что важное?

— И это мне поможет? Конечно, хочу!

— Думай о другом, Марин. Не о безопасности, не о моей спине, за которой можно спрятаться. Доброслав научил тебя бояться. А мои ребята… Они не боятся, они идут вперёд. Ты помнишь чувство беспомощности, когда очнулась в кровати связанная и полуголая? Помнишь, как тебя пугал Доброслав? Его твари?

Она помрачнела, но кивнула.

— Я не строю на твой счёт иллюзий — ты в первую очередь думаешь не о группе, а о себе. И эта не то, что нам нужно, чтобы выжить. Появится интересный мужик, которого можно окрутить — и ты упорхнёшь от нас. И хорошо, если ещё и в спину не ударишь.

— Я!..

— Не такая? Подумай хорошо и ответь хотя бы себе, так ли это на самом деле. Самообман — тоже обман. Но я бы хотел, чтобы ты осталась с нами. У твоих навыков есть потенциал. Он раскроется не скоро, не в этом лесу — но раскроется. Подкладывать тебя в постель мужикам не собираюсь, не волнуйся. Система на десятом уровне обещает специализации — и там, возможно, будут пути без секса. Просто — контроль над разумом.

Она впилась в меня глазами. Спросила:

— И если я такая непостоянная дрянь с потенциалом — зачем мне вы? Я для вас так и буду чужачкой, которая хотела вероломно трахнуть непогрешимого тебя. Опасной и непредсказуемой.

— С нами ты тоже можешь перестать бояться, — ответил я просто. — Никакой беспомощности, никакого страха, твоя судьба — в твоих руках. Контроль не над слабовольными через навыки, а контроль над своей жизнью. Настоящая сила. А ещё — семья. Люди, которым ты сможешь доверять безоговорочно. Потому что, признайся уже себе: именно это ты и ищешь. Уверенность, внутреннюю опору. И тех, кто не предаст и не выбросит тебя, как драную кошку, когда наиграется.

— Психологом себя возомнил? — прошипела она. Правда — глядя в сторону, а не мне в глаза.

Я только плечом дёрнул:

— Подумай. Это — настоящий шанс на что-то большее. Не изгадь его. А теперь — пошли сдавать тебя ребятам.

Марина тут же поникла, как провинившаяся школьница.

— Я… Блин, дядь Никит… — промямлила она. — Может, не надо?

Я улыбнулся, вспомнив, как в первый день снимал Олега с дерева.

Ответил:

— Надо, Федя. Надо.

Получив от Системы награду за то, что пережил первые сутки, Матвей, внезапно для самого себя, просто свалил весь лут в кучу и лёг спать. Сил на то, чтобы разгребать это, не было ни физических, ни моральных.

Хотя, чего удивительного? Позади был многочасовой спуск с орбиты, в реальность которого слабо верилось до сих пор.

Тем более, Матвей сделал всё, чтобы выжить здесь и сейчас: забаррикадировался, спрятался в шкафу. Большего в его условиях было просто не добиться.

Разве что, надел поверх комбеза широченный системный пояс, который сам по себе был заодно и защитой для живота, и прикрепил к нему ножны с кинжалом. Лом и ключ просто уложил рядом, а чертежи, компас и непонятные монады свалил в углу шкафа.

И — просто вырубился.

Проснувшись, Матвей долго не открывал глаза, надеясь, что ему всё привиделось, и что на самом деле он спит в своей каюте на станции. Сейчас проснётся, пойдет в столовую, встретит товарищей. Мартину, Шин Юри, Петрова, Карэн и Абая — и вместе с ними посмеётся над дурацким сном. Но нет. Где-то очень далеко, на грани слышимости, раздался мощный удар, отдавшийся вибрацией по стенам, и Матвей вздохнул.

Холодный металл шкафа, в котором он устроился, визуально, конечно, надежно изолировал от внешнего мира. Но увы, эта защищенность была иллюзией: любой монстр вскроет его, как консервную банку. Нельзя было вечно просидеть в нём, поэтому нужно было действовать.

Сделав несколько вдохов, он осторожно распахнул дверцу, высунул голову, прислушался. Могильная тишина. Тот непонятный удар был единичным, и больше ничего не было слышно. Ни шагов, ни рычания. Значит, пока безопасно.

Матвей выбрался наружу, размял затекшие мышцы, потянулся. От души напился и снова полез проверять всё доступное пространство. На этот раз без спешки, с максимальной тщательностью.

Откладывал всё, что хотя бы теоретически могло быть полезным, но в первую очередь искал еду. Да, после прокачки он съел вообще всё, что нашёл — но что-то ведь и пропустить мог.