Чтение онлайн

Теперь вот всё чаще думал, что зря — девушка оказалась смелой и просто невероятно смекалистой, больше половины идей по обороне здания принадлежали ей. А с распущенными волосами и улыбкой на лице она оказалась неожиданно симпатичной.

Ну и, третьей выжившей стала Лидия Ивановна. После того, как она одна забила чугунной сковородой всех своих обратившихся в зомби коллег, ещё и побаивался.

Из детей не обратился в зомби никто. Вообще. Жаль, что это не спасло многих ребят от тварей, в которых превращались взрослые. В конце первых суток Система наградила оружием и классами. Семён стал воином, Таня ремесленником, а Лидия Ивановна — поваром. В тот же день она показала, что поварской тесак из системного металла в её руках — это не только инструмент, но и страшное оружие.

Совершенно непонятно было одно: как выполнить квест по поиску упавшего с неба терминала? Он свалился в другом конце осколка, где-то за Солонешным. Что в селе, сколько там выживших и сколько монстров — не известно.

В лагере безопасно, а вот снаружи…

Как трём взрослым и горстке подростков тащить мимо чудовищ почти пять десятков детей?

— Ну давай, Саныч, вещай, — буркнул Аркадий, откинувшись в кресле. Хотя, какое там кресло — одно название. Просто большой офисный стул. Но, на этой проклятой турбазе всё равно ничего получше не нашлось. Мины разнесли два единственных приличных кабинета, и выбора просто не осталось.

Саныч (а он сидел на обычном стуле, конечно же) молча достал из внутреннего кармана фляжку, жадно сделал пару глотков — и занюхал рукавом.

— Дай-ка сюда, — Аркадий требовательно протянул руку. Саныч не спорил, отдал ему фляжку.

Надо же — виски. Дешёвый, конечно, но и не совсем сивуха. Даже чувствуются нотки дуба, цитрусовых и жжёного сахара.

— И где ты вечно бухло откапываешь? — проворчал Аркадий, выдохнув после приличного глотка из фляжки алкогольные пары. — Нет, не отвечай. Мне плевать, в общем-то. Что по первому вопросу?

— Да что, — Саныч вздохнул. — Эти гниды нам войну объявили. Партизанскую. Сегодня тройку Топора вальнули. Считай, под носом у нас.

Аркадий уже не удивлялся — хватило в первый день. Они, как добили тварей и выбили двери турбазы, нашли внутри четыре трупа зомбаков. Две из них — бабы с ресепшена. Остальные, походу — бухгалтер и уборщица.

Там, где его пацаны с АК-74 дохли, как мухи, дед с ружьём за пару минут в одного четыре твари уработал и упёр девку у них из под носа. Ещё и, гнида такая — сбежал через подземный ход, заминировав спуск.

И это всё — на турбазе с маралами в заднице мира, мать его, а не в америкосовском боевике с престарелым Стейтемом.

По итогу, Сабатона, за которым и ехали, они даже не увидели, вероятные информаторы сбежали — и оказались на деле ещё и чуть ли не говнистее самого Сабатона. Это не говоря ещё о Системе и монстрах.

Аркадий вышел на волю два месяца назад. Отсидел он долгие шесть лет, вышел по УДО на два года раньше срока. Нет, Сабатон, этот уже бывший следак, не садил его — другие постарались.

Этот падла убил его младшего брата, на которого Аркадий оставил свои дела. Там история мутная, официально Паша типа в окно выпал в заброшке, пока Сабатон за ним гнался.

Только — кто в это поверит? Аркадий последние несколько лет мечтал о мести. И удавить урода хотел сам, голыми руками.

Жизнь распорядилась иначе. Она вообще такой разворот устроила, что до сих пор не верилось.

— Девка из укрытия одного пацана сняла, — продолжил Саныч. — Ну и, ребятушки наши калаши расчехлили, в ответ отработали по ней.

— Убили? — с облегчением выдохнул Аркадий. А от того, что он уже и смерть сопливой инвалидки за достижение считает, захотелось снова приложиться к фляжке.

Аркадий и приложился.

— Не, хрен там плавал. Место для засады хорошо подобрано. Она оттуда стреляла, где трактор стоит. У него же вилы прицеплены, ты видел? А в сторонке ковш, короче. Девка из-за него шмальнула и спряталась.

— Калаши ковш не пробили, хочешь сказать?

— Сам в шоке. Мы глянули — внутрь ковша пару мешков с песком закинули. Но они и не понадобились — пробитий всего пара, и то пули застряли. Попадания под углом были, металл толстый, ты очередями шмалять запретил — короче, всё сошлось. Да и говорю же, место для засады прям удачно подобрали. Это дед всё, отвечаю.

— Дальше что?

— Да ничего. Дед к пацанам в спину вышел — и уработал всех. Топором, прикинь? У них теперь ещё три наших калаша и патроны. И тварь ещё эта…

Тварь, да. Никто её не видел, только слышали — как она ржёт, как долбанная гиена, трахнутая Сатаной. Она объявилась вечером второго дня, всю ночь хохотала, где-то в лесу, до усрачки пугая часовых — и с тех пор пропало пять человек.

Вот бы дед со своей пигалицей на эту тварь наткнулись — да поубивали друг друга, мать их за ногу…

В дверь постучали — громко, настойчиво. Так, очередная задница случилась, что-ли? Аркадий рявкнул:

— Заходи!

В кабинет ввалился Шут, выпалил:

— Там это… Короче, пацаны пропавшие вернулись. По дороге пока идут, минут через пять будут. Профессор и остальные. Но они обдолбанные какие-то.

Час от часу не легче…

Он встал, закинул на плечо калашников. Сгрёб со стола свой арбалет — системный, убийства которым опыт дают. Аркадий неплохо умел стрелять из арбалета — только вот нормального, современного, а не такого древнего хлама.

Хотя, за последние два дня вроде пристрелялся. Если Сабатон жив, станет Аркадию манекеном для стрельбы.

— Ну что, пошли смотреть. Саныч, собирайте пацанов, у меня предчувствие хреновое.

Сунув себе в карман фляжку с виски (и не обращая внимания на тоскливый взгляд Саныча), он стремительно вышел из кабинета. Мало ему было этих двух терминаторов, тут ещё одна проблема за другой валятся.

И ладно, дед. Тоже, наверное, из бывших военных. Но девка-то такая железобетонная откуда?

— Ну ты чего ревёшь-то, Сашуль?

— Де-е-ед, я человека убила-а-а… С-снова!

— Ну какой там человек, Сашенька? Жулик, тварь. Или мы их, или они нас. Всё, жизнь нормальной уже не будет, а я, ты уж прости, не вечен. Выловим всех этих уродов, турбазу отобьём. Но это всё херня, конечно. Ты не забывай, моя хорошая: мы тебе возвращаем ноги. Сделаем это задание — снова будешь ходить. А убивать… Жизнь теперь такая, Саш. А этих уродов не жалко. Они, уж поверь, тебя бы не пожалели.